Информация для размышления

1. «Воображение, — по мнению Альберта Эйнштейна, — важ­нее, чем знания».

Раскройте рациональные основания для такого мнения.

2. Почему «всякое определение есть ограничение» (Б. Спи­ноза)?

3. Французский писатель и ученый Бернар Фонтенель заме­тил: «Новая идея — это клин, который входит только толстым концом».

Объясните рациональный (философский) смысл этого утверж­дения.

4. Философ Мишель Монтень писал: «Я люблю науку, но не боготворю ее».

Отражает ли данное мнение в какой-то мере какую-либо из сторон реальной роли науки в обществе?

5. Попробуйте опровергнуть нижеприведенный софизм.

«То, что не существует никакого знания, вы либо знаете, либо не знаете. Если вы этого не знаете, зачем же тогда столь опрометчиво утверждаете успехи познания? Если же знаете, то тем самым становится известно, что никакого знания нет. Сле­до­вательно, все непознаваемо» (П. Гассенди).

Литература

1. Алексеев П.В. Философия / П.В. Алек­сеев, А.В. Па­нин. – М., 2005.

2. Возможности и границы познания. – М., 1995.

3. Ильин В.В. Теория познания. Введение, общие проблемы / В.В. Ильин. – М., 1993.

4. Интуиция и научное творчество. – М., 1981.

5. Лекторский В.А. Субъект, объект, познание / В.А. Лекторский. – М., 1980.

6. Микешина Л.А. Философия познания. Полемические главы / Л.А. Ми­кешина. – М., 2002.

7. Поппер К. Логика и рост научного знания / К. Поппер. – М., 1983.

8. Рассел Б. Человеческое познание. Его сфера и границы / Б. Рассел. – Киев, 1997.

9. Руткевич М.Н. Диалектика и теория познания / М.Н. Руткевич, И.Я. Лойфман. – М., 1994.

10. Самсонов В.Ф. С философской точки зрения: Философия в воп­росах и тестах / В.Ф. Самсонов. – Челябинск, 2004. Тема 6.

11. Язык и наука конца ХХ века. – М., 1995.

Тема 7 проблема истины

Что такое истина? Соответствие наших суждений созданиям природы.

Д. Дидро

Вопросы темы

1. Проблема истины и ее определение.

2. Основные понятия диалектико-материалистической концеп­ции истины.

3. Практика как критерий истины.

4. Нужна ли категория истины современному мышлению?

5. Мнение, вера, заблуждение как гносеологические явления.

1. Проблема истины и ее определение

Проблема истины — одна из важнейших проблем фило­софии и центральная проблема теории познания. В чем, собст­венно, состоит проблема истины? Она касается ответа на воп­рос: достижимо ли знание, соответствующее действи­тельности, а если достижимо, то на какой основе оно воз­никает, в какой мере достижимо и как его достичь? Ведь уже древнеиндийский афоризм гласит: «Неистинное представ­ляется истинным, а истинное — неистинным — таково многообразие бытия, будьте же разумны».

Следует заметить, что поиски истины всегда были связаны с лучшими нравственными качествами человека: честностью и стойкостью. В борьбе за утверждение истины многие выдаю­щиеся личности сложили головы на алтарь прогресса: Сократ, Джордано Бруно и другие. Голландский философ Бенедикт Спиноза в ответ на предложение короля Франции посвятить ему одну из своих работ в обмен на пожизненную пенсию ответил, что он все свои сочинения посвящает только истине. Именно о таких людях писал еще персидский поэт и мыслитель XIII века Муслим Саади:

Кто жаждет истины, я знаю, тот

Без страха бросится в водоворот,

Не дрогнет в жажде знания, не остынет,

Хоть знает он, что в тех волнах погибнет.

Уже у Аристотеля мы находим определение истины как соответст­вия мыслей действительности. О том же пи­сал английский мыс­литель XVII века Джон Локк: «Наше по­знание реально лишь постольку, поскольку наши идеи сооб­разны с действитель­нос­тью вещей» (Локк Дж. Избранные философские произведения.– М., 1960. Т. 1. С. 549).

В противоположность истине неправильное, «искажен­ное» воспроизведение мира в сознании человека образует раз­личные формы заблуждения. Гносеологическими корня­ми последних является несовпадение явления и сущности, внешнего и внут­рен­него, единичного и общего и т. п. При некоторых условиях, при отступлении от законов познания (особенно от диалектики как метода познания) эти корни могут привести к неверному отражению мира, к заблужде­нию. Таким образом, путь к истине извилист и труден. Это, собственно, путь «через тернии к звез­дам». Именно сложнос­ти познания, трудности в постижении ис­ти­ны ведут некото­рых современных философов к скептициз­му, ставящему под сомнение достоверность результатов познания. Так, извест­ный американский философ Уиллард Куайн утвер­ждает в книге «Слово и объект»: «Научный метод — это путь к истине, однако он даже в принципе не способен дать единст­венного определения истины» (Куайн У. Слово и объект. – М., 2000. С. 40).

