§ 8. Суд и процесс

1. Судоустройство. В древнейший период судебную власть в государствах Двуречья, по-видимому, осуществляли жрецы. При Хаммурапи наряду с реформой администрации произведена была реформа суда. Она выразилась в том, что духовные судьи, жре­цы, были заменены светскими. При ближайших предшественни­ках Хаммурапи, а отчасти еще и в его царствование, встречаются и светские и духовные судьи одновременно. Но при преемниках Хаммурапи в документах уже нет указаний на суд жрецов. По-видимому, при Хаммурапи светские судьи окончательно вытесни­ли духовных. Эта реформа, очевидно, стояла в непосредственной связи с укреплением царской власти и усилением централизации в стране. К тому же царь, издав новые законы, был заинтересо­ван в том, чтобы применение права производилось лицами, непос­редственно ему подчиненными. Таким образом, борьба жречества и других группировок рабовладельцев за степень участия во вла­сти закончилась поражением жречества.

Однако установление светских судей не устранило судебной власти жрецов полностью. При раскопках в Ниппуре, произведен­ных Пенсильванским университетом, была найдена таблетка, из которой видно, что, хотя процесс происходит не в храме, жрецы

сохраняют участие в судебной процедуре. В некоторых случаях недостаточно было свидетельских показаний, сделанных перед светским судом: показания должны были быть повторены перед жрецами в храме. Жрецы еще именуются при Хаммурапи "хра­мовыми судьями". Однако на деле они выполняют лишь вспомога­тельные функции в судебном процессе.

Отсылка свидетелей в храм и некоторые другие действия жре­цов требовались лишь в отдельных случаях (например, когда про­исходили разделы имущества между наследниками или разделы между лицами, связанными между собою договором товарищества, и нужно было составить опись имущества или когда не было дру­гих достаточных доказательств по делу).

Вспомогательные функции жрецов в судебном процессе от­мечаются даже в эпоху Ново-вавилонской монархии. В этот более поздний период вавилонской истории жрецы содействуют тому, чтобы заставить ответчика явиться в суд, помогают собирать не­обходимые для суда справки и со своей стороны передают суду документы, которые стороны вручили им в подтверждение своих претензий; они помогают также в исполнении решений.

Судебные функции издавна выполняли в Вавилоне органы администрации. Шакканаку — правитель области — по-видимо­му, выступал в роли судьи в тех случаях, которые представля­лись особенно важными с точки зрения охраны общественного по­рядка, например в случае, когда спор возникал по поводу того, что должник был задержан кредитором, в спорах, вытекавших из вза­имоотношений мужа и его больной жены, из взаимоотношений ре­бенка и второго мужа его матери, а также в случае ошибки, допу­щенной относительно размеров площади проданной недвижимос­ти. Шакканаку судил обычно совместно с советом, состоявшим иногда из шести, иногда даже из десяти человек.

Рабиану — правитель города, призванный поддерживать по­рядок в городе, — также выступал иногда в роли судьи во главе коллегии из четырех или восьми старейшин города, поэтому он иногда именуется председателем ("раби зикатим"). Иногда он су­дил совместно с другими единоличными судьями.

Коллегии, которые возглавляли шакканаку и рабиану, состо­яли иногда из старейшин, иногда из местной знати, нотаблей, иног­да из купцов — тамкаров. Некоторые акты упоминают о судеб­ных коллегиях, именуемых "пухрум". Эта коллегия отлична от других, но точный состав ее неизвестен; она упоминается в ст. 5 кодекса Хаммурапи.

Помимо органов местной администрации, осуществлявшей суд при помощи различных коллегий, существовали профессиональ­ные судьи, которые, однако, наряду с судебными функциями вы­полняли также и некоторые административные. Этого рода судьи имелись в каждом округе и были непосредственно подчинены царю. Суды каждого округа состояли из нескольких судей: судят четы­

ре, восемь судей. На судей возложены были некоторые функции по управлению царским имуществом, контроль над имуществом, принадлежавшим городам.

У судей были помощники ("рабишу"), о которых упоминают еще документы II Урской династии. В каждом суде было несколь­ко этих помощников судьи. Так же как и судья, они выступали с некоторыми контрольными функциями. В распоряжении судьи на­ходился также "солдат судьи"; это как бы некоторый полицейс­кий чин, выполнявший поручения судьи. Такой же чин существо­вал и при судебных коллегиях, упомянутых выше.

