§ 2. Понятие и виды преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности

Половые преступления представляют собой умышленные действия, посягающие на охраняемые уголовным законом половую неприкосновенность, нравственное и физическое развитие несовершеннолетних и малолетних, а также на половую свободу взрослых лиц.

Понятие половой неприкосновенности и половой свободы тесно связаны друг с другом, но имеют и существенное различие. Половая свобода – неотъемлемая часть разнообразных свобод человека, охраняемых государством и правом. Она предполагает право человека, достигшего определенного возраста, на удовлетворение (законным образом) своих сексуальных потребностей. По логике вещей такой возраст должен определяться тем, когда начало половой жизни не нарушает нормального физиологического и психически нравственного формирования личности. Последнее же учитывается в семейном праве определением брачного возраста. В соответствии же со статьей 13 СК РФ вступление в брак допускается (при наличии уважительных причин) с 16 лет. Из этого исходил и УК РФ, который в статье 134 (в редакции времени его принятия) установил уголовную ответственность за добровольное (ненасильственное) половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим 16-летнего возраста. В этом смысле уголовный закон точно соответствовал соответствующим положениям семейного законодательства. Однако позже Федеральным законом от 25 июля 1998 г. в уголовный закон была внесена существенная поправка, и эта возрастная «планка» была «опущена» до 14 лет. В соответствии с действующей редакцией статья 134 УК РФ уголовного ненаказуемым добровольное половое сношение или совершение иных действий сексуального характера является совершенное уже с лицом, не достигшим 16-летнего возраста. В связи с этим непосредственным объектом всех половых преступлений, совершенных в отношении лиц, достигших указанного (16-летнего) возраста, является половая свобода.

Половая неприкосновенность – более узкое (по объекты) и отличное от половой свободы понятие. Она предполагает абсолютный запрет на вступление в половую связь с лицом, не достигшим определенного возраста. А именно – не достигшим возраста, с достижением которого связывается наступление половой свободы, то есть способности принятия лицом самостоятельного решения вопроса о том, как и с кем, удовлетворять свои сексуальные потребности. Из уголовно-правового определения нижней возрастной границы достижение половой свободы вытекает, что половая неприкосновенность устанавливается в отношении лиц, не достигших 16-летнего возраста. В связи с этим непосредственным объектом всех половых преступлений, совершенных в отношении малолетних, не достигших указанного (16-летнего) возраста, является их половая неприкосновенность.

Поэтому представляются неточными утверждения, встречающиеся в уголовно-правовой литературе, о том, что половая неприкосновенность распространяется на лиц любого возраста, в том числе и совершеннолетних⁵. В этом случае следовало бы признать, что например, все находящиеся в законном браке и исполняющие свой супружеский долг мужья посягают на охраняемый уголовным законом объект – половую неприкосновенность их жен. Разумеется, что это не так. Неприкосновенными в плане половой жизни являются только лица, не обладающие половой свободой, то есть, как уже отмечалось, не достигшие 14-летнего возраста.

К преступлениям, посягающим на половую неприкосновенность и половую свободу личности, УК РФ относит следующие преступления: изнасилование (статья 131), насильственные действия сексуального характера (статья 132), понуждение к действиям сексуального характера с лицом, не достигшим 16-летнего возраста (статья 134), и развратные действия (статья 135).

Изнасилование (статья 131 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 9307, в 1998 г. – 9014, в 1999 г. – 83046, в 2000 г. – 7901, в 2001 г. – 8196, в 2002 г. – 8117, в 2003 г. – 8085, в 2004 г. – 8795 преступлений, предусмотренных статьей 131 УК РФ.

Часть 1 статьи 131 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за изнасилование. То есть половое сношение с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

Объектом данного преступления является половая свобода женщины, так как потерпевшей от этого преступления является женщина.

Объективная сторона характеризуется действием: совершением полового сношения с применением насилия или угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

Под половым сношением понимается только, как это принято называть в уголовно-правовой литературе, «естественное» половое сношение. В соответствии с прямым указанием уголовного закона (диспозиции часть 1 статьи 131 УК РФ) насилие (как физическое, так и психическое – угроза его применения) при изнасиловании может применяться не только к потерпевшей, но и к другим лицам (обычно родным, близким, безопасность которых намерена в этих случаях обеспечить потерпевшая).

