1. Понятие, сфера функционирования и средства регулирования политических отношений

Политические отношения – вся совокупность общественно политических отношений, складывающихся в процессе осуществления власти, как «по вертикали» (высшие/низшие органы власти), так и «по горизонтали» (между политическими партиями, партиями и государством, социальными слоями, нациями и т.п.).

Очевидно также, что власть порождается теми же самыми чувствами, представлениями и желаниями, т.е. возникает одновременно с самим общественным процессом. Будучи направляющей силой, власть порождается не одной волей (желаниями), но, как показывает история, не может существовать без представлений и чувств (имидж власти и восприятие власти).

История убедительно доказывает неизбежность власти, потому что неизвестно человеческих обществ без какой-либо власти и принуждения. Однако не все одинаково оценивают этот факт с нравственной стороны. Нередко власть и принуждение воспринимаются как неизбежное зло. Власти противопоставляют свободу как благодетельное состояние.

Следует заметить, что если бы человек не был самостоятельной личностью, то он не был бы способен ни к состоянию власти, ни к состоянию свободы. Что есть свобода? Это состояние независимости от данных окружающих нас условий, от внешних сил. При отсутствии самостоятельности, основанной не некоторой внутренней силе, это не возможно. При власти же человек подчиняет себя этим внешним силам. В реальности человек постоянно находится то в состоянии свободы, то в состоянии подчинения власти, т.к. постоянно то подчиняет себя окружающим условиям, то ведет себя самостоятельно (вышли из дома – выбираем вид транспорта; когда выбрали – подчиняемся правилам движения в транспорте – билеты и проч.).

При этом состояние абсолютной свободы ест внешне бездеятельное, т.к. в этом состоянии человек не подчиняется никому сам и никого не подчиняет себе. Конечно, это состояние как бы идеальное, но с общественной точки зрения не активное. Если бы все общество состояло из таких самоудовлетворенных личностей, оно перестало бы быть обществом – кооперацией, т.к. они перестали бы взаимодействовать. Это состояние блаженных духов, но не состояние гражданское, состояние zwo politikos.

Гражданское состояние, напротив, заключается в постоянной борьбе разных форм, грубых или утонченных, в которой возможно только два состояния: власть или подчинение.

Не стоит думать, что подчинение обязательно означает насилие. Как пишет К.П.Победоносцев, в сложной натуре человека есть в том числе несомненно искание над собой власти, которой он мог бы подчиниться (пример: женщина ищет мужчину). Кстати, Л.А.Тихомиров называет эту черту «женственностью»). Она не есть выражение слабости, это скорее поэтическое выражение идеала, которым нельзя владеть, а которому можно только подчиняться, как высшему началу. Эта черта, особенно яркая у женщин, выражает однако целую серию общечеловеческих добродетелей: смирения, скромности, стремления к идеалу. Точно также стремление к независимости может порождаться не только могучей силой, но также и грубой необузданностью натуры, тщеславием и т.д.

Таким образом, стремление к власти – сила, которая соединяет людей в общество. Стремление к независимости – сила, которая разобщает людей, хотя без свободы в обществе не будет больших личностей.

Когда жители Древней Руси призывали Рюрика на княжение, согласно летописи, главной причиной, которую они назвали, было отсутствие порядка: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет». Таким образом, главной задачей власти является создание и поддержание порядка.

Порядок нужен для любого процесса, иначе таковой разрушается и заменяется хаотическим смешением элементов. В физическом мире этот порядок достигается нерушимым господством т.н. законов природы. Здесь невозможно говорить о наличии свободу у составляющих мир элементов и это очевидно.

В социальных явлениях такой идеальный порядок невозможен, поскольку каждая личность обладает способностью хотения – волей, которую предусмотреть нереально. Поэтому, если бы эти хотения не были поставлены в некие рамки – т.е. обязательные для всех нормы, общественная жизнь была бы невозможна. Как бы ни был такой порядок несправедлив и жесток, к нему можно приспособиться, потому что по крайней мере известно, что те или иные нелепости возведены в систему и существуют твердо. Тогда их, по крайней мере, можно стараться избегать. Люди, благодаря богатству своих внутренних сил, могут жить и развиваться даже при самых ужасных условиях, если только они возведены в ясный и определенный порядок (пример с социалистическим обществом).

В истории есть очень мало примеров анархии, и в них человечество становится жертвой таких бедствий, что готово подчиниться скорее какой угодно жестокой и несправедливой власти, лишь бы ее господство дало порядок.

Итак, порядок – первая потребность человека в обществе. Для его осуществления нужна власть, способная к принуждению, чтобы произвольные личные хотения подчинить установленным нормам. Следовательно, власть необходима.

Первоначально власть формируется на уровне семьи, рода, общины. Нормы отношения закрепляются обычаями и традициями. Но, как гласит пословица: «Что город – то норов, что деревня – то обычай». В каждом маленьком центре человеческой организации возникает слишком субъективный порядок, непонятный для всех чужих и даже противоречащий их привычному поведению. Так возникает стремление к более широким, всеобъемлющим нормам порядка – т.е. зарождается государственная идея.

