2. Описательные модели принятия решений2

Концепция ограниченной рациональности

Как отмечалось выше, нормативная теория решений основана на классической концепции мак­симизации полезности. Эта концепция исходит из того, что ЛПР известны не только все альтерна­тивы, но и все возможные последствия каждой альтернативы в различных условиях среды, которые могут сложиться на момент реализации решения. Полный перечень этих условий и вероятности их возникновения также считаются известными. Другими словами, предполагается, что ЛПР обладает достаточно полной информацией об условиях, альтернативах и их последствиях. Формально эту ин­формацию можно представить в виде таблицы, строки которой соответствуют альтернативам (А), а столбцы — условиям среды (S) (табл. 20).

На пересечении строк и столбцов находятся результаты принятия решения (w). т. е. известные оценки выигрыша или ценности каждой альтернативы в тех или иных условиях. Тогда, согласно кон­цепции максимизации полезности, рационально мыслящий человек оценивает ожидаемую полез­ность каждой альтернативы, суммируя все возможные выигрыши в различных условиях среды, ум­ноженные на вероятности появления этих условий. Затем ЛПР принимает оптимальное решение, ко­торому соответствует максимальная ожидаемая полезность.

В качестве примера можно привести задачу выбора из двух лотерей —А и В.

А: С вероятностью 0,30 выиграть 3000 $, заплатив за лотерейный билет 30 $.

В: С вероятностью 0,10 выиграть 10000 $. заплатив за лотерейный билет 100 $.

Таблица 20 ПЛАТЕЖНАЯ МАТРИЦА

	S1	S2	S3
	p1	p2	p3
А1	w11	w12	w13
А2	w21	w22	w13
А3	w31	w32	w33
Аn	wn1	wn2	wn3

Чтобы принять решение, мы должны посчитать ожидаемую полезность (или ценность) каждой лотереи, т. е. сложить возможные исходы, умножив их предварительно на соответствующие вероят­ности. Тогда для лотереи А получаем

(3000 - 30) х 0,30 - 30 х 0,70 = 870 $.

С другой стороны, ожидаемый выигрыш для лотереи В составляет

(10000- 100) х 0,10- 100x0,90 = 900$.

Таким образом, согласно предписаниям теории мы должны выбрать второй вариант, поскольку ему соответствует максимальная ожидаемая полезность.

Нетрудно заметить, что предположение о наличии полной информации, необходимой для при­нятия оптимальных решений, является очень «сильным». Психологические исследования показы­вают, что в подавляющем большинстве случаев люди не ведут себя подобно рациональному человеку. Это объясняется, во-первых, ограниченными способностями людей по восприятию и пере­работке больших объемов информации, а во-вторых, нехваткой самой информации, требуемой для принятия оптимального решения. Дело в том, что в реальных ситуациях информация о возможно­стях, как правило, расплывчата или вообще отсутствует. Кроме того, последствия каждой альтерна­тивы непонятны, условия среды слишком изменчивы и сложны для того, чтобы их четко обозначить и оценить соответствующие вероятности.

Очевидно, что теория ожидаемой полезности не отвечает на вопрос — каким образом невоору­женный человеческий разум справляется со всеми сложностями реального мира? Для этого необхо­димо обратиться к другим моделям или теориям, которые описывают действительное поведение лю­дей в ситуациях выбора.

Одна из таких моделей — концепция ограниченной рациональности — была предложена в 1956 г. лауреатом Нобелевской премии по экономике Гербертом Саймоном. Эта концепция явилась противопоставлением теории ожидаемой полезности. Г. Саймон установил, что люди используют как минимум три основных правила или «стратегии упрощения», которые позволяют им принять ре­шение.

— Во-первых, люди упрощают реальную ситуацию, рассматривая лишь небольшое число альтерна­тив и их возможных последствий.

— Во-вторых, люди упрощают проблему выбора, устанавливая так называемые уровни притязаний или устремлений по всем возможным последствиям, к которым может привести та или иная альтер­натива.

— В-третьих, люди выбирают первую альтернативу, которая «удовлетворяет» всем уровням притя­заний.

