Лекция III. «Открытие Японии». Политическая борьба в правящих кругах. Падение сёгуната

Развитие Японии в первой половине XIX в. определили нарастание социальной напряженности, поражение Китая в первой «опиумной» войне и «открытие» страны в 1854 г.

Налогово-финансовая политика бакуфу вызывала народные волнения. Со второй половины XVIII в. количество выступлений в год увеличилось в три раза и составило 15, в 50-х гг. XIX в. – 33, в 1866 г. – около 40. Крестьяне протестовали против увеличения налогов и предоставления монополии купечеству. Крупнейшие восстания произошли в 1837 г., наиболее мощным было восстание горожан в Осака во главе с Осио Хэйхатиро, начальником полиции города. С 1833 по 1837 гг. во многих районах Японии был неурожай, но налоги оставались прежними, а купцы взвинтили цены на продовольствие. Правительство ввело дополнительный налог в связи со свадьбой дочери сёгуна. Это вызвало взрыв негодования, несмотря на то, что оно было подавлено, эти события повлияли на обстановку в стране. В этом же году прокатились десятки восстаний в деревнях и городах. Крупное восстание вспыхнуло в княжестве Мариока в 1847 г. Восставшие требовали отставки некоторых высокопоставленных чиновников, отмену ряда налогов, монопольной скупки товаров, упорядочивания сбора налогов.

Чтобы снизить социальную напряженность, правительство прибегало к различным мерам: от военного подавления и жестоких наказаний до частичного удовлетворения требований. Издавались многочисленные указы, требующие соблюдать традиционные нормы поведения. Как уже отмечалось, социальный баланс в стране держался на конфуцианско-буддийских этических правилах.

Существенное влияние на ситуацию в стране оказало вторжение извне. С конца XVIII в. интерес к Японии проявляют крупные европейские державы Англия, Россия и США. Англия была заинтересована в установлении своего контроля в Северной части Тихого океана, Россия – в установлении границ и взаимных контактов. Для США значимым было стратегическое положение Японии на пути в Китай (тем более, что современные суда доходили до Японии от западного побережья Америки за 16 дней).

Актуальной представляется проблема «островных территорий» в русско-японских отношениях. Освоение Восточной Сибири и выход к Охотскому морю русских казаков и экспедиций происходил в XVII–XVIII вв., когда сёгунат Токугава под страхом смертной казни запрещал японцам покидать свои острова. Географические открытия в северной части Тихого океана были сделаны походами Пояркова, Дежнева, Атласова, Хабарова, Москвитина. Курильская гряда была картографирована в XVIII в. экспедициями Козыревского, Лужина, Анциферова, Евреинова. В 1732 г. экспедиция Шпанберга и Вальтона вышла на северо-восток острова Хонсю и высадилась на Хоккайдо. В 1742 г. Шельтингом было уточнено островное положение Сахалина. В 1745 г. была опубликована первая научная карта Восточной Азии в «Академическом атласе» России. К концу XVIII в. русские поселения существовали на Сахалине, Курильских островах (Парамушир, Шумшу, Симушир, Уруп и Итуруп), Алеутах, на Западном побережье Северной Америки от Аляски до Калифорнии. Большая часть этих поселений была создана компанией сибирских купцов Шелехова и Голикова, реорганизованной в 1799 г. в Российско-Американскую торговую компанию.

Попытки японцев исследовать Южно-Курильскую гряду относятся к 80-м гг. XVIII в. Первым японским исследователем Южно-Курильской гряды был Могами Токунай. В 1786 г. его экспедиция высадилась на Урупе и Итурупе. Японцы ломали русские пограничные знаки, угрозой и силой вытесняли русских поселенцев, жестоко эксплуатировали местное население айну.

Русское правительство было заинтересовано в урегулировании территориальной проблемы и установлении официальных контактов, в том числе и торговых. В 1792 г. в Японию была направлена экспедиция А. Лаксмана. Японское правительство приняло Лаксмана и дало разрешение вести торговлю на таких же правах, что и голландцы. Однако русские купцы не воспользовались этим договором, и когда в 1804 г. в Нагасаки прибыло посольство К. Резанова, ему было отказано даже в переговорах.

