Глава III. Людовик XI

Начало участия Людовика XI в политической жизни Франции ознаменовано предательством собственного отца, когда Людовику было всего 16 лет. Он участвовал в Прагерии – восстании феодальных принцев, которые намеревались ослабить возросшую власть Карла VII, передать ее дофину Людовику и править от его имени. Карл VII подавил восстание, а будущий король Людовик XI нашел убежище в Бургундии у Филиппа Доброго – отца Карла Смелого. Карл VII тогда сказал: «Мой кузен приютил у себя лису, которая передушит всех кур в его курятнике»³⁷.

Можно сложить впечатление о Людовике XI уже по тому, чего ожидал от него отец: он скончался от голода, так как отказывался принимать пищу, ожидая отравы от сына.

Как отмечалось выше, Филипп де Коммин начал политическую деятельность при дворе Карла Бургундского, и только в 1472 году он «прибыл на службу к королю»³⁸, о чем, между прочим, пишет, как о своей обязанности, а не об измене по отношению к Карлу Смелому. Но с самого начала мемуаров Коммин уделяет много внимания деятельности Людовика, все-таки, изначально его труд задумывался как описание именно его жизни.

Личность

По мнению Т.Н. Грановского, Людовик XI был «один из самых замечательнейших представителей той эпохи, именно ее отрицательного – беспокойного, тревожного характера»³⁹.

В 1461 году Людовик приезжает в Париж и поражает граждан своим видом. Когда Бургундский герцог въезжал в город, он выглядел настоящим феодальным рыцарем, неприступным повелителем. Людовик же был одет в платье среднего сословия, выглядел непримечательно, был небольшого роста.

Простота сразу расположила к нему граждан: он не давал рыцарских турниров, а знакомился с городским населением, входя к ним в доверие и удивляя своей обычностью. Он был полной противоположностью Карла Смелого – Людовик был «король среднего сословия с его ненавистью к феодализму»⁴⁰. Сам Коммин пишет о короле, что он был «другом людей невысокого положения и врагом всех могущественных, способных обойтись без него»⁴¹.

Итак, заняв престол в 1461 году, Людовик разжаловал многих слуг Карла VII, будучи изначально крайне подозрительным и осмотрительным человеком. Всю свою жизнь он опасался, что с ним поступят так же, как когда-то он поступил со своим отцом.

Но решение сместить сподвижников его отца было опрометчивым – впоследствии многие из них участвовали в Лиге общественного блага не только потому, что были затронуты их личные интересы, но и потому, что Людовик нарушил уже укоренившийся обычай – без суда за явные преступления ни одного должностного лица раньше не смещали.

Прошло всего 3 года с вступления Людовика на королевский престол, и, возможно, тогда он еще не продумал линию своего поведения с врагами: впоследствии король действует осторожнее, сглаживая конфликты и предпочитая открытым военным действиям дипломатию. «Он поначалу помышлял лишь о мести, но очень скоро из-за этого приключилось немало бед, и тогда к нему пришло раскаянье»⁴².

Необходимо отметить, что одним из результатов войны за общественное благо стало введение пожизненных государственных должностей, а все, кто был смещен, были восстановлены. Это говорит о том, что, в отличие от Карла Смелого, Людовик XI не гнул свою линию и шел на компромисс ради дальнейшей выгоды. И по заявлению самого Коммина, «Людовик потом раскаивался в этом [смещении сподвижников отца], признавая свою неправоту»⁴³.

Коммин отмечает, что король относился с недоверием ко многим слугам, причем часто без причины. Но если человек, находящийся в опале или во враждебном лагере, понадобится Людовику, все его грехи забудутся, и король не будет держать на него никакого зла. Также и наоборот: человек находится при дворе ровно столько, сколько он может быть полезен королю. Например, тот же Коммин: когда вопрос Бургундии встал особенно остро, он был первым советником короля и всегда находился при нем. Когда же угроза миновала со смертью Карла Смелого, Людовик направил Коммина в Италию. Это случилось и оттого, что на исходе лет Людовик стал особенно подозрительным и потерял доверие даже к Коммину.

Король любил честность: например, Жак де Сен-Поль, союзник герцога Бургундского, находясь в плену, ответил королю, что, будь возможность, он поддержал бы Карла Смелого. Через некоторое время Людовик выпустил Жака де Сен-Поля из плена, наделил его войском, высокой должностью и пользовался его услугами вплоть до самой смерти, а «причиной тому были его ответы»⁴⁴.

Также, когда королю нужно было заручиться поддержкой того или иного человека, он был очень настойчив и не жалел ни денег, ни должностей, чтобы переманить его на свою сторону. Это справедливо и в отношении самого Ф. Коммина, который начал оказывать услуги королю еще во время его Пероннского заключения в 1468 году.

