Парадигмы как альтернативные реальности

Роль парадигм в качестве точек зрения на социальную реаль­ность недавно была детально исследована Барреллом и Морганом [Burrell, Morgan, 1979], утверждавшими, что социальная теория в общем и организационная теория в частности могут быть проана­лизированы с помощью четырех основных типов мировоззрения, выраженных в различных наборах метафорических допущений о природе науки (выбор между субъективным и объективным) и о природе общества (выбор между регулированием и радикальным изменением) (рис. 2). Каждая их этих четырех парадигм (функци­онал истекая, интерпретативная, радикально-гуманистическая и радикально-структуралистическая) представляет собой сеть вза­имосвязанных научных направлений, отличающихся подходами и концепциями, но разделяющих общие базовые допущения о природе действительности, к которой они обращаются.

Функционалистская (functionalist) парадигма основывается на предположении о том, что общество представляет собой нечто материальное, существующее в реальности, и обладает системным характером, способствующим упорядочиванию и урегулированию происходящего. Такой взгляд соответствует подходу к социальной теории, делающему акцент на понимании роли человека в обще­стве. Обычно считается, что поведение привязано к контексту объективной реальностью, состоящей из имеющих материаль­ное воплощение социальных взаимоотношений. Онтологические допущения подразумевают возможность существования объектив­ной и свободной от оценочных суждений социальной науки, в рам­ках которой ученый дистанцирован от того, что он анализирует, консервативностью и техническими приемами научного метода. Базовые допущения функционалистского подхода преимущест­венно регулятивные и прагматические; этот подход направлен на изучение общества таким способом, который позволяет получать ценные эмпирические данные.

Интерпретативная (interpretive) парадигма, напротив, ос­нована на точке зрения, согласно которой социальный мир имеет очень сомнительный онтологический статус и нечто, называемое социальной реальностью, не имеет никакого конкретного вопло­щения, а является продуктом субъективного и межсубъективного опыта индивидуумов. Общество рассматривается скорее с точки зрения участника каких-либо действий, чем с точки зрения наб­людателя. Представитель интерпретативной социальной теории

стремится понять процесс, посредством которого возникают, под­держиваются и изменяются общие части субъективных реаль­ностей. Интерпретативный подход, как и функционалистский, основан на убеждении, что в социальном пространстве существуют некая основополагающая структура и порядок; однако интерпре-тативные теоретики считают стремление функционалистов создать объективную социальную науку недостижимой задачей. Наука рассматривается ими как сеть языковых игр, основанная на наборе субъективно определенных концепций и правил, которые разра­батывают и которым следуют ученые-практики. Следовательно, научное знание рассматривается в качестве такого же проблема­тичного явления, как и общее понимание повседневной жизни.

Радикально-гуманистическая (radical humanist) парадигма, как и интерпретативная парадигма, делает акцент на том, как реальность создается и поддерживается обществом, однако привя­зывает анализ к явлению, которое можно описать как патологию сознания, вследствие этого люди оказываются заключенными в рамки созданной и поддерживаемой ими реальности. Этот подход основан на точке зрения, согласно которой процесс создания реаль­ности может подвергаться воздействию психических и социальных процессов, направляющих, ограничивающих и контролирующих образ мыслей людей таким образом, что они отчуждаются от изна­чально присущих им потенциальных возможностей. Современная радикально-гуманистическая критика фокусирует внимание на таких отчуждающих аспектах различных способов мышления и образов действий, характеризующих жизнь в индустриальном об­ществе. Капитализм, например, рассматривается как тоталитарная по своей сути концепция, идея накопления капитала, диктующая природу работы, технологии, рациональности, логики, науки, ролей, языка и таких непростых идеологических концепций, как ограниченность, досуг и т.д. Эти концепции, которые могут рассматриваться функционалистом как составляющие элементы социального порядка и свобод человека, для радикального гума­ниста выступают в качестве форм идеологического доминирования. Радикальный гуманист стремится выяснить, как индивиды могут связать мысль и действие (установленный порядок), чтобы избе­жать отчуждения.

В радикально-структуралистической (radical structuralist) парадигме, как и в радикально-гуманистической, понятие ре­альности основано на взгляде на общество как на потенциально доминирующую силу. Однако в данном случае это понятие при­вязано к материалистической концепции социального мира, оп­ределяемого жесткими, конкретными, онтологически реальными структурами. Считается, что реальность существует сама по себе, независимо от того, как ее воспринимают люди в повседневной деятельности. Согласно этому подходу, реальность характеризуется внутренними конфликтами и противоречиями между находящи­мися в оппозиции друг к другу элементами, что неизбежно ведет к радикальным изменениям во всей системе. Задачей радикального структуралиста является изучение этих внутренних конфликтов, а также того, как носители власти стремятся контролировать их через различные формы доминирования. Акцент в данном случае делается на важности установленного порядка как способа преодо­леть доминирование.

Каждая из перечисленных четырех парадигм задает противопо­ложные способы социального анализа и предлагает принципиально различные допущения для изучения организаций.