Меншиков Александр Данилович (1673-1729)1

Фаворит Петра и Екатерины. Точная дата его рождения не установлена, называют 1672, 1673 и даже 1670 гг. Происхождение его тоже не совсем ясно. По одной версии – он сын крестьянина, пристроившего своего паренька "в учение к пирожнику в Москву"; по другой – его отец был на военной службе при царе Алексее Михайловиче, а сам Александр Данилович присматривал на царской конюшне, где и заметил его Петр. С.М. Соловьев писал в частности: "Современники иностранцы единогласно говорят, что Меншиков был незнатного происхождения; по русским известиям он родился близ Владимира и был сыном придворного конюха".

Александр Данилович был наделен всеми титулами, существующими в России. Он – герцог Ижорский, светлейший князь Римской империи и Российского государства, генералиссимус, верховный действительный тайный советник, рейхсмаршал, президент Военной коллегии, адмирал красного флага, санкт-петербургский губернатор, кавалер многих русских и иностранных орденов. Такой человек не мог, смирится со своим низким происхождением. Поэтому была создана официальная версия о благородном происхождении "светлейшего". Ее "подтверждали" три источника: в царском дипломе на пожалование Меншикову княжеского достоинства говорилось, что он происходил "из фамилии благородной, литовской, которого мы, ради верных услуг в нашей гвардии родителя его и, видя в добрых поступках его самого надежду от юных лет, в милость нашего величества восприятии при дворе нашем возрасти удостоили"; в декабре 1707 г. Меншиков заручился документов, утвержденным съездом литовской шляхты и подписанным 46 знатными литовцами, удостоверявшим его принадлежность к благородной среде, они признавали Александра Менжика "нашей отчизны княжества Литовского сыном"; из фальсифицированной генеалогии рода Меншикова следовало, что он был связан родственными узами с королями или князьями ободридов – племени западных славян, обитавших в бассейне реки Лабы, откуда берет начало род Рюрика, и далее указывалось, что в 1664 гг., во время русско-польской войны, его отец Даниэль Меньшик попал в плен, женился в плену на дочери уважаемого купца, русифицировал свою фамилию и имя и, став Даниилом Меншиковым, поступил на службу к царю Алексею Михайловичу.

Кончено, сведения этих источников нельзя принимать всерьез. Достоверный факт, что Александр Меншиков начал свою службу с должности простого слуги, что был он солдатом Преображенского полка с самого его учреждения, а потом уже Петр взял его к себе в денщики.

Очень скоро Петр по достоинству оценил способности денщика Алексашки. Меншиков стал неразлучен с царем. Они вместе были в обоих Азовских походах, вместе наведывались в Немецкую слободу. Их отношения перешли в теплую дружбу. Петру импонировали в друге, прежде всего неиссякаемая энергия и проявляемая в любом деле инициатива, его деловитость, находчивость и несомненный талант организатора. Он не только умело справлялся со всеми поручениями, но часто интуитивно предвосхищал желания и намерения государя.

Среди волонтеров, отправившихся за границу для обучения корабельному делу, Меншиков стоял первым в списке того десятка, который возглавлял Петр Михайлов, царь. Алексашка умело вместе с Петром обтесывал бревна на голландских верфях, повсюду сопровождал государя, бывал с ним на всех приемах. Выполнял он и обязанности казначея.

По возвращению посольства в Москву Александр Данилович активно помогал Петру в стрелецком розыске и в расправе над стрельцами. После смерти Лефорта он стал еще ближе царю.

О тесной дружбе Петра и Меншикова свидетельствует их переписка. Она отличается от переписки царя с другими своими сподвижниками: кроме деловых, служебных вопросов содержит ласковые обращение, сугубо личные и семейные отступления, бытовые подробности и другие детали, характерные для приятельских отношений. В своих письмах государь называл Меншикова "мой лучший друг", "мое сердце", "дитя моего сердца". В узком кругу Петр именовал своего любимца Алексашкой или Данилычем. Меншиков в свою очередь в донесениях царю и письмах подписывался простым именем или фамилией, в то время как другие корреспонденты царя, самого знатного происхождения, заканчивали свои обращения к Петру уверениями в рабской преданности и покорности.

Меншиков был наделен воинской отвагой, отчаянной храбростью и выдающимися полководческими способностями. Он – участник всех сражений Северной войны, и не просто участник, а настоящий герой, умевший в самый критический момент личной отвагой и разумным стремительным маневром в значительной мере содействовать нужному перелому в сражении.

Блестящей была победа Меншикова над Шведами в Польше в октябре 1706 г. в битве у поселка Калиш. Шведский командующий Мардефельд имел 4 тыс. шведской кавалерии, 3 тыс. пехоты. Его поддерживали 20 тыс. поляков из армии Лещинского. У Меньшикова было 17 тыс. драгун, а также 15 тыс. кавалерии в расположении польского короля Августа II. В ходе боя вся шведская армия полегла на поле сражения, а поляки – бежали. В плен было взято 1800 шведов вместе с Мардефельдом. Потери русских составили 80 человек убитыми и 320 – ранеными. За эту побуду, царь наградил Александра Даниловича тростью ценной более 3 тыс. руб.