Людовик XI лично убеждал посла Эдуарда Английского просить его короля заключить перемирие с Францией и «одним словом убедил его лучше, чем я [Филипп де Коммин] – сотней»⁴⁵. Также он манипулировал приближенными Карла Смелого, заставляя их не доверять друг другу. Например, случай, когда король посадил за ширму сподвижника Карла сеньора де Конте, а Луи де Сенвиля, также союзника герцога Бургундского, заставил изображать Карла в самых неприятных красках.

Но все же в Людовике были остатки рыцарской чести: на многочисленные предложения графа де Кампобассо предать Карла Смелого король отвечал отрицательно, предпочитая вести сражение по-честному. Он даже передал Карлу Смелому обо всех происках графа, но Карл ему не поверил. Возможно, дело не в чести, а в очередной хитрости Людовика, ведь он знал наперед ходы своих противников.

Несмотря на свою щедрость к потенциальным союзникам, сам король выглядел весьма скромно, а его двор уступал бургундскому в пышности. Филипп де Коммин описывает встречу короля Кастилии Генриха с Людовиком XI – по откликам очевидцев, она походила на свидание роскоши с жадностью. «Наш же король был одет столь плохо, что хуже и быть не может… кастильцы смеялись над ним, поговаривая, что это от скупости»⁴⁶.

В отличие от Карла, Людовик всегда прислушивался к советам, тем более что он считался другом людей «невысокого положения». «Никто, кроме него, не изъявлял желания знать стольких людей, и не прислушивался к людям столь внимательно, и не осведомлялся о столь многих вещах»⁴⁷.

Показательны слова самого Людовика, приведенные Коммином в его мемуарах: «Когда шествует гордыня, следом за ней идут бесчестье и убыток»⁴⁸. Думаю, в них есть отсылка к Карлу – как говорилось выше, из сражений он искал славы, ублажая свою гордыню. Французский король, наоборот, не был горделив и предпочитал действовать не на поле боя, а руками дипломатов. Отчасти он выбрал такую тактику потому, что по природе своей был довольно боязливым и опасался многих людей. Но, по мнению Коммина, «люди, действующие под влиянием страха, более предусмотрительны и чаще выигрывают, чем те, кто одержим гордыней»⁴⁹. Эта цитата показывает, что непроизвольно сравнение Людовика и Карла прослеживается на протяжении всех мемуаров Коммина.

Автор мемуаров считает Людовика XI самым мудрым человеком из всех, кого он знал. У Людовика было лучшее образование, несравнимое с его современниками: «если бы он не был воспитан иначе, чем, как я видел, воспитывают сеньоров в этом королевстве, то ни за что не сохранил бы власть»⁵⁰. Других воспитывают так, что никакие дела им не интересны: при дворе есть несколько управляющих, которые и занимаются политикой, в то время как правители ничего о своем государстве не знают. Например, Коммин не раз писал об Эдуарде Английском, что это был человек очень красивый, но недалекий и мало интересующийся своими делами.

Людовик XI не мог сидеть без дела, и как только заканчивались трудности, он придумывал их себе сам. Так считали и его приближенные: «натура короля такова, что если он не будет занят войной с внешними врагами или борьбой с сеньорами, то начнет ее со своими слугами, поскольку душа его не выносит покоя»⁵¹.

Французский король лучше всех из известных Коммину государей постиг искусство разделять людей. Он подкупил союзников Карла Смелого по Лиге общественного блага, разрушил договоренность Бургундии и Англии, настроил город Льеж против герцога Бургундского. Словом, в обманах, интригах и хитростях Людовику не было равных. А сколько раз он шел на соглашение, принимал условия мира, а потом оспаривал его и не выполнял?.. Такой человек действовал только в своих целях, и доверять ему было опасно.

Главным врагом Людовик считал Карла Смелого, потому что, устранив его, было легко расправиться со всей феодальной оппозицией. Он провоцировал восстания городов (Динан, Льеж), вселял недоверие к приближенным Карла, лишал его союзников. В итоге французскому королю удалось чужими руками погубить Карла: обещая немецким князьям, имперским городам и швейцарцам свою поддержку, он получил мощную силу, настроенную против Карла. Более того, Людовик установил экономическую блокаду бургундских земель, в результате чего герцогство обеднело и не смогло предоставить действенный отпор – и Карл Смелый погиб в битве при Нанси в 1477 году.

Политические цели, действия, идеалы

Главное событие, осуществленное благодаря деятельности Людовика XI, – это победа над силами политической децентрализации. Франция сохранила свою самостоятельность в ходе Столетней войны во многом благодаря королевской власти. Поэтому одним из её итогов можно считать почву для централизации страны, а затем и для установления нового государственного строя. Также и то, что Генеральные штаты во время Столетней войны пошли на союз с англичанами, дискредитировало их, и население потеряло к ним доверие. Именно поэтому королевская власть получила широкую поддержку общества в борьбе с сепаратизмом феодальной оппозиции.