Неудачными были и последующие попытки переговоров (1806, 1807 гг.). А в 1811 г. экспедиция В. Головнина, обследовавшая Шантарские и Курильские острова, была захвачена японцами в плен.

Что касается японских рыбаков и моряков, которых штормы заносили в российские территориальные воды, им, как правило, оказывалась помощь. Эти исторические факты составили основу романа японского писателя Ясуси Иноуэ «Сны о России».

Поражение Китая в первой «опиумной» воине изменило обстановку в тихоокеанском регионе. Япония оказалась под угрозой европейского вмешательства. В 1846 г. Англия планировала направить военную экспедицию в Японию, чтобы добиться торгового договора, но в силу обстоятельств, главным из которых было окраинное положение Японии для английских интересов, она была отложена. В этом же году американские корабли во главе с коммодором Дж. Бидлом прибыли в залив Эдо. Но Бидл не решился прибегнуть в военной силе. Голландцы еще в 1844 г. информировали бакуфу об изменении ситуации в Европе и намерениях европейцев, посоветовали прекратить политику самоизоляции и открыть страну. В правящих кругах осознавали опасность и искали пути выхода. В 1842 г. было разрешено оказывать помощь иностранным судам водой и продовольствием, были развернуты работы по укреплению обороны. Бакуфу и многие княжества стали внедрять западную артиллерию, а в некоторых княжествах пытались провести военную реформу. В чиновной среде стал популярным лозунг «процветающая страна, сильная армия», выдвинутый Фудзита Юкоку еще в конце XVIII в., только теперь его понимали как заимствование военно-технических достижений Европы

Внешнеполитические обстоятельства 40-х гг. XIX в. способствовали изменению расстановки сил в правящих кругах. Усилились позиции камон даймё (основных ветвей дома Токугава, традиционно занимавших подчиненное положение) и тодзама даймё. Их лидером стал Нариаки. Крупные даймё потребовали, чтобы бакуфу принимало важные политические решения, консультируясь с ними. Получила широкое распространение идея реставрации власти императора.

Таким образом, в Японии в 40-х гг. XIX в. определились политические силы, осознававшие необходимость перемен, и подходы к решению возникших проблем. Эти силы были представителями правящих кругов, и они надеялись провести преобразования без кардинальных перемен государственно-политического устройства сёгуната.

Однако события, последовавшие за «открытием» страны американцами, опрокинули эти надежды. Конгресс США дал поручение коммодору М. Перри добиться договора с Японией любой ценой, включая военную силу. В июле 1853 г. американская эскадра вошла в залив Суруга. Перри передал послание президента Фильмора с пожеланиями установления «дружеских отношений». Этот шаг американцев имел значительные последствия для политической ситуации в Японии. Глава бакуфу Абэ Масахиро впервые в истории сёгуната обратился за советом к влиятельным даймё и чиновникам бакуфу. Тем самым был положен прецедент – отказ от одной из важных прерогатив центрального правительства самостоятельно проводить внешнюю политику. На этом совете большинство признало несостоятельным предложение Нариаки дать военный отпор американцам, поскольку у Японии не было достаточной вооруженной силы. Тем временем в бухту Урага вновь зашли американские военные корабли и развернулись в боевой порядок. Бакуфу вынуждено было пойти на уступки и 31 марта 1854 г. был заключен договор с США, по которому американским судам разрешалось заходить в японские порты для заправки водой, углем и продовольствием, кроме торговли. Аналогичные договоры были заключены с Англией и Россией. Кстати, за год до этого русская эскадра во главе с адмиралом Путятиным прибыла в Нагасаки с целью заключения соглашения по урегулированию пограничных территорий и торговли. Перед Путятиным была поставлена задача, действовать только мирными дипломатическими мерами. Первая попытка русских дипломатов не увенчалась успехом, а начавшаяся русско-турецкая война и угроза нападения на Петропавловск и русское Приамурье англо-французской эскадры вынудили Путятина выйти из Нагасаки и отплыть на север. Договор с Японией был подписан в феврале 1855 г. в Симода. По нему граница была проведена между островами Уруп и Итуруп, а Сахалин остался в совместном владении.

