4. Философия и наука. Специфика философского знания

Научно-философское мировоззрение как теоретическая система знания — это такая система осознания мира и места в нем человека, которая опирается на науку и сама выполняет ряд познавательных функций, аналогичных функциям любой науки. Конечно, определение научного статуса философии — не простой вопрос. Спе­цифика фило­софского познания и знания, характер философских проблем и методов, специфика языка философии и ее связи с част­ными науками делают это опре­деление проблематичным. По нашему мнению, современная прогрессивная философия удовлетворяет почти всем критериям научности, хотя и имеет свою специфику по сравне­нию с конкретными науками. Она обладает самостоятельным пред­метом и методом иссле­до­вания, систематичностью и проверяе­мостью. В научно-теоретическом плане она выполняет по отно­ше­нию к объекту исследования обобщающе-объясни­тельную и эвристи­ческую функции, а по отношению к частным наукам и практике — методологическую функцию.

Объектом познания обычно называют область действи­тельности, на которую направлено познание, а предметом — проблемы и задачи, которые решаются определенными средст­­вами и методами при ана­лизе этой действительности. Ученый и философ подходят к окру­жающему миру по-раз­ному: ученый рассматривает его как объект (фрагмент объек­тивной реальнос­ти), философ — как культурный фе­номен (целостную систему «человек – мир»). Субъект-объектная при­рода объекта филосо­фии и рефлексивность философского мышле­ния (направлен­ность сознания на самого себя) составляют специфи­ческую черту философии.

Ни одна из форм знания не имеет столь универсальной, всеохва­тывающей и комплексной объектной области, как фило­софия. А специфическими чертами философского зна­ния (помимо мировоз­зренческого и полемического харак­тера) явля­ются всеобщность (универсальность) и интегратив­ность (синте­тичность), абстрактность и эмпирическая ослаб­ленность, ре­ф­лек­сивность (самоосознанность), аксиологич­ность (ценност­ный характер) и идеологичность.

Философия выступает синтезирующей формой позна­ния. По мет­кому замечанию Г.В. Плеханова, философия есть синтез осознанно­го бытия. Она осуществляет теоретическое обобщение практи­ческой деятельности и данных наук о мире и человеке. Она раскры­вает наиболее общие закономерности функциони­рования и разви­тия природы, общества и мыш­ления. Как интегральная теория фи­лософия выступает основ­ой научной картины мира.

Потребность человека в понимании мира как связного и единого, объективная тенденция в науке к интеграции (син­тезу) знания полу­чают в философии наиболее полное вопло­ще­ние. Данная тенден­ция противостоит другой тенденции — диф­фе­ренциации научного знания. Последняя, как и первая, объек­тивна по своему характеру, но таит в себе опасность ограни­чен­ного, узкоспециального взгляда на мир. А для любого специа­лис­та, да и вообще образованного чело­века, необходимо осо­зна­ние того, чем характеризуется научное знание в целом, на том уровне, которого оно уже достигло. Это осо­знание и дает фило­софия как интегральная теория. Именно благо­даря филосо­фии все прошлые знания живут в каждом акте исследо­вания настоящего.

При построении научной картины мира философия опира­ется не только на эмпирическое (опытное) знание, но и на логически, тео­ретически возможное, выбирая наиболее разум­ные (рациональные) допущения. Для философского зна­ния ха­рак­терно в наибольшей степени единство рацио­нального (дис­кур­сивного) и интуитивного (т. е. непосредст­венного интел­лек­туаль­ного схватывания сущности и целост­ности вещей). Специфика философского обобщения допуска­ет рассмотрение мира за пределами человеческого опыта (за пре­делами фактов), философская рациональность охватывает и свер­хопытное.

Философия формулирует общие положения о природе и возмож­ных способах познания еще непознанных явлений. В связи с этим можно говорить о большей гипотетичности философского знания по сравнению с конкретно-научным. Но философии присуща и эври­стическая функция. Эта функ­ция философии прояв­ляется в том, что на основе вскрытия общих закономерностей мира она может прогно­зировать (предсказывать) общие тенденции разви­тия и воз­можные состояния мира и самого человека в будущем.

Методологическая (метанаучная) функция философии прояв­ляется прежде всего в том, что она разрабатывает универ­сальный мыслительный инструментарий (категории, прин­ципы, методы по­знания), который используется в конкретных науках. Кроме того, фи­лософия занимается разработкой общемиро­воз­зренческих, теорети­ко-познаватель­ных и ценностных основа­ний науки в целом. Однако метанаучную роль философии не следует абсолютизировать и счи­тать (как это делали Аристотель и Гегель) философию «госпожой наук» («наукой наук»). Не следует и принижать эту роль, считая философию «служанкой наук» (как это делали позитивисты). Скорее, по отношению к другим наукам философия выступает полноправной «гражданкой».

Всю науку в «вертикальном» срезе (по возрастанию общ­ности и абстрактности) можно представить в форме своеоб­разной пирамиды, основание которой составляет про­цесс взаимо­действия субъекта (человека) с объектом (миром) на основе общественно-исторической практики. В результате ближе всего к основанию пира­миды будут эмпирические науки, а на вершине — философские. Это свидетельствует об эмпирической ослабленности философского знания.