Так, например, Д. в лесу на 13-летнюю М. с целью изнасилования, но оставил девочку после того, как ее взрослая сестра для спасения девочки предложила Д. вступить с ней в половую связь. Потерпевшая сделала это помимо своей воли, и виновный понимал это. Суд поэтому правильно осудил Д. за изнасилование⁶.

Физическое насилие как способ подавления сопротивления потерпевшей предполагает самые разнообразные формы: ее связывание, причинение боли, нанесение ударов, побоев, причинение ей умышленного легкого или средней тяжести вреда здоровью. Причинение при изнасиловании умышленного тяжкого вреда здоровью потерпевшей не охватывается частью 1 статьи 131 УК РФ, а требует дополнительной квалификации по совокупности еще по статье 111 УК РФ.

Под угрозой насилия к потерпевшей или другим лицам понимается угроза насилием, не представляющим опасность для жизни и не способным причинить тяжкий вред здоровью. Способ угрозы (словесный, демонстрация с этой целью оружия или предметов, способных, однако угроза должна быть реальной и непосредственной.

Под изнасилованием, совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей, в соответствии с разъяснением, данным в Постановлении пленума ВС РФ от 15 июня 2004 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» следует понимать изнасилование потерпевшей, когда она в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное либо беспомощное состояние, малолетний или престарелый возраст и тому подобное) не могла понимать характер и значение совершаемых с ней действий или не могла оказать сопротивление виновному лицу, и последний, вступая в половое сношение, сознавал, что потерпевшая находится в таком состоянии⁷.

Само по себе половое сношение с женщиной, находящейся в состоянии опьянения, без применения физического насилия или угроз не является основанием для рассмотрения его как преступного деяния. Для такой оценки необходимо, чтобы степень опьянения характеризовала состояние потерпевшей именно как беспомощное, то есть лишало бы ее возможности сознавать окружающую обстановку, понимать значение совершаемых виновным действий или оказать ему сопротивление.

Так, областным судом В. был осужден за изнасилование несовершеннолетней Л. С использованием ее беспомощного состояния. В., работавший тренером в спортивной школе молодежи, познакомился с ученицей 10 класса средней школы Т., после чего несколько раз встречался с ней в компании с другими лицами и распивал спиртные напитки. В одной из выпивок принимала участие подруга Т., также учащаяся 10 класса Л. Однажды Т. и Л. Позвонили В. по телефону и предложили встретиться. Во время встречи они решили поехать за город. В. взял такси, купил бутылку водки, бутылку вина и закуску. По приезде в лес они расположились на траве и стали выпивать. Т. выпила 50грамм, а остальное распили В. и Л. Поскольку они опьянели, В. счел неудобным в таком виде возвращаться в город на рейсовом автобусе и дал Т. деньги, чтобы она съездила в город и приехала за ним на такси. Оставшись вдвоем с Л., В., воспользовавшись ее опьянением и, по мнению суда, ее беспомощным состоянием, изнасиловал Л.

Вышестоящая судебная инстанция не согласилась с такими выводами и указала, что имеющиеся в деле данные не свидетельствуют о том, что Л. Во время полового сношения находилась в беспомощном состоянии и что она была против вступления в половую связь с В. Из материалов дела усматривается, что Л. и Т. постоянно искали встреч с В. и сами были инициаторами этих встреч, хотя и знали, что женат и имеет ребенка. Не возражали они против выпивки в лесу. В частности, подтвердили, что В., наливая Л. вино, говорил: «Скажи, когда хватит».

Потерпевшая Л. показаний В. о совершении с ней полового акта по добровольному согласию не отвергала, а лишь пояснила, что была пьяна и ничего не помнит. Однако показания Л. о том, что она не осознавала своих действий, не могут быть признаны достоверными. По этому поводу осужденный В. показал, что хотя Л., оставшись с ним наедине в лесу и находилась в состоянии опьянения, однако не отдавала отчет своим действиям и на его ухаживания отвечала взаимностью. При этом В. провел некоторые подробности в поведении Л., свидетельствующие правдивости его показаний. Объяснения В. находят подтверждения и в других материалах дела.

