35. Эстетика и творчество поэтов и художников прерафаэлитов.

Существует:

+социальная поэзия (представитель которой Лорд Байрон), Томас Джонс. Изображение рабочих и социальный протест.

+ движение прерафаэлитов (А. Теннисон, Р. Браунинг)

Средневековое возрождение - все в средневековом стиле (замки, рыцарские турниры, балы - маскарады). Возникает направление из 7 человек - Братство Прерафаэлитов. Их издание - издание "Росток".

Они противники старых канонов живописи. Прерафаэлиты поднимают эстетический бунт. Ориентируются на средневековых мастеров. Обращаются и к сюжетам Античности, Востока, библии и евангельских сюжетов. Сочетание детального изображения пейзажа и сложной символики. Это игра света, ярких красок жизни. Духовный лидер прерафаэлитов - Данте Габриэль Россетти.

Хольмен Хант "Светоч мира", Джонс "Спящая красавица", Миллес "Офелия", Россетти "картины на евангельские темы" и "Благовещение", Миллес "Иисус в родительском доме".

Источником вдохновения для них служит - поэзия Теннисона. Его творчество практически не известно в России. Есть гравюры на его сюжеты.

Браунинг не был прерафаэлитом. Он - реформатор поэзии, проводящей эксперименты с фонетикой.

36. Особенности викторианской поэзии. Творчество а. Тениссона и р. Браунинга.

Викторианскую эпоху часто счиќтают периодом стабильности и порядка, но именно в это время распространение новых идей, лавина научных открытий заставили многих британцев переоценить взгляды, остававшиеся неизменными в течеќние поколений. Среди викторианцев Альфред Тенниќсон (1809-1892) пользовался наибольќшей популярностью.

- "Королева Мая"

- "Леди Годива"

- "Улисс"

- "Принцесса"

Теннисон продолжает традиции Вордсворда. Он принимает участие в полемике героев истории. Стихи Теннисона печальны, элегичное настроение ушедшего времени.

Поэма "Улисс" показывает, что престарелый Улисс оставляет Итаку, чтобы открыть Новый Свет. Теннисон мог цитировать Гомера на Греческом. "Улисс" - это монолог героя. "Бороться, искать, найти и не сдаваться" - вот фразы Теннисона.

Улисс - это поэт, вечно стремящийся к недостижимому идеалу в поисках знания. В раннем творчестве Теннисона нужно отметить "Леди Гадива", этот образ встречается в 13 веке. Финал - победа над жадностью графа.

Его любят за проќникновенную лирику, в частности пейќзажную, отличающуюся удивительной точностью и музыкальностью стиха. Историческая тематика представлена стихотворениями и поэмами под общим названием "Идиллии короля".

Теннисон - "12 идиллий", объединенные образом Артура. История г. Камелот. В финале - предстает Камелот, утративший славу. Целая эпоха уходит в прошлое. Зло рождается в сердцах людей, а не извне.

Теннисон разработал конфликт между нравственностью и долгом. Все несчастны т.к. дом тоже не приносит счастья. Артур - герой кельтского мифа. У Теннисона он приобретает черты христианского святого.

Теннисон привлекал прерафаэлитов подробной разработкой пейзажа.

Роберт Браунинг (1812-1889г) - не был прерафаэлитом. Он реформатор поэзии, проводящий эксперименты с фонетикой.

Поэмы: "Парацельс", "Сорделло". Парацельс - швейцарский ученый, "отец химии", впервые предложивший опиум. Парацельс стремится к знаниям, полагая, что Бог повелел ему стать мудрецом. Однако накопление знаний как самоцель скоро теряет свою привлекательность, благодаря встрече с поэтом Априлем ученый понимает, что ему недостает любви к людям. Жизнь Парацельса обретает смысл, когда он отдает себя служению человечеству, а наука становится лишь инструментом, способным открыть людям новые горизонты, приблизить их к счастью. Герой Браунинга - титаническая личность, что сближает образ Парацельса с героями Байрона, но в то же время он - обыкновенный человек, способный совершать ошибки и заблуждаться. Но он не любит людей до встречи с поэтом. Парацельс изображается как "героический энтузиаст" (по Джордано Бруно).

