7.3. Проявления и степень выраженности алкогольной анозогнозии

Алкогольная анозогнозия выражается в оценках и мнениях, которые высказывает зависимый человек по всему кругу связанных с алкоголем проблем в обстановке, исключающей наказание за высказывание. Оценки и мнения имеют доминантный характер: именно они первыми приходят на ум при необходимости ответить на вопрос врача и психолога, высказываются алкоголиком наиболее легко и естественно, отличаются определенной устойчивостью к обычному рациональному переубеждению. Именно их отстаивает и развивает зависимый человек, объясняя свою позицию в кругу товарищей или перед родственниками.

Большинство лиц, страдающих алкоголизмом, приводят отговорки и оправдания, касающиеся поводов для выпивок и пьянства. Оно всегда преуменьшается и сопоставляется с тем, что в повседневной жизни принято считать обычным. Типичны большая изобретательность, изворотливость и лживость больных в защитительных доводах. Обычно трудно отделить целенаправленную и неосознанную ложь. Однако в свете определения алкоголизма как болезни всей семьи, дисфункции ее следует пересмотреть и отношение к алкогольной анозогнозии.

7.4. Алкогольная анозогнозня у родных и близких зависимого

Приняв во внимание параллелизм проявлений зависимости и созависимости, почти все вышесказанное об анозогнозии в отношении больных алкоголизмом в равной мере можно отнести и к членам их семей, к созависимым.

Аналогом патологического влечения к алкоголю у созависимых являются:

а) концентрация внимания на другом, когда мысли о химически зависимом занимают неподобающе большое место;

б) навязчивость, а порой и компульсивность поведения со-зависимых, когда те, невзирая на неэффективность и вредные последствия собственных действий снова и снова стремятся к установлению новых деструктивных коммуникаций, снова и снова стремятся получить новую дозу своего «яда» нездоровых отношений.

Созависимые, как и страдающие алкоголизмом, не представляют, с чем имеют дело. Они видят перед собой только малую часть проблем, а большая — остается скрытой от их взгляда, не осознается ими. Именно поэтому созависимые не могут действовать эффективно. Как и страдающие алкоголизмом, они не понимают своей роли в картине этой болезни. Не знают, какие рычаги влияния на химически зависимого в их руках и не умеют эффективно пользоваться ими.

Пытаясь избежать травмирующей информации, правды о себе и болезни, созависимые используют все формы психологической защиты: рационализацию, минимализацию, вытеснение и иные, но более всего отрицание. Они склонны игнорировать проблемы или делать вид, что ничего серьезного не происходит («просто вчера опять он пришел пьяный»). Созависимые видят только то, что хотят видеть, и слышат только то, что хотят слышать.

Отрицание помогает созависимым жить в мире иллюзий, поскольку правда настолько болезненна, что они не могут ее вынести. Отрицание — это тот механизм, который дает им возможность обманывать себя. Жена больного алкоголизмом продолжает десятилетиями верить в то, что он бросит пить и все само собой изменится без ее активного участия.

Созависимые отрицают у себя наличие признаков созависимости. Именно отрицание мешает мотивировать их на преодоление собственных проблем, попросить помощи, затягивает и усугубляет химическую зависимость у близкого, позволяет прогрессировать созависимости и держит всю семью в дисфункциональном состоянии [43, с. 233—234].

Больной алкоголизмом продолжает пьянствовать и уклоняется от лечения далеко не только потому, что у него нет установки на лечение и трезвость, критики к своему состоянию и болезни, но и в значительной мере потому, что созависимые не предпринимают достаточно эффективных мер для его отрезвления.

Химически зависимый не способен сделать правильных выводов и обратиться за помощью в силу своего болезненного состояния и прежде всего из-за алкогольной анозогнозии. Но отчего созависимые не обращаются за помощью к специалисту, а если и обращаются, то отказываются выполнять его рекомендации в силу того, что: «это не поможет», «я своего мужа лучше знаю», «я его боюсь», «я уже все перепробовала», «у меня сил не осталось» и др.? Они-то здоровы!? Но в том-то и дело, что их состояние не менее болезненно, чем состояние химически зависимого. И одним из важнейших признаков этого состояния является анозогнозия — отсутствие у созависимых желания принять помощь врача-психотерапевта, психолога и жить счастливо, выраженного на уровне поступков, отсутствие критичного отношения к своему состоянию и болезни. При этом предполагается, что созависимые в соответствии с образованием, воспитанием, постоянно получаемой информацией (в том числе от врачей психиатров-наркологов), личным опытом должны знать как поступать, если в семье есть зависимый человек, отрицающий у себя наличие зависимости, — самим обратиться к врачу и выполнить все его рекомендации.

Таким образом, алкогольную анозогнозию при хроническом алкоголизме следует рассматривать как один из основных психопатологических феноменов, выраженный как у химически зависимого, так и у созависимых.