§ 3. Определение величины ценности и интереса

Из изложенного видно, что в основании понятий ценности и интереса лежит

элемент чисто субъективный: значение, придаваемое лицом обладанию чем бы то

ни было зависит, строго говоря, в каждом данном случае, исключительно от индивидуальных

вкусов и наклонностей данного лица, так как обладание любым благом (как материальным,

так и отвлеченным) ценится каждым постольку, поскольку это последнее удовлетворяет

субъективным потребностям обладателя. Естественным мерилом ценности должно

было бы, таким образом, служить субъективное чувство управомоченного.

Ясно, однако, что класть в основание своих решений такой шаткий и неопределенный

критерий как субъективные чувства отдельных лиц право, не впадая в произвол,

не может. При исполнении лежащей на нем задачи - регулировании отношений людей

между собой и восстановлении нарушенных прав - оно должно, по крайней мере

для громадного большинства случаев, искать более объективного мерила ценности,

и в области имущественных отношений находит его в деньгах.

При такого рода оценке право руководится взглядом, что один и тот же

имущественный объект должен иметь равную ценность для каждого. Непрерывное

обращение материальных благ между людьми, поведшее к установлению всеобщего

измерителя ценностей - денег, дает возможность приобрести каждое из них в

любой момент за известную денежную сумму. Вместе с тем последний факт позволяет

считать каждый материальный объект равноценным той сумме денег, за которую

последний может быть приобретен в обороте. Равноценным этой же сумме может

считаться имущественное право, обеспечивающее пользование таким объектом (по

соразмерности, конечно, с объемом и длительностью такого пользования); наконец,

в определенной денежной сумме может быть выражена и совокупность отдельных

имущественных прав - имущество: величина его определится суммой слагаемых,

полученных от определения ценности каждого имущественного права в отдельности.

Что касается, в частности, имущественной ценности обязательства, то и она

выразится в известной денежной сумме, в зависимости от ценности того материального

объекта, который поступит в имущество кредитора или другого лица в результате

совершения должником действия, к совершению которого он обязан. Практическое

применение права при таких условиях значительно облегчается. Во всех случаях,

где дело идет об имущественной ответственности одного лица перед другим -

размер этой ответственности всегда может быть выражен в определенной денежной

сумме, удовлетворение - произведено путем изъятия этой суммы из имущества

одного лица и перенесением ее в имущество другого. Что касается, наконец,

до определения величины этой ответственности, то (при всем различии принципов,

применяемых в отдельных случаях) величина эта определяется не на основании

неподдающихся точному исчислению субъективных наклонностей отдельных лиц,

а на основании строго объективного признака - денежной стоимости данных имущественных

объектов в обороте.

В зависимости от этого может быть внесена поправка и в само определение

понятий имущественной ценности и имущественного интереса. Под первой должна

быть понимаема способность имущественного объекта быть выраженным в известной

денежной сумме, под вторым - то значение, которое обладанию этой денежной

суммой придается. Так как, однако, такое значение измеряется, согласно сказанному

выше, исключительно величиной этой суммы и тою же величиной измеряется сама

ценность объекта - то при данных условиях понятия ценности и интереса очевидно

совпадают.

Ценность, определяемая таким способом, точнее может быть названа рыночной

или меновой ценностью (pretium commune). В громадном большинстве случаев именно

она кладется в основание оценки объектов и прав при регулировании имущественных

отношений; в отдельных случаях, однако, право может возвращаться к данному

выше естественному понятию ценности и определять ее размеры не по рыночной

стоимости объекта; оно может, в виде исключения, принимать во внимание то

значение, которое придается обладанию им определенным лицом, данным субъектом.

В таких случаях говорится о ценности особого пристрастия (pretium affectionis,

Affectionswerth, prix d'affection) и об интересе особого пристрастия (Affectionsinteresse,

interкt d'affection)*(10).

Обладая объективным критерием для измерения ценности имущественных объектов

и прав, мы лишены его по отношению к тому, что мы выше назвали отвлеченными,

идеальными благами; достаточно, в самом деле, поверхностного рассуждения,

чтобы убедиться в том, что отвлеченные блага и деньги - две величины абсолютно

несоизмеримые.

Блага подобного рода предметом гражданского оборота служить не могут;

ни одно из них не может быть приобретено каждым желающим в любой данный момент

за определенную денежную сумму, поэтому (в противоположность материальным

объектам) ни к ним, ни к правам, имеющим целью их доставление и защиту, неприложимо

понятие рыночной или меновой ценности, т. е. именно то понятие, которое одно

способно дать объективный критерий для определения ценности блага. Что даже

в тех случаях, где косвенное отношение между имуществом и отвлеченными благами

налицо имеется - ценность последних не может считаться соразмерной величине

имущественных затрат, произведенных на их приобретение и ограждение, было

уже замечено выше. Между тем и такое косвенное отношение существует далеко

не всегда и, в качестве общего правила, скорее может быть установлен обратный

принцип: полная независимость отвлеченных благ от имущества.

Мы приходим поэтому к выводу, что во всех случаях, где юридические отношения

касаются такого рода благ, интерес (т. е. то значение, которое их наличности

субъектом придается) и ценность их (т. е. то свойство, в силу которого им

придается значение) ни по отношению к имуществу, ни с помощью денег оценены

быть не могут. Мы пользуемся поэтому в применении к этим благам терминами

неимущественная ценность и неимущественный интерес; выражение, употребительное

в германской юридической литературе, есть опять-таки Affectionswerth и Affectionsinteresse*(11).