США и Англия не были удовлетворены подписанными соглашениями. Они стремились навязать Японии договор по типу Нанкинского, неравноправного договора с Китаем. В Англии рассматривали вопрос о посылке военной экспедиции, о чем директор голландской фактории предупредил бакуфу. Голландцы предложили заключить с ними более выгодный для Японии договор, чтобы он стал основой договоров с другими странами. К согласию на это предложение бакуфу подтолкнули события 1856–1858 гг. в Китае, известные как вторая «опиумная» война. Кроме этого ряд влиятельных князей в Японии считали, что страна должна использовать внешнюю торговлю для собственного процветания, перевооружения, освоить все средства западных стран для своего усиления. В 1857 г. с Голландией был заключен договор, который лег в основу соглашения с Россией. США и Англию эти условия не удовлетворили, американский консул Харрис потребовал их существенного расширения, бакуфу вынуждено было уступить. В 1858 г. был составлен новый договор, открывавший для торговли порты: Нагасаки, Канагава, Ниигата, Хёго, Эдо и Осака, многие были недовольны этими уступками. Глава бакуфу обратился за поддержкой к императору, Этот шаг также имел важные последствия для расстановки политических сил в стране. Был поднят престиж императорской власти в светских делах.

Таким образом, только в событиях, связанных с открытием Японии, сёгунат вынужден был сделать две важные уступки в прерогативах власти: князьям, особенно тодзама даймё и императору и его двору.

В конце 50-х гг. после подписания договоров 1858 г. на политической арене страны появляется новая сила – молодые, радикально настроенные самураи невысоких рангов, «чьи амбиции, – как отмечает В. А. Тюрин, – нередко существенно превосходили понимание ими происходящих событий. Их лозунгом, а не программой был девиз – «почитание императора и изгнание варваров (соннодзёи)». В 1860 г. их представителем был убит тайро (глава бакуфу) Ии Наосукэ, один из наиболее сильных политиков. Его обвиняли в уступках иностранным варварам.

Главным вопросом, вокруг которого сосредоточились другие проблемы, стал вопрос об отношении Японии и внешнего мира. Естественно, это было связано с представлениями о том, кто сможет эти проблемы разрешить, т. е. с вопросом о власти. Как уже отмечалось, самурайство невысоких рангов решительно выступало против открытия страны и свои надежды на разрешение этой и других проблем возлагало на императора. Их поддерживали молодые представители аристократии (кугэ).

Ряд даймё, прежде всего, тодзама стремились к компромиссу между двором императора, сёгуном и бакуфу, рассчитывая таким образом обеспечить свои интересы. В 1861 г. даймё княжества Сацума Симадзу Хисамицу возродил группировку кобу-гаттай, выражавшей эти настроения, император Комэй и его ближайшее окружение были склонны поддерживать эту политическую силу.

Бакуфу маневрировало между тремя силами: радикально настроенным самурайством, кобу-гаттай и иностранцами. Стремясь сохранить власть и не допустить вооруженной интервенции иностранцев, оно прибегало к различным методам от силового давления до беспрецедентных уступок. По распоряжению Ии Наосукэ в 1856 г. были сняты с постов и заключены в тюрьму более ста самураев. Четверо из них были казнены, в том числе и один из властителей умов тогдашней Японии мыслитель, писатель, публицист Ёсида Сёин (1830–1859), сторонник реформ и реставрации императорской власти. Он стал национальным героем. Эти действия не принесли желаемого результата, а Ии Наосукэ поплатился жизнью, престиж бакуфу в самурайской среде пошатнулся.

В 1862 г. под давлением кобу-гаттай была фактически отменена система санкин-коттай, политическая основа сёгуната Токугава. По сути, это был революционный акт, упразднявший прежний политический режим. Неудачная попытка восстановить его в 1864 г. означала, что он изжил себя в общественном сознании.