При суде состоял также писец — секретарь суда; он должен был хранить таблетки с решениями, снимал с них копии. Это был "секретарь, архивариус суда или, во всяком случае, канцелярский служащий суда, член корпорации секретарей"¹. Эти же секрета­ри выполняли некоторые функции управления, нанимая и сдавая в аренду земли, руководя партиями рабочих и т. п.

Высшая судебная власть в стране принадлежала царю; к нему можно было апеллировать в случае недовольства судебным реше­нием. Ему же принадлежало право помилования. Царь брал к сво­ему производству дело в случае волокиты или жалоб на отказ в рассмотрении дел. В царский суд поступали также споры братьев и сестер по поводу дележа наследства.

Царь осуществлял судебную власть или сам, или через "цар­ских судей", действовавших по его поручению. Эти "царские су­дьи" избирались либо из среды профессиональных судей, либо из среды представителей местной знати. По крайней мере, из доку­ментов видно, что судья города Вавилона мог в то же время выс­тупать в роли царского судьи.

2. Процесс. Различия между процессом уголовным и граждан­ским, по-видимому, не делали. Обвинение поддерживало частное лицо; общественного обвинения и чего-либо аналогичного проку­ратуре не было.

Денежный штраф, следуемый в ряде случаев потерпевшему от преступления, взыскивался по инициативе потерпевшего и, по-видимому, полностью или частично обращался в его пользу. По-видимому, на одинаковых началах рассматривались как требова­ние о возмещении вреда, причиненного, например, нерадивым арен­датором сада или арендатором вола, так и требование о штрафе за кражу или за перелом кости, за удары, о штрафе за смерть, причиненную бодливым волом.

¹ Характеристика, данная Кюком в "Исследованиях по вавилонско­му праву". С. 367.

Доказательствами на суде служили: клятва, показания сви­детелей, письменные акты, а также ордалии (испытания подозре­ваемого водой). Из кодекса Хаммурапи видно, что к ордалиям при­бегали, во-первых, в том случае, когда жена была обвинена кем­

нибудь в прелюбодеянии; тогда она должна была "ради своего мужа опуститься в воду", т. е. подвергнуться испытанию водой. Во-вторых, в том случае, если кто-либо был обвинен в чародей­стве. "Если кто не докажет обвинения в чародействе, то тот, на кого было брошено подозрение в чародействе, пойдет к реке и опустится в реку. Если река овладела им, то тот, кто его обви­нил, получает его дом, а если река объявила этого человека не­винным и он остался невредим, то тот, кто бросил на него обви­нение в чародействе, предается смерти, а опускавшийся в реку получает дом своего обвинителя" (ст. 2). Вода, как чистая стихия, считалась способной изобличить чародея и жену, нарушившую верность своему мужу. Клятва применялась при сомнении и при отсутствии других доказательств; клялись богами и именем мо­нарха. Свидетели фигурируют в качестве судебного доказатель­ства постоянно. В некоторых случаях на доставку свидетелей в суд стороне предоставлялся шестимесячный срок.

Законы преследуют суровыми мерами недобросовестные об­винения и ложные свидетельские показания, стремясь оградить людей, ни в чем не виновных, от злоупотреблений и произвола, практиковавшихся в судах. Так, ст. 1 судебника гласит: "Если кто-нибудь, обвинив другого и бросив на него подозрение в убийстве, не докажет этого, то того, кто его обвинил, должно предать смер­ти". Лжесвидетельство по делу, связанному с преступлением, вле­кущим смертную казнь, наказывалось смертной казнью (ст. 3), по другим делам влекло то наказание, которое грозило обвиняемому в случае его осуждения (ст. 4). Заявление о мнимой пропаже ве­щей, якобы сданных на хранение, влекло обязательство уплатить потребованное в двойном размере (ст. 126). Недоказанное обвине­ние в прелюбодеянии влекло бесчестящее наказание для винов­ного (ст. 127).

Судебные протоколы писались на глиняной плитке и содер­жали в себе показания тяжущихся сторон, их клятвы, сущность судебного приговора и имена свидетелей. Для укрепления силы судебного решения на сторону обычно возлагали обязательство не возбуждать вторично того же дела. Ответчик или истец по прика­зу судьи должен был взять на себя в письменном виде соответ­ствующее обязательство и передать его противной стороне. В слу­чае невыполнения этого обязательства виновный подвергался штра­фу, размер которого определялся судьей (иногда 2 сикля, иногда Ч 2 мины), а в некоторых случаях ему в знак бесчестья сбривали волосы на лбу, как это принято было делать рабам.