Например, принимая решение о покупке дачи, мы не рассматриваем все существующие варианты выбора (их число очень велико), а ограничиваемся небольшим набором альтернатив (обычно не бо­лее 5-7 вариантов). Затем мы устанавливаем разумные требования, которым, по нашему мнению, должен удовлетворять удачный выбор (например, по цене, площади земельного участка, расстоянию от города и т. д.). Причем эти требования в процессе получения новой информации могут изменяться. Как только найден подходящий вариант, дальнейший поиск прекращается, и мы принимаем удовле­творительное решение. Иначе говоря, мы выбираем не самый лучший вариант из всех возможных, а лишь тот, который удовлетворяет нашим требованиям или насущным потребностям.

Аналогично поступают руководители организаций, принимая управленческие решения, которые, согласно данной концепции, не рассматриваются как рациональные или иррациональные, а лишь как вынужденно или ограниченно рациональные.

Таким образом, согласно концепции ограниченной рациональности Г. Саймона, люди не стремят­ся «оптимизировать», а хотят почувствовать себя «удовлетворенными», т. г. выбирают первую альтернативу, которая отвечает их основным требованиям. Таким способом они избегают сбора и переработки огромных массивов информации, но вместе с тем продолжают неплохо ориентиро­ваться в сложных ситуациях, действуя разумно и целесообразно.

Теория перспективы

Теория перспективы, предложенная Д. Канеманом и А. Тверски в 1979 г., описывает поведение людей, когда они принимают решения в условиях риска. Выводы теории перспективы, основанные на многочисленных психологических экспериментах, также отличаются от рекомендаций нормативной теории ожидаемой полезности.

Во-первых, понятие «выгоды» заменено понятием «ценности», которая определяется понятиями приобретений и потерь. В результате экспериментов было установлено, что люди придают большее значение потерям, чем приобретениям, даже если их величина одинакова. Другими словами, потери всегда кажутся «большими», чем приобретения.

Например, нас сильнее огорчит потеря 500 $, чем обрадует находка той же суммы денег. В част­ности, отношение к потерям проявляется в так называемом эффекте собственности (или вклада), согласно которому потеря какого-либо предмета ощущается людьми сильнее, чем его приобретение. Например, люди обычно соглашаются продать принадлежащую им вещь (скажем, автомобиль) за це­ну больше той, которую сами согласились бы заплатить за эту вещь, если бы она им не принадлежа­ла. Логично предположить, что в этом случае продавцы как бы расстаются с ценным для себя пред­метом и поэтому рассматривают его продажу как потерю. Вместе с тем для покупателей этот предмет еще не обладает столь же высокой ценностью, и поэтому они рассматривают его приобретение как выигрыш. Поскольку в обоих случаях речь идет об одном и том же предмете, то объективные значе­ния проигрыша (для продавца) и выигрыша (для покупателя) одинаковы. Однако вследствие указан­ных причин субъективная величина проигрыша обычно оказывается выше, чем субъективное значе­ние выигрыша.

Таким образом, ценность потерь субъективно завышается по сравнению с ценностью такого же «количества» приобретений.

Это явление используется некоторыми фирмами, которые предлагают свои товары на основе «ис­пытательного срока». Обладание предметом субъективно повышает его ценность, и покупателю бы­вает трудно с ним расстаться.

Во-вторых, авторы теории проспектов установили, что отношение людей к риску зависит от формулировки задачи выбора. Эта особенность человеческого поведения тесно связана с отношением к потерям и также не учитывается в теории ожидаемой полезности. Она заключается в том, что люди обычно уклоняются от риска, чтобы получить гарантированный выигрыш, и предпочитают риск, чтобы избежать гарантированных потерь.

Для иллюстрации этой закономерности Д. Канеман и А. Тверски приводят два примера, которые использовались ими для экспериментов. В первом примере испытуемым предлагалось сделать выбор между альтернативами А и В.

А: С вероятностью 0.50 вы получите 1000 $

или с вероятностью 0.50 вы не получите ничего.

В: Вы наверняка получите 500 $.