Как уже было сказано выше, борьбу с феодалами Людовик вел больше политическую, нежели военную. Порой его действия были нечестными, но цель оправдывает средства.

После смерти Карла Смелого французский король присоединяет к Франции Пикардию, Ниверне и герцогство Бургундское, остальные же земли уходят под власть императорской короны вместе с Марией Бургундской – наследницей Карла, вышедшей замуж за Максимилиана Габсбурга. В присоединенных землях образуются местные парламенты и органы управления. Людовик так хотел объединения Франции, а, соответственно, поражения Карла, что, по словам германского императора Фридриха III «торговал шкурой убитого медведя»⁵² – еще до смерти Карла Людовик поделил его земли.

К концу XV века, в завершение правления Карла VIII, сына Людовика XI, по большей мере процесс объединения Франции был завершен. К королевству также были присоединены Бретань, графство Прованс. Страна шла к становлению абсолютизма.

После катаклизмов Столетней войны государство было в упадке и нуждалось в реформах. Еще отцом Людовика для заселения пустующих земель крестьянам предоставлялись льготы. Начиная с 1460-х гг. наметился демографический рост. Но налогообложение также возрастало: при Людовике XI размеры собираемой тальи повысились втрое. Коммин оправдывает государя: «он обременил народ налогами так, как ни один другой король, хотя у него и было благое намерение облегчить это бремя, но ему следовало заняться этим пораньше»⁵³.

Людовик XI покровительствует французским предпринимателям, а также поощряет развитие науки, искусства (что закладывает условия для развития буржуазии, которая уже с XV века активно получает образование). При Людовике XI появляется книгопечатание сначала в Париже, а потом и в других городах. В 1464 году французский король учреждает почтовую службу. Развивались города: Лион стал центром торговли, ядром складывающегося общефранцузского рынка.

Еще Карл VII, отец Людовика XI, ввел постоянный налог – талью, от уплаты которого были освобождены духовенство и дворянство; считалось, что последние платят долг кровью на поле боя. В 1445 году во Франции появляется постоянная армия, а в 1454 году происходит запись норм обычного права Франции для их согласования. Таким образом, Людовик XI уже мало зависел от Генеральных штатов, и в его правление они практически бездействовали.

Единственные Генеральные штаты, созванные во время правления Людовика, были в 1468 году. Они обсуждали последствия войны Лиги общественного блага – Людовик не хотел отдавать Нормандию брату Карлу, и в итоге добился ее возвращения с помощью штатов. Очевидно проявилось намерение монарха свернуть практику представительства и все взять в свои руки.

Также в планах Людовика XI было преобразовать систему управления в королевстве, «обуздать парламент», «ввести общие кутюмы и единые меры»⁵⁴ – упорядочить обычное право.

Людовик XI был талантливым стратегом, практически с начала своей жизни вплетенным в политические интриги против отца, брата, ближайшего окружения. Занявши трон, он сразу начал нарушать все те обычаи, что были выстроены до него: сместил с должностей ничем не провинившихся сподвижников отца, сразу заявляя о себе как о новом правителе. Впоследствии его действия стали более аккуратными, завуалированными, но не менее жестокими. Хладнокровный расчет был и в делах политических, и в родственных – у него не наладилась дружба ни с братом Карлом, ни с сестрой герцогиней Савойской, а со своими врагами он справлялся поодиночке, ведь умение разделять людей было одним из лучших его качеств.

Невыразительный, маленького роста, неприглядный Людовик был совершеннейшим антиподом рыцарю-Карлу. Его двор был не выражением роскоши и расточительства, а сосредоточением главных умов, скоплением людей, полезных королю. Даже внешний вид он сумел сделать плюсом: своей простотой французский король нравился городскому населению.

Он не ставил себе громких целей, как Карл, понимая, что невозможно объять необъятное. Главной своей миссией он считал объединение Франции, создание сильного централизованного государства. В его правление уже намечались нотки абсолютизма – Генеральные штаты за ненадобностью созывались всего единожды, да и сами сословия не выражали больше глубокой заинтересованности в делах – участники штатов 1468 года высказали жалобы по поводу трудностей, связанных с их участием на генеральных ассамблеях.

Людовик ввел огромные налоги для восстановления государства в послевоенное время, да и войны в его правление велись часто, но в то же время поощрял предпринимательство, искусство, науку.

Всю свою жизнь он боялся предательства со стороны близких людей, ведь когда-то он поступил так со своим отцом. На склоне лет и так подозрительный Людовик отсылает всех приближенных и запирается в замке Плесси-дю-Парк, поместив себя в добровольное заточение: «ему все более казалось, что его подданные выжидают удобного момента, чтобы лишить его власти»⁵⁵. Умер король в 1483 году в своем замке.

Несомненно, что Людовик XI был очень мудрым человеком, и он применял новые средства и смотрел только вперед. Со слов Коммина, «он расширил свое королевство и умер, примирившись со всеми соперниками»⁵⁶.