Браунинг создал новую разновидность - драматическая лирика (= драма + лирика). Драматический монолог - это синтез. Его произносит лирический герой, у которого есть собеседник.

В 1855 году - сборник "Мужчины и женщины", монологи: "Фра Липпо Липпи", "Токката Галлуппи" (Галлуппи - композитор 18 века). Браунинг считает важным свойством поэзии - благозвучность. В основе монолога "Сакс Гота" - фуга (5 голосов). Принцип полифонии в "Кольце и книге". Это 10 монологов, их произносят персонажи, которые отличаются в характеристиках. У каждого своя правда, возникает полемика, спор.

В позднем творчестве Браунинга появляется Дон Жуан и называется "Фифина на ярмарке". Дон Жуан и его супруга Эльвира посещают ярмарку в бретонском городке Порнике, где внимание блистательного кавалера привлекает бродячая циркачка Фифина, которой он дает деньги. Эльвира обеспокоена, подозревая, что супруг готов пуститься в новую любовную авантюру. Жуан пытается успокоить жену, но сам отправляется на свидание с Фифиной, сжимая в руке переданную ею записочку. По форме "Фифина" представляет еще один драматический монолог, вложенный в уста Дон Жуана, обрамленный прологом и эпилогом, в которых образ Жуана отсутствует. Однако необычность и сложность этого произведения заключается в причудливом сплетении философских идей и наличии красочных, но непростых для истолкования аллегорий. Возникает 2 образа: ярмарка и море. Ярмарка = житейская суета, море - духовная стихия + аллегорический образ бабочки - души. В эпилоге, содержащем автобиографические аллюзии, Браунинг глубоко исследует открытые современному человеку возможности: принять стихию "ярмарки" и подчиниться голосу земного или постараться воспарить над ней. Однако трагедия заключается в том, что абстрагироваться от земного человеку не дано.

+ Одно из значений слова "vanity" (тщеславие), стоящего в заглавии романа, - "зеркальце". Тщеславие - навязчивая потребность отражаться в зеркалах чужих глаз максимально благоприятным для себя образом - сквозная характеристика описываемого Теккереем социума. Отражение здесь насущнее, чем собственно "я", - в отсутствие зеркала "меня" нет вовсе: личность эфемерна, - фактически, совокупность образов-имиджей. Кажется, нет в романе более трезвого человека, чем Бекки Шарп, но и о ней мы читаем (в гл. 48): "она поставила себе целью быть и считаться респектабельной женщиной и добивалась этой цели с удивительным упорством, находчивостью и успехом-временами она была готова и сама вообразить себя светской леди, забывая что в доме у нее нет ни гроша, что кредиторы толпятся у ворот, что поставщиков приходится уговаривать и умасливать,- словом, что у нее нет твердой почвы под ногами" . Твердой почвы под ногами, равно как и стабильной идентичности в мире Теккерея нет ни у кого вообще. Предлагая читателю "роман без героя", Теккерей бросает вызов более, чем частной литературной условности. Герой в романе традиционно служит важнейшим организатором смысла, эталоном и критерием оценок, - в нем зашифрован авторский, т.е. авторитетный ответ на большинство возникающих у читателя вопросов. В отсутствие героя мы остаемся с вопросами без ответов и вослед персонажам рискуем потерять твердую почву под ногами. Мы вынуждены себя спрашивать снова и снова: где критерии? судьи кто? мы сами - кто? Мы, видящие насквозь этих суетных людишек, выведенных с ехидной и пронзительной дотошностью, вплоть до мельчайших слабостей, до жалко-неприглядной подноготной, - мы потому наделены этим даром разоблачающего ясновидения, что мы - другие, чем они, и лучшие, чем они? или потому что - такие же? В отличие, к примеру, от нелепого Джоза, посещающего Бекки в меблированных комнатах в Брюсселе, мы знаем, что, непринужденно поддерживая с ним светскую беседу, она восседает на бутылке с коньяком, баночке румян и тарелке с колбасой, которые спешно спрятала под постель при его появлении. При посредстве повествователя мы как будто подглядели за хозяйкой в замочную скважину - безусловно, не самое благородное из занятий! К тому же при чтении мы невольно - и может быть, нежелательным для себя образом - сопереживаем Бекки, наслаждаемся ее виртуозным перформансом, сознавая в то же время, что врать нехорошо.