Допрошенный в качестве свидетеля шофер такси Б., который привез Л. и В. в город из леса, что Л. была пьяна, но в машину села сама и на вопрос В. назвала свой адрес. Дорогой В. шутил с ней, а когда подъехали к ее дому, попрощался и сказал, чтобы она завтра пришла к нему, на что Л. ответила согласием.

Из материалов дела видно, что по возращении Л. домой ее родители заметили, что она пьяна, а ее одежда находится в неряшливом виде. Мать потерпевшей Л. показала, что на ее вопрос: «Что с ней произошло?» дочь ничего вразумительного не ответила, лишь сказала, что «она любит одного парня» и легла спать.

В связи с изложенным вышестоящая судебная инстанция пришла к выводу, что у суда не было достаточных оснований для признания В. виновным в изнасиловании Л. путем использования ее беспомощного состояния⁸.

Для признания изнасилования, совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей, не имеет значения, привел ли женщину в такое состояние сам виновный (например, напоил спиртными напитками, снотворное и тому подобное) или находилась в беспомощном состоянии независимо от его действий.

В принципе, использование при изнасиловании беспомощного состояния потерпевшей можно рассматривать как частный (хотя и специфически) случай насильственного полового сношения, так как оно в этих случаях происходит без учета воли потерпевшей, а значит, и вопреки такой воли. Таким образом, состав изнасилования налицо лишь при установлении насильственных при половом сношении действий над потерпевшей (включая, как уже отмечалось, использование ее беспомощного состояния).

Изнасилование считается оконченным с момента начала полового акта, независимо от его завершения в физиологическом смысле.

Субъектом изнасилования – непосредственным его исполнителем – может быть только лицо мужского пола, достигшее 14-летнего возраста. За участие в групповом изнасиловании, в том числе и в форме оказания помощи насильнику путем применения физического или психического насилия к потерпевшей, подлежат ответственности (как соисполнители) и лица женского пола. В других случаях они могут вступать в качестве подстрекателей или пособников изнасилования.

Субъективная сторона изнасилования характеризуется только прямым умыслом. Виновный осознает, что вступает в половое сношение с применением насилия, угроз или используя беспомощное состояние потерпевшей, и желает этого.

При доказательстве такого умысла судебная практика испытывает подчас серьезные трудности в связи с установлением того, было ли сопротивление потерпевшей при половом сношении действительным или мнимым (притворным).

Так, областным судом К. был осужден за изнасилование, совершенное при следующих обстоятельствах. К. – студент техникума, проживающий в общежитии, перед началом студенческого вечера пригласил к себе в комнату студентку Г., где сначала обнимал и целовал ее, а затем, несмотря на сопротивление, совершил с ней насильственный половой акт. Вышестоящая судебная инстанция не согласилась с такой оценкой действий К., приведя следующие доводы.

Как видно из - дела, потерпевшая Г. после происшествия о действиях К. не заявила. Возбуждение дела состоялось спустя семь месяцев после случившегося, когда в связи с обнаружением у К. венерического заболевания тот на вопрос врачей об источнике заражения сообщил, что он имел половое сношение с Г. Последняя, будучи допрошена, хотя и утверждала, что половое сношение было совершено против ее желания, однако рассказала о фактах, свидетельствующих, по существу, об отсутствии в действиях К. признаков изнасилования Г., в частности, показала, что перед началом студенческого вечера К. пригласил ее в свою комнату и она последовала за ним. В комнате никого не было. К. стал ее обнимать и целовать. Она просила К. не трогать ее, но он повалил ее на кровать и совершил половой акт. Г. показала, что К. при этом не угрожал ей и не бил ее. После этой встречи у нее с ним были хорошие отношения, они встречались, вместе выпили вино. Однажды она зашла с ним в пустовавшую комнату, которую открыла имевшимся у нее ключом, «просто поговорить». Во время разговора К. начал тащить ее на койку. Она просила не трогать ее, но он тем не менее положил ее на кровать и совершил с ней половой акт. К. подтвердил все эти обстоятельства, показав, что Г. ему нравилась и он «предлагал ей дружбу». Во время склонения к половому акту Г. сопротивления ему не оказывала и лишь говорила «не надо». После совершения полового акта Г. пошла с ним на танцы и продолжала встречаться с К.