Государственная идея направлена на то, чтобы выработать такой порядок, который был бы приспособлен ко всем отношениям, вместе взятым, т.е. к человеку вообще. Такому всеобъемлющему порядку соответствует только одна власть – власть верховная, т.е. власть, которые стоит выше всех специальных интересов.

Цель этой верховной власти – правда и проистекающая из нее справедливость, к которой свойственно стремиться человеку.

Власть верховная

Понятие верховной власти практически утрачено в современной политологии. Однако следует различать верховную власть и власть правительственную. Верховная власть всегда основана на одном принципе, едина, сосредоточена и нераздельна. Правительственная власть представляет сочетание разных принципов и основана на специализации, порождая т.н. разделение властей.

Еще Аристотель, а за ним и Полибий (200 лет до Р.Х.) определили три вечных принципа власти: монархия, аристократия и демократия. Согласно Полибию, они не составляли как бы круговорот в истории: монархия вырождалась в тиранию, которые свергали влиятельнейшие люди, создавая при этом аристократию. Аристократия вырождалась в олигархию, тогда разгневанный народ свергал олигархов и учреждал демократию, которая, в свою очередь, вырождалась в охлократию, которая приводила общество в хаос. Тогда спасением являлась вновь монархия. При трех этих принципах верховная власть остается простой и принадлежит либо монарху, либо аристократам, либо народу.

При этом правительственная власть может сочетать все три принципа. Например, по мысли Полибия, в Древнем Риме власть консулов носила монархический характер, власть Сената – аристократический, а власть народных собраний и трибунов – демократический.

Характеристика верховной власти: едина, постоянна, непрерывна, державна, священна, безответственна. Совокупность принадлежащих ей прав есть полновластие. Юридически она ничем не ограничена. Будучи таковой, она находит себе предел в собственном нравственном сознании и в совести граждан. Т.е. ограничена она может быть только моралью. Выходя за ее пределы, она становится узурпаторской и незаконной.

Сторонники конституционализма еще в XIX в. и ранее выдвигали версию о «сложном субъекте» верховной власти, согласно которой носителями ее являются несколько органов сразу – как в конституционной монархии (король + парламент). Л.А.Тихомиров оспаривает эту теорию, подчеркивая, что смысл власти – единая государственная воля. Если же эту волю выражают органы, основанные на противоположных принципах, то единства никогда не будет, будет только вечная борьба. В свое время еще Жан-Жак Руссо, полемизируя с Монтескье, установил четкое различие между Souverain и Gouvernement, т.е. верховной и правительственной властью. (Л.А.Тихомиров считает конституционную монархию недоразвитой демократией.)

Принцип разделения правительственной власти

Проявление государственной власти может быть троякое: 1) законодательное, 2) судебное и 3) исполнительное. Это то, что мы сейчас называем принципом разделением властей. Т.е. делится не верховная власть, а власть правительственная.

Как можно это доказать? Представим себе государство, в котором три ветви власти совершенно независимы друг от друга. Т.е. законодательная власть создает законы, но бессильна заставить суд и администрацию придерживаться их; судебная власть судит, как ей вздумается, но бессильна заставить администрацию ривести в исполнение свои постановления. Это картина сумасшедшего дома. Таким образом, очевидно, что все эти три власти в принципе не могут быть независимы. Они есть разум, совесть и воля – проявления одной и той же силы, которая в законодательстве устанавливает общие нормы, а в суде и администрации применяет эти нормы к частным случаям и приводит в исполнение. И эта сила – верховная власть.

При этом возможна борьба этих трех ветвей между собой и борьба их против верховной власти (современная Россия да и любая демократия, где власть принадлежит народу только de jure). Правительственная власть может специализироваться и дробиться и далее, в этом заключается ее развитие, но верховная власть остается нераздельной.

Зачем нужна правительственная власть? Никакая единая воля не обладает свойством вездесущия, а потому нуждается во вспомогательных органах. Когда государство разрастается до такого размера, что напрямую власть уже не может осуществляться, возникает необходимость в создании органов управления, которые передают эту власть от центра к периферии. Т.е. действие власти из прямого становится передаточным.

Есть два вида передаточного действия власти: 1) служилое и 2) представительное. Служилое – это бюрократический аппарат. Но поскольку чиновники обладают своей собственной волей и своей внутренней логикой развития, они в той или иной степени искажают передачу власти, и чем более сложный аппарат – тем больше происходит искажение. Следовательно, лучшее действие власти – это прямое действие.

Каким образом можно этого достичь? Путем контроля и направления всех передаточных властей, т.е. бюрократического аппарата. Другой способ – контроль самих граждан путем а) права апелляции к верховной власти (желтый ящик Павла I); б) публичности и гласности действий властей (публикация отчетов министерств в России); в) возможности обсуждения действий властей в печати, собраниях и т.п. – Для этого наряду с бюрократическим управлением создается система общественного самоуправления.