В отношении иностранцев бакуфу ясно осознавало невозможность проведения политики дзёи (изгнания иностранных варваров). Оно стремилось ограничить их притязания (открытие новых портов, экстерриториальность, низкие таможенные пошлины и т. п.) и добиться от императора и даймё одобрения договоров. Бакуфу удалось этого достичь ценой больших уступок – даймё были допущены к решению важных внешнеполитических вопросов. Для укрепления своих позиций в самурайской среде, правительство тайно рассылало послания, в которых призывало готовиться к войне против иностранцев и прилагало усилия по модернизации армии. Деятельность по созданию современной армии усилилась после 1867 г., когда сёгуном стал Ёсинобу, пятнадцатый сёгун династии Токугава (Ёсинобу был младшим сыном Нариаки Токугава, впервые он был выдвинут на пост сёгуна в 1846 г. Это был умный, активный политический деятель, сторонник преобразований, но, тогда победу одержали его оппоненты, заинтересованные в сохранении режима. Сёгуном в 1846 г. был назначен одиннадцатилетний мальчик Токугава Иэмоти, правивший до 1866 г., регентом стал Ии Наосукэ, установивший режим личного правления, несвойственный политической практике сёгуната Токугава). Однако к этому времени политическая ситуация в стране изменилась кардинальным образом. Престиж бакуфу резко упал в глазах подавляющего большинства, по сути, началась интервенция и гражданская война. Правительство утратило контроль над страной. Толчком к обострению политического кризиса явилось убийство англичанина Ричардсона в сентябре 1862 г.

Это было не первое убийство иностранца. В 1859 г. в Йокагаме были убиты двое русских, в 1861 г. был убит секретарь американского посольства, в июле 1861 и в июне 1862 г. были совершены нападения на британское посольство. После убийства Ричардсона Англия заняла жесткую позицию, требуя наказать виновных и выплатить денежную компенсацию. К берегам Японии была направлена военная эскадра. Это вызвало в стране взрыв негодования. Самурайство требовало немедленного изгнания иностранцев. Их поддержали император и ряд даймё из кобу-гаттай. Бакуфу вынуждено было пойти на уступки, была назначена дата начала войны – 25 июня 1863 г. Одновременно оно начало выплату контрибуции Англии и переговоры о закрытии портов для иностранцев, чтобы умиротворить своих оппонентов.

Однако европейцы отказались от уступок. А 25 июня батареи княжества Тёсю обстреляли американское судно в Симоносекском проливе. Самураи княжества начали войну, о подготовке которой говорилось в тайных посланиях бакуфу и в срок, им определенный. Бакуфу оказалось в ловушке им же созданной. В августе англичане бомбили г. Кагосиму, столицу княжества Сацума, и потопили его корабли. В ответ военные силы княжества потопили несколько английских судов, но было ясно, что сила на стороне Запада. В стране начались беспорядки. Бакуфу вынуждено было обратиться за помощью к крупным княжествам. Их лидерам был разрешен прямой доступ к императору, Эдо утрачивало значение политического центра страны, им становился Киото. Не удались попытки бакуфу наказать княжество Тёсю за развязывание войны против иностранцев. Бакуфу пыталось с помощью войск княжеств Сацума и Айдзу разоружить военные подразделения княжества, насадить там лояльное правительство, упразднить княжество. Напротив, власть в княжестве захватила радикальная группа во главе с Такасуги Синсаку. В нее вошли такие личности как Кидо Коин, Ито Хиробуми, Омура Масудзиро, Ямагата Аритомо, Иноуэ Каору, ставшие впоследствии видными деятелями периода Мэйдзи. Они поставили целью свержение бакуфу.

Борьба в правящих кругах страны активизировала народные выступления. Крестьяне и горожане, доведенные до отчаяния жестокой эксплуатацией, бесправием, произволом отказывались платить налоги, разоряли и жгли усадьбы богатых чиновников и ростовщиков. С 1860 по 1867 гг. восстаний произошло в два раза больше, чем в 50‑е гг. Особенно массовыми были выступления крестьян центральных провинций Хонсю. Осенью 1867 г. в Японии распространилось движение, вошедшее в историю под названием «Э дзя най ка?» («Разве так не лучше?»). В августе 1867 г. в Нагоя, в главном храме произошло чудо, с неба упали амулеты. В Японии это традиционно толковалось как возвещение высших сил о больших переменах. Туда началось паломничество с песнями и плясками, заходили в дома богачей, делили рис и имущество. Это движение охватило две трети территории страны.