Под командованием царя и Меншикова русский летучий отряд при Лесной в конце сентября 1708 г. разгромил 16-тысяный корпус Левенгаупа и захватил огромный обоз шведов. Царь это сражение назвал матерью Полтавской победы.

После измены Мазепы в последних числах октября 1708 г. Петр, не надеясь на успех, поручил Данилычу предпринять попытку овладеть Батурином, где были сосредоточены огромные запасы провианта, пороха и артиллерии и куда уже спешили шведы с Мазепой. Меншиков наилучшим образом выполнил поручение государя. Он опередил шведов, штурмом взял Батурин, захватил все запасы, а все остальное сжег.

Под Полтавой Меньшиков командовал кавалерией, и ему принадлежит большая заслуга в разгроме неприятеля. В бою под ним было убито три лошади. Когда через два с половиной часа жаркого сражения шведы бежали с поля, Меншиков преследовал побежденных; на четвертые сутки он настиг их на левом берегу Днепра, у Переволочины. В армии бежавшего Карла XII оставалось еще более 16 тыс. бойцов, у Меншикова было только 9 тыс. И все же он принудил шведов к капитуляции. Вместе с рядовыми в плен попали генералы Левенгаупт и Крейц, граф Дуглас и другие высшие офицеры. Трофеями русских стало все – и оружие, и артиллерия, и снаряжение, и шведская (400 тыс. руб.) и мазепинская (4300 руб.) казна. После Полтавы Меншиков стал вторым в России Фельдмаршалом (первым был Шереметев), а его и без того огромные владения увеличились еще на 43362 души.

Александр Данилович научился говорить по-голландски и по-немецки, но до конца дней своих оставался неграмотным – мог подписывать только свою фамилию. Как мог неграмотный человек вершить дела столь огромного масштаба? Его отличали незаурядный ум, цепкая память, способность держать в голове все детали многочисленных указаний, распоряжений и обязанностей; его выручал здравый смысл, заменявший ему ученость и образованность. Напомним также, что у светлейшего князя была большая личная свита (в 1717 г. она насчитывала 47 человек, в том числе 6 генерал-адъютантов, 3 адъютанта, 5 поручиков, 12 прапорщиков и 19 денщиков). Его канцелярию вели способные люди, в частности Алексей Волков (он 20 лет служил Меншикову) и Франц Вит.

Будучи неграмотным, Меншиков уважительно относился к науке и ученым. Он был первым русским человеком, которого почтила высоким избранием в свои члены иностранная Академия наук. В октябре 1714 г. не кто-нибудь, а сам Исаак Ньютон сообщил в письме об избрании Меншикова членом Королевского общества Англии (Французская Академия наук избрала Петра I своим членом в 1717 г.). Ньютон писал Меншикову: "Могущественнейшему и достопочтеннейшему владыке господину Александру Меншикову, Римской и Российской империи князю, властителю Ораниенбурга, первому в советах царского величества, маршалу, управителю покоренных областей, кавалеру ордена Слона и высшего ордена Черного Орла и пр. Исаак Ньютон шлет привет.

Поскольку Королевскому обществу известно стало, что император ваш, с величайшем рвением развивает во владениях своих искусство и науки и что Вы служением Вашим помогаете ему не только в управлении делами военными и гражданскими, но прежде всего также в распространении хороших книг и наук, постольку все мы исполнились радостью, когда английские негоцианты дали знать нам что ваше превосходительство по высочайшей просвещенности, особому стремлению к наукам, а также вследствие любви к народу нашему желали бы присоединиться к нашему обществу. В то время, по обычаю, мы прекратили собираться до окончания лета и осени. Но, услышав про сказанное, все мы собрались, чтобы избрать ваше превосходительство, при этом были мы единогласны. И теперь, пользуясь первым же собранием, мы подтверждаем это избрание дипломом, скрепленным печатью нашей общины. Общество также дало секретарю своему поручение переслать к Вам диплом и известить Вас об избрании. Будьте здоровы.

Дано в Лондоне 25 октября 1714г."¹.

Меншиков был хорошим семьянином. Будучи холостым, он в 1703 г. забрал у Шереметьева Марту Скавронскую (Екатерину), но очень скоро уступил ее Петру. Не исключено, что при этом он сознательно использовал Екатерину в качестве противовеса Анне Монс, с которой у него сложились натянутые отношения. Екатерина на всю жизнь сохранила к Меншикову чувство искренней дружбы и глубокой признательности – она была обязана ему своим сказочным повышением. Сам светлейший выбрал себе в жены девицу при дворе сестры царя Натальи Алексеевны, одну из трех сестер Арсеньевых, Дарью Михайловну. Петр одобрил этот выбор. Свадьба была сыграна в Киеве в 1706 г. Данилыч жил счастливо с Дарьей Михайловной, у них было две дочери и сын. Одну из дочерей, Марию, ему удалось обручить с императором Петром II. Сын Александр на 14-м году жизни получил звание обер-камергера. После падения фаворита вся семья его отправилась вместе с ним в ссылку. Через два года после смерти отца, в 1731 г., Александр Александрович вернулся из ссылки. Позже он стал генерал-аншефом.