Оба варианта имеют одинаковую ожидаемую полезность, равную плюс 500 $ (1000 х 0,5+ 0 $ х х 0.5 = 500 $ х 1,0). Поэтому теоретически ответы испытуемых должны были бы разделиться поров­ну. Однако этого не произошло. Подавляющее большинство участников отказались рисковать и вы­брали альтернативу В. связанную с получением гарантированного выигрыша. В этом случае экспе­римент показал избегание риска.

В другом примере испытуемым предлагалось сделать выбор между альтернативами С и D.

С: С вероятностью 0,5 вы потеряете 1000 $ или с 1; вероятностью 0.5 вы не потеряете ничего.

D: Вы наверняка потеряете 500 $.

103

На этот раз большинство участников эксперимента выбрали альтернативу С, т, е. согласились пойти на риск, чтобы избежать гарантированной потери 500 $, хотя и в этом случае оба варианта имеют одинаковую ожидаемую полезность, равную минус 500 $ (-1000 $ 0,5 + 0 $ х 0,5 = -500 S х х 1,0). Таким образом, в этом случае было продемонстрировано стремление к риску.

Приведенные примеры, а также результаты других исследований подтверждают общий вывод теории проспектов о том, что формулировка задачи влияет на предпочтения людей и их отноше­ние к риску.

Если задача выбора представлена «в терминах приобретений», то люди уклоняются от риска. И наоборот, если задача выбора представлена «в терминах потерь», то люди предпочитают рисковать. Это психологическое явление получило название эффект обрамления (framing).

«Эффект обрамления» помогает лучше понять поведение людей в ситуациях риска. Однако он имеет не только теоретическое значение, но может быть использован и в практических целях. На­пример, с его помощью можно предсказывать поведение людей при принятии решений в зависимо­сти от того, как сформулирована задача выбора — в терминах выигрышей или в терминах проигры­шей.

Если задача представлена в терминах выигрышей, то в большинстве случаев люди склонны к из­беганию риска. Если задача сформулирована в терминах выигрышей, то будет преобладать обрат­ная тенденция — стремление к риску.

Третье отличие теории перспективы от теории полезности — было выявлено, что люди склонны завышать небольшие вероятности и занижать средние и большие вероятности достижения зна­чимых результатов. Это явление называется эффектом субъективной оценки малых, средних и больших вероятностей.

Д. Канеман и А. Тверски проиллюстрировали стремление людей завышать низкую вероятность следующей парой проблем:

Проблема 1. Выберите между альтернативой Л и Б.

А: 1 шанс из 1000 выиграть 5000 долларов.

В: Получить 5 долларов.

Из 72 респондентов, которым предложили этот вопрос, трое из четверых выбрали риск. Тысячи людей совершают подобный выбор ежедневно, покупая лотерейные билеты.

Проблема 2. Выберите между альтернативой В и Г.

С: 1 шанс из 1000 потерять 5000 долларов.

D: просто потерять 5 долларов.

Из 72 респондентов, которым предложили такую версию проблемы, более 80 % выбрали альтер­нативу Д. Канеман и А. Тверски объяснили это предпочтение завышать шансы большой потери — тенденцией, используемой в страховом бизнесе.

Стратегии многокритериальных выборов

В реальной жизни люди чаще всего сталкиваются с многокритериальными решениями. В рам­ках дескриптивной теории были выявлены особенности поведения людей в таких ситуациях. Были установлены две группы эвристик многокритериального выбора, которые получили название страте­гии компенсации и стратегии исключения.

Стратегии компенсации применяется, когда люди стремятся сопоставить достоинства и недос­татки каждой альтернативы. К ним относятся аддитивная стратегия, стратегия аддитивных разно­стей и стратегия идеальной точки.

1. Аддитивная стратегия заключается в том, что люди определяют общую полезность каждой альтернативы как сумму оценок по отдельным критериям. Эта стратегия согласуется с нормативной теорией полезности. Однако это не означает, что, применяя эту стратегию, люди выполняю! арифме­тические операции. Речь идет о «суммарной» оценке каждой альтернативы.

2. Стратегия аддитивных разностей используется при попарных сравнениях альтернатив и за­ключается в том. что люди оценивают не общую полезность каждой альтернативы, а только различие между ними. Формально это различие выглядит как сумма «взвешенных» разностей оценок альтер­натив по всем критериям. Если полученная сумма положительна, то первая из двух альтернатив предпочтительнее, чем вторая.