В этих условиях западные державы требовали от бакуфу выполнения условий договоров 1858 г. об открытии портов Хёго и Осака и снижении таможенных тарифов. Бакуфу приняло эти требования и добилось их ратификации императором. Все это вызвало взрыв негодования радикалов. Бакуфу, ободренное поддержкой императора, предприняло попытку военного подавления мятежного княжества Тёсю. Однако войска бакуфу, несмотря на численное превосходство, были разбиты. Поддержку Тёсю оказали княжества Сацума, Тоса и др., положение бакуфу пошатнулось. Его позиции были ослаблены и тем, что в июле 1866 г. умер сёгун Измоти, в начале 1867 г. умер император Комэй, поддерживавший бакуфу в решающих случаях.

Новый сёгун Ёсинобу, как отмечалось ранее, сделал попытки укрепить позиции правительства, срочно модернизируя армию и предложив даймё поделиться властью. Он поддержал идею Гото Сёдзиро о создании Совета княжеств при императоре, который бы возглавил Ёсинобу. Однако это не устраивало руководство княжеств Тёсю и Сацума, тем более что в глазах значительной части политически активного общества они были истинными патриотами, отстаивавшими Японию для японцев. Их войска контролировали императорский дворец в Киото, четырнадцатилетний император Муцухито был под их полным влиянием. Было решено провести переворот, их поддержали княжества Овари, Тоса, Фукуи, Хиросима. Это решило исход дела. 3 января 1868 г. они захватили ворота императорского дворца. Был издан указ о восстановлении правления императора, об учреждении нового правительства, о реабилитации всех кугэ, подвергнутых репрессиям за антисёгунские действия. Сёгун был лишен должности, владений. Ёсинобу сделал попытку вооруженного сопротивления, но его войска потерпели поражение в конце января 1868 г. Он был объявлен мятежником, лишен всех титулов и званий и отправлен в ссылку. Только 30 лет спустя в 1898 г. он был принят императором, восстановлен в званиях. Его сын Иэсато был первым председателем палаты пэров.

Сопротивление императорским войскам оказали на северо-востоке, потому что хотели видеть на троне принца Риньёдзи. Наиболее длительное сопротивление оказал флот сёгуна во главе с адмиралом Эномото Такэаки. Оно было сломлено в 1869 г. Эти события положили конец правлению дома Токугава и открыли новую страницу в истории страны. Впоследствии они получили название «Мэйдзи исин» («Реставрация просвещенного правления»). Ни лидеры сторонников восстановления власти императора, объединивших вокруг себя недовольных уступками бакуфу европейцам, ни их противники не подозревали, что страна распахнет двери европейскому влиянию; что для осуществления главной цели, провозглашенной новыми лидерами «богатая страна – сильная армия» нужно будет не только отказаться от многих традиционных устоев, но внедрять европейский экономический, политический и культурный опыт. Ни Окубо Тосимити, ни Иноуэ Каори и др. не знали, что в ближайшем будущем они станут создателями и активными участниками клуба «Рокумэйкан» – центра распространения европейской культуры в Японии, что заменят традиционную прическу и костюм самурая на европейскую стрижку, пиджак и брюки.

В 1868 г. завершилась история сёгуната Токугава, просуществовавшего 256 лет. Цели, поставленные его основателями – принести мир, стабильность и порядок, в значительной мере были выполнены. Множество больших и малых замкнутых средневековых княжеств были объединены под эгидой сёгуната. Мир и безопасность были установлены, заложены основы государственности, что способствовало преодолению средневековой замкнутости, основанию новых территорий. Выросла численность населения, широко распространилась грамотность. Как уже отмечалось, сформировалось единое экономическое и культурное пространство, что способствовало образованию нации.

Но, представления адептов сёгуната о том, что порядок – это обязанность людей следовать раз и навсегда установленным правилам, оказались утопичны. Новые условия жизни, ставившие новые задачи, открывавшие новые возможности заставляли людей нарушать, менять правила, действовать вне зависимости от своей социальной принадлежности. В недрах сёгуната формировался человек нового времени: менее подверженный сословным предрассудкам, более самостоятельный, творчески активный. Не случайно идеи Мотоори Норинага о японском народе, как некоем единстве, стали популярны, прежде всего, среди горожан и тесно связанных с ними самураев. Они и стали политической силой, упразднившей отжившие порядки сёгуната Токугава.