Однако абстрактность и эмпирическую ослабленность фило­соф­ского знания не следует толковать и понимать как оторван­ность от объекта исследования, от жизни, как лишен­ность фило­софии эмпи­рического базиса. Напротив, философ­ское позна­ние, будучи наи­более теоретичным, является и более глубоким, и более фундамен­тальным.

Итак, всю науку в «вертикальной» плоскости схема­тически можно представить следующим образом (рис. 1):

Рис. 1

В «горизонтальной» проекции всю науку можно пред­ста­вить в виде сети. Каждая клеточка в этой сети будет сим­во­ли­зировать какую-нибудь науку. Философия же в этом слу­чае предстает в виде узловых точек в сети. Этими двумя обра­за­ми («пирамиды» и «сети») схватывается в основном струк­тур­но-статический аспект связи философии с частными науками.

Среди некоторых авторов (в частности, среди позитивис­тски на­строенных философов) также господствует мнение, что филосо­фия в отличие от частных (положительных) наук не может доказать своих утверждений, поскольку эти утвер­ж­дения не основываются на эксперименте и наблю­дениях, на опыте вообще. Например, утверж­дается, что материалис­ти­ческое и идеалистическое решения основного вопроса фило­со­фии пред­ставляют собой постулаты, ко­торые принимаются без доказа­тельств и равно могут быть исход­ными положе­ниями философских систем.

Однако это утверждение оказывается несостоятельным. В дей­ствительности философское знание (в том числе реше­ние основного вопроса философии) требует доказательства. Ведь то или иное ре­шение основного вопроса философии — это не начало, а почти всегда результат большой работы мыс­ли, результат определенного спосо­ба рассуждения, то есть доказательства.

Философская аргументация, конечно, имеет специ­фи­ку. В отличие от эмпирических наук она не пользу­ется непо­средственно методом экспери­мента, но это не отменяет ее научности. Матема­тика и логика также не пользуются этим методом. Доказательство многих философских положе­ний по сравнению с частными науками является наиболее опо­сре­дованным. При доказательстве истинности своих утверж­дений философия опирается на всю социально-исто­ри­ческую практику (в ее многообразных проявлениях), весь опыт чело­ве­чества, всю духовную деятельность людей (вклю­чаю­щую достижения наук и их историю).

Таким образом, философия не лишена эмпирического базиса и критериев достоверности своего знания. Однако не следует пре­увеличивать научно-рациональный компонент фило­софии и становиться на позиции сциентизма (от англ. science — наука), не следует стремиться к построению фило­софского знания по образцу есте­ственных наук.

Рефлексивность философского знания проявляется в том, что оно фиксирует особый вид освоения действитель­ности, фик­сирует определенные аспекты отношения субъекта к объек­ту. В конкретных же науках познаваемая действи­тельность вос­производится только в форме объекта. Филосо­фия же воспро­изводит действительность не саму по себе, а так, как она выступает относительно нашего созна­ния, как представлена в формах мышления. Философская рефлексия направлена на понятия, методы, язык с целью разъяснения, обосно­вания и критики сознания и познания. И в этом смысле философия является предельным способом самого теоретизирования.

Философское мышление тесно связано с выработкой наших ценностей и оценкой избираемых нами целей. В этом проявляется аксиологический аспект философствования. Специально-научное мышле­ние в своем функ­ционировании реализует уже поставленную цель (задачу) или си­стему цен­нос­тей. Наука отвечает на вопрос «почему?», а филосо­фия — еще и на вопрос «во имя чего?». Ученый рассмат­ривает мир как сущее (объект), а философ — как должное (культурный фено­мен).

Аксиологичность философского знания свидетельствует о не­устранимости субъективного фактора в нем. Фило­соф­ское внимание к формам, в которых люди осознают и интел­лектуально регулируют свою деятельность, фиксируется соот­ветственно в поня­тиях ценности и должного. И эти послед­ние не выводятся из науки, а полагаются сознанием. В частности, трактовка моральных норм как таковых, напри­мер, долга как необходимости. Таким образом, фило­софская рефлек­сия делает философию амбивалентной формой общест­венного сознания, т. е. со­прягающей познание мира с его ценностным истолко­ва­нием. К тому же надо отметить, что суть филосо­фии в диалекти­ке (сложной вза­имосвязи) объективности и субъективности.

Решение основных мировоззренческих вопросов (о целях и смыс­ле жизни, о счастье и другом) во многом обусловлено системой об­щественного бытия. Осознание человеком своего отношения к тому непосредственному миру своего бытия, от которого зависят возмож­ности удовлетворения потребностей, выступает в форме идеологии. Последняя представляет собой систему взглядов и идей, выражающую интересы тех или иных слоев общества. Концентрированное выражение идеологии находит воплощение в различных решениях философских проблем и социальных идеалах, разрабаты­вае­мых философией.