При таких обстоятельствах вышестоящая судебная инстанция пришла к выводу, что половые акты с Г. осужденный К. совершил без признаков насилия, и со стороны потерпевшей не было совершено каких-либо действий, свидетельствующих о ее действительном нежелании вступать с ним в половую связь, и признала вывод суда о виновности К. в изнасиловании г. неосновательным⁹.

Приведенная ситуация является одной из самых трудных в судебной практике по делам об изнасиловании. По этому поводу американский юрист Дж. Флетчер справедливо задается вопросом, в каких случаях представление мужчины о том, что находящиеся в его комнате женщина не против вступить с ним в половое сношение, хотя и говорит «нет», является обоснованным¹⁰. При этом Флетчер сослался на дело Майка Тайсона, известного боксера, осужденного за изнасилование Дезире Вашингтон, явившейся к нему на свидание в гостиничный номер. Тайсон утверждал, что действовал с ее согласия. Потерпевшая утверждала обратное. Процесс превратился в «дело чести» для феминисток, которые настаивали на том, что если женщина добровольно идет в номер гостинице к мужчине поздно вечером, то это вовсе не означает ее согласие на сексуальные отношения. Хотя, по мнению американского автора, Тайсон мог полагать, что Дезире была согласна на вступление в половую связь¹¹.

Дж. Флетчер приводит по этому поводу и другое дело, по-иному рассмотренное английским судом. Это решение палаты лордов, вынесенное в середине 70-х гг. XX века по делу, в котором обвиняемый убедил своих друзей-собутыльников в том, что его находящаяся дома жена обожает насильственное принуждение к сексу. Она может ожесточенно сопротивляться, хотя на самом деле обожает сексуальное насилие. Они все вместе пришли из бара к нему домой, и матросы ,приятели мужа, изнасиловали по его подсказке сопротивляющуюся и рыдающую женщину. Муж (по фамилии Морган) и его «дружки» были осуждены за изнасилование. Насильники подали апелляцию на том основании, что поддались на убеждения мужа, посчитав, что жена .не смотря на сопротивление, была согласна на половое сношение с ними. Палата лордов вынесла решение (по мнению американского ученого, «поразительное») о том, что, в принципе, введенные в заблуждение приятели имели основания для оправдания, поскольку добросовестно заблуждались. Дж. Флетчер сообщает, что это решение палаты лордов получило поддержку в английской уголовно-правовой доктрине, а канадские судьи стали следовать этому прецеденту. При этом американский юрист считает такую позицию неубедительной, а судебную практику несправедливой.

В связи с этим вернемся к рассмотрению выше делу студента К. об изнасиловании им в комнате студенческого общежития студентки Г.Для обвинения К. в преступлении решающим доводом у суда первой инстанции были слова потерпевшей, обращенные к К.: «Не надо», «Не трогай». Однако вышестоящая судебная инстанция исходила, учитывая приводимые ранее факты, из другого. Вышестоящий суд считал, что эти слова не могут служить доказательством проявленного К. в отношении нее насилия (по нашему мнению, они лишь свидетельствовали о стыдливости девушки).

Но ведь очевидно, что в жизни нередки и другие ситуации, когда обвиняемый в изнасиловании на самом деле ошибочно оценил ситуацию и не заметил действительного нежелания потерпевшей вступить с ним в половую связь. Однако сама по себе добросовестность такой ошибки обвиняемого не может повлиять на изменение оценки его поведения как преступного. Этот риск ошибки лежит на самом обвиняемом, и правомерность его действий зависит от того, было ли в действительности согласие потерпевшей. И в российском уголовном праве нет оснований для оправдания лица в случае такой ошибки. Она может быть (да и то лишь в определенных случаях) учтена в качестве смягчающего наказание обстоятельства.