Не лишен был Меншиков и отрицательных черт: высокомерия, тщеславия, жажды власти. К подчиненным, если те безропотно выполняли его волю проявлял снисходительность, прощал им ошибки и даже готов был взять под свою защиту, но не щадил тех, кто пытался ему перечить. При этом светлейший князь был не особенно разборчив в средствах, чтобы убрать с пути своих конкурентов.

Александр Данилович любил роскошь. Его каменный дворец на Васильевском острове – дом петербургского губернатора – выделялся не только своими размерами, но и пышно обставленными покоями. Он как бы являлся одновременно и дворцом Петра. Там проходили торжества по случаю бракосочетания царицы Анны Иоанновны, женитьба "князя-папы" Никиты Зотова, свадьба карликов, пиры по случаю побед и спуска или закладки новых кораблей. Этот дом называли также "посольским" – государь принимал здесь иностранных послов. У светлейшего князя была лучшая в столице кухня, роскошный выезд, свой оркестр и огромный штат иностранных слуг. Сам он всегда был богато и модно одет – от башмаков до парика.

Самой пагубной страстью Меншикова была его неудержимая тяга к стяжательству. Он брал взятки и даже воровал. Датский посол Юст Юль однажды заметил, что Меншиков "во всем, что относится до почестей и до наживы, является ненасытнейшим из существ, когда-либо рожденных женщиной". С такой оценкой соглашался и Петр. Во время одного из ходатайств Екатерины простить Данилычу его очередное злоупотребление своим положением царь сказал: "Меншиков в беззаконии зачат, во грехах родила мать его и в плутовстве скончает живот свой, и если он не исправится, то быть ему без головы".

Александр Данилович не исправился. В начале карьеры он еще больше боялся запятнать перед государем свою честь. Потом освободился от этой щепетильности. В 1710 г. по приказу Петра специальная канцелярия под председательством Василия Владимировича Долгорукого начала расследование по делу о незаконных махинациях Меншикова и других высокопоставленных чинов – они заключали подряды на поставку провианта по завышенным ценам и наживались на этом. На Меншикова был сделан начет в 144788 руб. – такую сумму он должен был вернуть казне. Следствие о подрядных комбинациях еще не закончилось, как светлейшего обвинили в новом незаконном расходовании государственных сумм – он должен был отчитаться за 1018237 руб. С этим Меншиков не соглашался, предъявлял к канцелярии свои контрпретензии. В начале 1718 г. В.В. Долгорукий попал в опалу. Следствие продолжалось при новом председателе канцелярии. К этому времени долг Александра Даниловича составил 162177 руб. плюс еще 285107 руб. нового начета. В мае 1718 г. поступил новый донос на Меншикова – в хищении еще 100000. руб. Встал вопрос о предании его военному суду. Но фавор был сильнее закона – светлейшему помогала Екатерина, ему многое прощал и Петр.

Самым неприятным для Меншикова было так называемое Почепское дело. Обвинялся он в захвате чужих земель и закрепощении украинских казаков. В 1708 г. город Почеп с округой был пожалован Данилычу за его воинскую доблесть под Полтавой. После этого новый хозяин с каждым годом округлял это владение, захватывая чужие земли и закрепощая на них казаков. С 1717 г. на него посыпались жалобы, дело пошло в Сенат. Для выяснения обстоятельств на месте Сенат дважды направлял своих межевиков, но последние защищали царского друга. В декабре 1720 г. на стороне казаков выступил сам гетман Скоропадский – он подал челобитную царю.

Пошли слухи о скором падении всесильного фаворита. Многие стали отворачиваться от него. На именины его жены демонстративно не явились почти все вельможи. Но и на этот раз Меншиков устоял, вернув казакам захваченные земли и оборочные деньги. Посланник Пруссии Мардефельд писал своему королю в феврале 1723 г.: "Князь Меншиков, который от страха и в ожидании исхода дела совсем осунулся и даже заболел, сумел опять скинуть петлю с шеи. Говорят, что он получил полное помилование впредь, пока сатана его снова не искусит".

Почему Петр так много прощал Меншикову? На это было несколько причин. Государь прежде всего ценил в этом человеке его выдающиеся способности, да и заслуг у фаворита было немало. Не только преданный м талантливый слуга, но и идейный союзник, убежденный сподвижник, Меншиков нужен бы царю, и он прощал своему любимцу многие вины.

После царя Меншиков был самым богатым человеком России в первой четверти XVIII в. К.В. Сивков приводит об этом интересные сведения. Он писал, что поземельный доход Меншикова равнялся 1300000 руб. в год. После оплаты у него конфисковано: крестьянских душ – 90000; городов – 6; наличных денег – 4000000 руб.; в заграничных банках – 9000000 руб.; драгоценностей – на 1000000 руб.; золотой посуды – 105 пудов; большое количество серебряной посуды¹.

В опале и ссылке закончил свою жизнь этот незаурядный человек, самородок, коими всегда была богата Русская земля.