Один из основных доводов при отрицании научности философского знания состоит в том, что философия идео­логична, партийна, а наука и идеология якобы несовмес­тимы. Действительно, как уже упомина­лось, то или иное решение философских проблем (особенно ОВФ) связано с интересами определенных классов. Но нельзя забывать, что почти любая философия тесно связана с естественными нау­ка­ми, а через них и с производительными силами, поэтому ей присуща имманентная тенденция к научности, к постиже­нию объек­тивной истины. И в этом заинтересованы не только прогрес­сив­ные классы, но и общество в целом. Поиск решения фило­соф­ских проблем вклю­чает в себя и общечело­веческий интерес, а не только порождается социальной позицией философов. И это подтверждает логика исто­рико-философского процесса. К тому же материализм и идеализм (и это уже отмечалось) имеют не только социальные, но и гносеологи­ческие корни. И противо­стояние позиций здесь, философская по­лемика имеют соответ­ст­венно не только социальные, но и теорети­ческие причины (корни).

Более того, само по себе наличие плюрализма мнений, альтерна­тивных теорий не является исключительной особен­ностью филосо­фии. Это характерно для науки вообще, и фило­софия в этом пла­не аналогична другим наукам. Борьба мнений, конкуренция альтер­нативных философских идей помо­гает установить истину. В процес­се идеологической борь­бы пре­о­долевается противоречие (если оно имеется) между объективной истиной и классовым сознанием и вы­является общечело­веческое содержание философских тео­рий. В этом плане материализм и идеализм, как уже упоми­налось, не толь­ко противостоят друг другу, но и дополняют друг друга. Следо­ва­тель­но, наибольшая проблематичность и вероятность философ­ского знания по сравнению с частными науками выступают внутренним источником развития самой философии.

Специфика философии наряду с объектом исследования, основ­ным вопросом философии, указанными аспектами фило­­софского знания состоит также в определенном стиле мышле­ния, проявляю­щемся прежде всего в ее методе и критической позиции (функции) по отношению к тради­ционным взглядам на мир и человека. Специфика философии нахо­дит выражение и в специфике ее языка.

Исторически известно два противоположных философ­ских метода — метафизика и диалектика. В различные исто­ри­ческие периоды они принимают различные формы, но суть их сохраняется. Так, сквозной чертой метафизики яв­ляется одно­сто­ронность подхода к вещам и явлениям и абсолютизация отдельных противоположных моментов по­зна­ния. Диалектика в отличие от метафизики рассмат­ривает вещи в их взаимосвязях, движении и развитии, вплоть до вы­яснения внутренних противо­положностей и противоречий. Есте­ственно, что наибо­лее адекватным природе философии оказы­вается диалекти­ческий метод.

Подобно многим гуманитарным наукам, философия опе­рирует средствами естественного языка. Это отличает фило­софию от наук, поль­зую­щихся искусственными (формализо­ванными) языками (напри­мер, математи­ка). Естественный язык, будучи гибким и много­значным, таит в себе потен­циальную опасность раз­личных ошибок и заблуждений. Так, возможно смешение обыденного и научного (терминологи­ческого) употребления слов и выраже­ний (сравни, например, значения слов «качест­во», «особенное» в быту и в фило­со­фии). Даже некоторые термины в философии остаются многозначными (например, термин «абсолютная истина»).

В связи с этим обстоятельством сторонники неопозити­визма предложили осущест­вить «терапию» философского языка, максимально приблизив его к языку логики и мате­матики. Однако эта про­грамма невозможна и не нужна. Фило­софское знание, будучи знанием самого высокого уровня обобщения, далее всего отстоит от эмпирии и в этом плане, дейст­вительно, аналогично математике. Но в отличие от матема­тики философия разрабатывает и использует мето­ды содер­жательного, а не формального мышления. Филосо­фию, в отличие от математики, интересует не абстрактно-общее, а конкретно-общее (содержа­тельно-общее).

Как содержательное, наиболее глубокое знание о действи­тель­ности философское знание стремится отразить предмет в его раз­витии, противоположностях и противоре­чиях. Диа­лек­ти­ческие поня­тия более тесно взаимосвязаны, чем фор­мально-логические, они гибки и подвижны. Опре­деление поня­тий в философии в связи с их всеобщностью (предельным теоретизированием) и диалектичностью часто дается через взаим­ную ссылку на противоположные кате­гории. Этим определяется невозможность форма­лизации фило­софского знания и языка.

К тому же отмеченные выше особенности философского знания и языка являются не только недостатком (не только порождают за­труднения), но и достоинством. Эмпирическая ослабленность, наи­большая относительная самостоятель­ность философского знания, некоторая неопределенность естест­вен­ного языка создают наи­больший простор для плюрализма мнений, для творческого мышле­ния. А это как раз соот­ветст­вует диалектической природе филосо­фии, гибкости и взаимо­связи ее понятий. Так, некоторая объективная неопре­деленность естественного языка, сохраняющаяся даже в фи­лософских тер­минах, его «аномалии» и «имплицитные проти­во­речия» создают возможность выхода за пределы строго формального мыш­ле­ния, картезианские же требования точности и однозначности по­нятий (языка) могут вести к интеллектуальным «судорогам».