Нигилистическое отношение к проблеме истины особен­но характерно для такой новейшей ситуации в западной филосо­фии, как постмодернизм. Философы этой ориентации (Ж-Ф. Лио­тар, Ж. Деррида, Ж. Делёз) скептически относятся к возможнос­тям философии в создании стройной мировоз­зрен­ческой карти­ны мира. При отказе от классических поня­тий объекта и субъекта проблема истины ими даже не арти­ку­ли­руется (не высказывается, не ставится). Для представи­телей постмодернизма в качестве единственной и пре­дельной предметности выступает текст. Последний рассматри­вается в качестве самодостаточной реальности вне соотнесения с внеязыковой реальностью. Точнее, моделируемая постмодер­низ­мом реальность программно конституируется (устанавли­вается) «по ту сторону истинного и ложного, по ту сторону эквивалентного, по ту сторону рациональных различий» (Ж. Бодрийяр).

Мода на скептицизм проникла и в современную отечест­венную философскую мысль. Скептической позиции, в част­ности, придерживаются А.П. Назаретян (см.: Назаре­тян А.П. Истина как категория мифологического мышления // Общест­венные науки и современность. – 1995. – № 4), В.М. Розин (см.: Розин В.М. Контекстное полифоническое мышление — пер­с­пек­тива XXI века // Общественные науки и современ­ность. – 1996. – № 5) и некоторые другие. По мысли Назаретяна, «мето­дологам пора недвусмысленно понять, что истинностная пара­дигма науки уже превратилась в анахро­низм» (Назаретян А.П. Истина как категория мифологичес­кого мышления…, С. 108). Однако с этим трудно согла­сить­ся, и мы постараемся доказать это.

Традиционной и наиболее распространенной в филосо­фии является классическая так называемая «корреспон­дентская» концепция истины. Истина в ней толкуется как знание, соответствующее действительности. Такого мнения придержи­вался не только Аристотель, но и Бэкон, Спиноза, Дидро, Гель­ве­ций, Гольбах, Фейербах, Ленин. Фактически эта концепция базируется на принципе отражения как уни­вер­сального свойства материи, а следовательно, и свойстве сознания как высшей формы отражения.

В диалектико-материалистической философии истина прямо определяется как адекватное отражение действитель­нос­ти. Истина не существует наряду с объектами реальности и непри­ложима непосредственно к ним. Она является оценоч­ной харак­те­ристикой знания. Она касается отношения, су­щест­вующего между миром и воспроизводящим его высказы­ванием. Именно в высказываниях (точнее, в повествова­тель­ных предложениях) мы утверждаем или отрицаем наличие определенного положения дел в мире. Высказывание (сужде­ние), адекватное миру, и считается истинным. В противном случае оно считается ложным и является по отношению к субъекту познания заблуждением. Характеристика истиннос­ти применима не только к суждениям, но и к теориям, так как последние являются также отражением, воспроизве­де­нием мира и состоят из множества высказываний.

Польский логик и математик Альфред Тарский дал формально-логическое уточнение классической концепции истины и ввел в научный оборот семантическое определе­ние истины, важное для формализованных языков. Непо­сред­ст­вен­ным поводом к семантическому определению исти­ны было стрем­ление преодолеть логико-семантическую неоп­ределен­ность естественного языка (в частности, это относится к парадоксам типа «Лжец»). Тарский указал в связи с этим на необходимость строгого различения объектного языка и метаязыка. С этой точки зрения термин «истинно» является элементом метаязыка.

По мнению Тарского, строгое определение истины долж­но удовлетворять требованию материальной адекват­ности и фор­маль­ной непротиворечивости. Первому требованию отве­чает сле­дую­щая формулировка, задающая условия истиннос­ти пред­ложения (так называемая конвенция-Т): Т «р» ≡ р. Последняя читается так: «предложение «р» истинно, если, и только если имеет место р». Данная формулировка не являет­ся тавтологией, поскольку левая и правая части эквивалент­ности четко разли­чаются. Левая часть указывает на то, что истина является мета­придикатом (свойством) предложения «р» («р» — это имя оце­ни­ваемого предложения), а правая часть указывает на принимае­мую ситуацию в мире. На­при­мер: «Предложение «Снег бел» истинно, если, и только если снег бел». Второму требованию отвечает перевод предложе­ния «р» из формализованного объек­т­ного языка в более бога­тый метаязык. В последнем оказы­вается возможным постро­ить не только непротиворечивое определение истины, но и другие семантические понятия на основе формальной логики.

В классической философии аль­тер­нативными коррес­пон­дентному взгляду являются трактовки истины, основан­ные на соответствии знания имма­нентным (внутренне при­сущим) характеристикам идеальной сферы: содержанию Абсолюта (Платон, Гегель), врожденным когнитивным струк­турам (Августин, Декарт), самоочевидности рациона­лис­ти­ческой интуиции (Теофраст), чувственным ощу­щениям субъекта (Юм), априорным формам мышления (Кант), целе­вым установкам личности (прагматизм), интерсубъек­тивным конвенциям (А. Пуанкаре). В концепции когерентной исти­ны (от лат. cohourentia — сцепление, связь) высказывание считается истинным, если оно логически выводится из исход­ных постулатов (аксиом) непротиворечивой теории.

Основной недостаток альтернативных концепций со­стоит в том, что они ставят содержание истинностного знания в очень жесткую зависимость от сознания. И, следовательно, ограничивают по­зна­ние, в основном, сферой сознания, блокируя объективный источник знания.