Принцип представительности верховной власти

Обычно принцип представительства воспринимается как синоним понятий свободы, обеспечения прав, ограничения произвола и т.д. – т.е. это нечто светлое и необходимое в любом цивилизованном государстве. Но это далеко не так.

Представительство подразумевает, что кто-то представляет волю и мысли верховной власти. Это возможно и в демократии, и в монархии.

Такой мыслитель, как Д.С.Милль (1806-1873, английский экономист) под представительным правлением понимает исключительно демократию, хотя это не одно и то же. В работе «Представительное правление» он пишет, что каждая человек и каждая группа лучше всего знает и понимает свои интересы, поэтому при демократии он может их удовлетворить. Но поскольку невозможно всему народу собраться и решить свои дела, если государство хоть немного больше маленького городка, то необходимо избрать народных представителей, которые и будут представлять его интересы. Сам Милль признавал, что из этого проистекает как польза, так и зло.

Что есть представительство? Это одна из форм передаточной власти. В данном случае народ, обладая верховной властью (демократия) передает свою власть своим представителям. Но служилые власти находятся под контролем; дело, порученное чиновнику, всегда строго определено; чиновник действует на основе установленного закона, а если нарушает его – то это преступление. Положение и права представительной власти совершенно иное. Его задача – не исполнять конкретное поручение, а действовать во имя своего доверителя, представлять его волю даже в таких случаях, где эта воля не определена. То есть сама верховная власть передается представителю – это может быть и депутат, и чиновник. И передача по существу основана на ошибке, которая со стороны представляемого есть иллюзия, а со стороны представляющего – иногда даже ложь.

В принципе невозможно представлять чужую волю, потому что она не известна заранее. Никто сам не может знать, какова будет его воля. Тем более не может этого знать «представитель». Тем не менее, в большинстве стран мы наблюдаем существование парламентарного правления, где представительство возведено в общий принцип. Уже в конце XIX века для многих политологов было очевидно, что в парламентарных странах воля народа представляется правительством до крайности мало. Роль народа состоит почти исключительно в том, чтобы выбрать своих повелителей, а потом сменить их, хотя при хорошей организации политических партий это крайне сложно.

Предлагалось немало способов ограничить всевластие представителей. Наиболее распространенная мысль в этом отношении требует, чтобы они действовали по «наказам» избирателей. Но это возможно только в учредительном собрании, в котором можно относительно ясно представить волю избирателей (при смене гос.строя, например). Когда речь идет о повседневном управлении – это невозможно, т.к. нельзя предвидеть, какие именно дела придется решать власти. Депутатам тогда пришлось бы поминутно обращаться к избирателям с запросами, и управление бы постоянно тормозилось. Но при отсутствии наказов, парламентаризм вырождается в полный произвол партий, которые безусловно держат в своих руках депутатов, которые в теории представляют волю народа, а в действительности исполняют лишь волю своих партий.

Представительство возможно и при монархии. В этом случае представительство создает бюрократизм. Чиновники могут действовать «именем» монарха и якобы «по его указу», но фактически независимо и без ведома верховной власти. Это такая же фикция, как и при парламентарном правлении, только если там предметом фальсификации является воля народа, то здесь – воля монарха. Во избежание этого особенное значение для верховной власти имеет так называемое самоуправление – т.е. общественное управление, которое чрезвычайно расширяет возможность прямого действия в правительственных учреждениях и освобождает силы верховной власти для прямого контроля и направления. Это относится и к монархии, и к аристократии, и к демократии.

Рассмотрев способы действия власти, необходимо определить ее разновидности. Таковых в истории всего три: 1) власть единоличная; 2) власть некоторого влиятельного меньшинства; 3) власть всенародная. Из них вырастают власть верховная и все комбинации правительственной власти. Это деление было введено еще Платоном и Аристотелем.

Обычно монархия, аристократия и демократия называются «формами правления», но на самом деле это не только форма, а нечто, наполненное глубоким содержанием. Доказательством этому может быть то, что все попытки изменить данную классификацию оканчивались фиаско, т.к. были тенденциозны. Так, Монтескье пытался выделить деспотию в особую форму государства, но делал это из очевидного желания реабилитировать современную ему французскую монархию. Иоганн-Каспар Блунчли (1808-1881; швейцарский правовед и политик) пробовал прибавить к Аристотелевым подразделениям четвертую форму – теократию – из желания покрепче утвердить «светлый» характер современного ему государства. Однако очевидно, что теократия обычно бывает либо демократией, либо монархией, а чаще всего аристократией (власть духовенства в исламских странах). Они отличаются от других монархий, демократий и аристократий не политически, а только содержанием своего идеократического элемента. Стало быть, теократия сама по себе никакой особой политической формы власти не составляет.