Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
0708981_723DF_gorshkova_k_v_haburgaev_g_a_istor...rtf
Скачиваний:
22
Добавлен:
01.04.2025
Размер:
11.66 Mб
Скачать

1 См • Кандаурова т. Я. К истории древнепсковского диалекта XIV в. (о язы­ке псковского Пролога 13fc3 г.). — TpjAu Ин-та языкознания, 1&о7, т. 8.

В других псковских рукописях иной характер употребления букв гь, е, и: в корневых и формальных морфемах под ударением обычна замена гь на е; устаревшие формы аориста и местного падежа множественного числа обозначаются орфограммами с заменой е на гь. Буква и вместо ожидаемой гь встречается главным образом при обозначении флексий и в некоторых суффиксах, где написание гь или и может быть объяснено как смешение самих аффиксов. Для этой части псковских говоров предполагается наличие фонемы (ё) и распространение фонемы (и) за счет замены флексии в опре­деленных формах флексией -и.

Западные говоры южновеликорусского наречия в Древней Руси развивались вместе с будущими белорусскими в составе единой диалектной зоны, охватывавшей обширную Смоленско-Полоцкую область. В старейших текстах Смоленска, Витебска и Полоцка, известных с начала XIII в., обычна позиционно и морфологически не обусловленная мена е/п/ь, свидетельствующая о том, что все три буквы в сознании писцов ассоциировались с одним и тем же глас­ным, реализовавшим фонему <е>: держати — дгьржати, оутвьр-дили — твердили — оутвгьрдять, пьрвпе — пгьрвое и др. в Смол, гр. 1229.

Юго-западные южновеликорусские говоры не представлены текстами ранее конца XVI — начала XVII в. Данные же лингвисти­ческой географии указывают на то, что (ё) здесь как особая фонема сохранялась очень долго и к.огла быть утрачена отдельными местными говорами уже после развития современных типов аканья-яканья, а в отдельных говорах, занимавших до XVI в. окраинное положение, сохраняется и в настоящее время в виде звука [ё]. Тексты начала XVII в. в большинстве случаев отражают наличие одной фонемы (е) в речи их авторов; однако существование в это время говоров, сохранявших противопоставление фонем (ё ~ е) или хотя бы звуков [ё ~ е] (на уровне произносительных норм), несомненно. Может быть, этим (как и в новгородских текстах XIV — XV вв.) объясняется то, что отдельные южновеликорусские грамоты XVII в , знающие мену гь/е, изредка дают написания со смешением букв гь/и: видер — седра в Вор. гр. 1622; подмитил в Ябл. гр. 1642; диверь в Елецк. гр. 1659; двгь клити в Елецк. гр. 1660 и др.; ср. написания одних и тех же фамилий: Рябинин — Рябгышн в Курск, сыскн. деле 1631; Котъикин — Копиикин в Курск, сыскн. деле 1648.

§ 83. Следы существования в прошлом фонемы (б), функциони­ровавшей в качестве непереднего (лабиализованного) противо­поставления (ё), отмечаются на всей великорусской периферии, кроме западных (исторически — смоленско-полоцких) говоров, уже к XIII в. не сохранявших (ё). Орфограммы, которые могут интер­претироваться как прямое или косвенное отражение (б), известны и по старым письменным памятникам соответствующих областей. Необходимо при этом учитывать, что фонема (6), развив­шаяся из старого [о] (не из Ы) под новой акутовой интонацией, могла функционировать только под ударением и первоначально реализовалась в долгом гласном верхнесреднего подъема [6:].