3. Стратегия идеальной точки напоминает правило аддитивных разностей, но отличается тем, что все альтернативы сравниваются не между собой, а с некоторым эталоном. Тогда наилучшей счи­тается альтернатива, наиболее близкая к «идеалу» с учетом значений всех атрибутов.

Стратегии исключения, называемые также некомпенсирующими стратегиями, используются в тех случаях, когда люди отказываются от сравнения достоинств и недостатков всех альтернатив и применяют простые эвристические правила, чтобы исключить из рассмотрения как можно больше вариантов, «не заслуживающих внимания», и оставить небольшое число альтернатив, из которых можно сделать разумный выбор. К этой группе стратегий выбора относятся стратегия доминирова­ния, конъюнктивная стратегия, дизъюнктивная стратегия, лексикографическая стратегия и стратегия удаления по аспектам.

1. Стратегия доминирования применяется для поиска такой альтернативы, которая по всем атри­бутам не хуже и хотя бы по одному атрибуту лучше, чем все остальные варианты выбора.

Например, при выборе места работы из нескольких предложений следует выбрать более престиж­ное при условии, что по другим атрибутам (должности, оплате труда, перспективам роста и т. д.) оно, по крайней мере, не хуже, чем остальные варианты.

Эта стратегия позволяет исключить некоторые возможности и сократить множество альтернатив, но обычно не приводит к выбору наилучшей альтернативы, поскольку она существует далеко не все­гда. Вместе с тем доказано, что если такая альтернатива существует, то любая из стратегий компен­сации также позволяет ее найти. В этом случае преимущество стратегии доминирования заключается в относительной простоте использования.

2. Конъюнктивная стратегия позволяет исключить альтернативы, которые не удовлетворяют минимальным требованиям по всем атрибутам одновременно. Такая стратегия согласуется с концеп­цией ограниченной рациональности и приводит к выбору первой удовлетворительной альтернативы, если она существует.

Например, принимая решение о приобретении автомобиля, в соответствии с конъюнктивной стратегией мы выбираем достаточно престижную модель, цена которой не выше допустимой, а мощ­ность и надежность не ниже требуемых значений.

Если удовлетворительное решение не найдено, то необходимо расширить список альтернатив или ослабить требования к ним по отдельным атрибутам.

3. Дизъюнктивная стратегия состоит в том, что каждая альтернатива оценивается по своим луч­шим качествам независимо от того, какие значения имеют остальные атрибуты. Мосле этого для окончательного выбора оставляются только те альтернативы, которые «лучше всех» по каждому от­дельному атрибуту.

Например, вначале мы можем остановить свой выбор на самой дешевой модели, если даже по ос­тальным качествам она явно уступает другим вариантам, затем выбрать самую престижную модель, если даже ее цена слишком высока, и т. д. Остальные варианты исключаются из дальнейшего рас­смотрения.

4. Лексикографическая стратегия похожа на дизъюнктивную за тем исключением, что сначала отбираются альтернативы, лучшие среди всех по самому важному атрибуту. Если таких альтернатив несколько, то среди них снова определяются лучшие по самому важному атрибуту из оставшихся и т. д.. пока число вариантов не сократится до нужного значения.

Например, мы можем выбрать вначале самые престижные модели, затем среди них — самые де­шевые и т. д.

5. Стратегия удаления по аспектам напоминает лексикографическую, но основана на другом принципе. Сначала удаляются альтернативы, не удовлетворяющие нашим требованиям по самому важному атрибуту, затем среди оставшихся исключаются альтернативы, не подходящие по менее важному атрибуту, и далее, пока не останется один или несколько вариантов для окончательного вы­бора.

Так. по аналогии с предыдущим примером, мы отбираем вначале не самые, а достаточно пре­стижные модели, затем среди них — достаточно, дешевые и т. д.

Как показывают исследования, на самом деле люди не ограничиваются какой-либо одной стратегией, а используют их сочетания. При этом, как правило, они стараются сократить множество альтернатив до разумных пределов с помощью стратегий исключения. Если после этого остается несколько вариантов, то среди них определяется наилучший с помощью той или иной стратегии компенсации.