3. Роль афористической формы в основной идее памятника

Исходя из вышесказанного, можно сделать, что «Моление» - это и есть основной текст, который не несет в себе других обращений, кроме изначальных, вложенных автором. «Моление» представляет собой просительное письмо, челобитную, с которой Даниил обращается к князю.

Идею произведения видят в восхвалении сильной княжеской власти, причем в «Молении» этому сопутствует острая критика бояр. Идея сильной княжеской власти и в самом деле одна из ведущих идей русской литературы времени создания памятника (это можно найти и в «Повести временных лет», и в «Поучении Владимира Мономаха»). Естественно она и у Даниила, который рассчитывает на княжескую помощь. Однако восхваление князя носит у него несколько чрезмерный характер, заставляющий иногда подозревать иронию и, во всяком случае, очень большую самостоятельность его ума. Как, например: «Когда услаждаешься многими яствами, меня вспомни, хлеб сухой жующего; или когда пьешь сладкое питье, вспомни меня, теплую воду пьющего в укрытом от ветра месте; когда же лежишь на мягкой постели под собольими одеялами, меня вспомни, под одним платком лежащего, и от стужи оцепеневшего, и каплями дождевыми, как стрелами, до самого сердца пронзаемого» [7].

Вообще рассматриваемое произведение можно назвать своеобразным гимном мудрости, ведь уже во вступлении звучит эмоциональный призыв: «Въструбимъ яко во златокованыя трубы, в разумъ своего..»[7]

Даниил страстно желает служить князю, который способен не только исторгнуть его из нищеты, но, что еще важнее, дать униженному человеку достойное положение в обществе. При этом Даниил, говоря о себе с унижением, впадает в скоморошный тон. Здесь он демонстрирует не только книжную эрудицию, но и умение играть со словами, каламбурить. «Княжне мои, господине! Кому Переславль,а кому гореславль; кому Боголюбово, а мне горе лютое; кому Белоозеро, а мне чернее смолы; кому Лаче озеро, а мне много плача исполнено, зане часть моя не прорасте в нем». Также автор характеризует свое бедственное положение при помощи сравнений (например, «не смотри же на меня господине, как волк на ягненка»; «как трава чахлая, растущая под стеною, на которую ни солнце не сияет, ни дождь не дождит, так и я всеми обижаем») [7]. Вообще сравнение – самый распространенный в «Слове» и «Молении» троп, представленный во множестве разновидностей.

Выпрашивая милости у господина, автор вместе с тем создает некий идеальный образ князя. Он складывается из просьб и призывов, утверждений и библейских аналогий, афоризмов и цитат. В отличие от идеала правителя, предложенного Владимиром Мономахом в «Поучении», «Слово» и «Моление» воплотили народные представления о власти. Это - взгляд на князя снизу вверх. В «Молении» усилено панегирическое прославление князя путем цитирования «Песни песней» царя Соломона. Подчеркнуто значение мудрых властителей и доказывается преимущество мудрости над храбростью: «Умен муж не велми бывает на рати храбр, но крепок в замыслех; да тем собирати мудрые»[7].

Из «мирских притч» и изречений вырастает фигура добросердечного, милостивого, щедрого князя. Его «образ красен», а «глас сладок». Нищелюбивый правитель, знающий о бедах своих поданных, в то же время тверд и грозен своими людьми, ценит мудрость и верную службу, окружен дельными советчиками. Таков князь, милый сердцу Даниила Заточника.