1.5. Российская историография.

Древним истоком писания истории стали русские летописи. Восемь веков они являлись стержнем отечественной историографии. Многие рукописи привлекались как исторические источники, в которых замешаны истины и легенды. «Повесть временных лет», «Сказания о Борисе и Глебе» и другие тексты стали исходным материалом для историков. Начиная с XV в., в Москве создаются государственные архивы, составляются церковные и светские хроники. В XVII в. утверждаются исторические повести и степенные книги, создаются сложные компиляции. В стенах Киево-Могилянской Академии была написана первая учебная книга по русской истории «Синопсис». В конце XVII в. зародились элементы критики исторических источников. Благодаря реформам Петра Ι были учреждены специальные учебные заведения и Академия наук (1724). Стала развиваться деловая письменность. Всё это определило становление российской научной историографии.

История в контексте православной религии и философии. В первой половине XVIII в. профессиональных историков еще не было. Просвещенные личности включают описание событий как составную часть своей деятельности. Типичный пример такого стиля – Феофан Прокопович (1681-1736). Как публицист и политический деятель он писал сочинения по риторике, педагогике и праву. Ему же принадлежит труд «История императора Петра Великого». Здесь излагаются события от рождения Петра до его смерти, дано изображение его военных побед и других государственных дел. Автор использовал ряд документальных источников, дал характеристики исторических лиц.

В 1716 г. секретарь русского посольства в Швеции А. И. Манкиев закончил большой труд «Ядро российской истории». Это произведение уже далеко отошло от стиля летописей. Оно делилось на семь книг, каждая из которых разбивалась на главы, где шла речь о значительных периодах истории. Автор считал, что история Руси начинается с Рюрика, положившего начало самодержавной власти. Анализируя происхождение названий «славяне» и «росы», он провел лингвистическое сопоставление корней общих по значению слов. На этой основе была дана убедительная критика мнений западных историков, отождествлявших смыслы «славяне» и «невольники, рабы». Наряду с русскими источниками Манкиев использовал тексты античных авторов, польских и шведских хронистов.

Важную роль в конституировании историографии сыграл Василий Никитич Татищев (1686-1750). Он был просвещенным деятелем и обладал разносторонними познаниями. В числе прочих сочинений он написал «Историю Российскую», где заявлено, что автор опирается на идеи немецкого философа Х. Вольфа (1679-1754). История человечества – это развитие разума через этапы младенчества, юношества и взрослости. В историческом исследовании Татищев производил критический отбор летописей. Он использовал не только древние церковные истории, но перевел и привлек труды иностранных авторов, писавших о русской истории. Хотя в «Истории Российской» сделан упор на политическую историю государства, которая делается князьями и царями, её автор стал родоначальником российской науки.

Прививка немецкой исторической науки к российской почве. В Академию наук были приглашены немецкие историки. Одним из первых появился в 1730 г. кенигсбергский профессор Готлиб Зигфрид Байер (1694-1738). На основе скандинавских материалов он дал анализ факту – призвании князей из варягов и создал первый вариант норманнской теории. Герард Фридрих Миллер (1705-1783) проработал в Академии наук почти 60 лет. Он создал первый в России исторический журнал «Собрание российской истории» и обследовал основные архивы сибирских городов. Август Людвиг Шлецер (1735-1809) внес важный вклад в выработку критических приемов работы с источниками. Он установил историю ряда летописных сводов и его сочинение «Нестор» стало классическим.

Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765) не был профессиональным историком и все же внес вклад в становление исторической науки. Одним из первых он подверг критике гипотезу Миллера о норманнском происхождении российской государственности. Основная идея Ломоносова – в истории любого народа внутренние факторы важнее внешних. Он критиковал Миллера за недоверие к русским источниками, за прием искусственного выведения имён древнерусских князей от скандинавских (Валдмар – Владимир и т.п.). В книге «Древняя Российская История» Ломоносов доказывал самостоятельное и древнее существование русского народа.

Первым отечественным профессиональным историком стал Николай Михайлович Карамзин (1766-1826). Его «История государства Российского» отличается важными чертами научного метода: 1) следовать правде истории; 2) показывать то, что было, а не то, что могло быть и хотелось бы; 3) история как комплекс социальных областей жизни, где господствует власть монарха. Однако все это сочеталось с литературно-художественной формой изложения – воспитывать патриотизм как любовь к России и вызывать у читателя нравственно-эстетические чувства. Если основной текст развивается по законам литературного искусства, то наука представлена документальными примечаниями. В обширных приложениях автор ввел в научный оборот большое количество исторических памятников, он использовал многие архивы, библиотечные фонды, частные хранилища. При этом выбор и оценка документов проведены во многом в соответствии с требованиями критического метода. Если в основном повествовании идейный монархизм Карамзина ретрограден и архаичен, то многие приложения выражают научный исторический метод XIX в.

В сочинениях Михаила Петровича Погодина (1800-1875) и Николая Герасимовича Устрялова (1801-1870) история освобождается от литературы как искусства. Вместе с политической историей они пытались представить жизнь «духа народа» в разнообразии явлений быта, труда, религии и художественных исканий. У них идея единства самодержавия, православия, народности обрела систематический характер.

Свой идейный заряд внесли славянофилы. Для них было важно понять глубинный смысл российской истории, показать его самобытность на фоне западной культуры. Начало оригинальной историософии положил Алексей Степанович Хомяков (1804-1860). Он полагал, что каждому народу Бог придает особое духовное начало и история состоит в его развитии. Русский народ предпочитает духовное материальному, общинное личному эгоизму. Другие славянофилы дали вариации этой сквозной идеи.

Ярким представителем государственной школы стал Борис Николаевич Чичерин (1828-1904). Он исходил из философии истории Гегеля. История есть реализация «мирового духа», ведущего от древнего семейного союза через гражданское общество (средневековье) к государству. Только в последнем формируется свободная и нравственная личность. На Руси основы государства заложили князья и их дружины. Затем шло долгое собирание земель и становление института наследования власти (Иван IV). Петр I ввел элементы западной государственности. Если вначале государство закрепостило крестьян, то с XVIII в. оно стало стремиться к их освобождению. Итак, формирование государства стало и развитием русского народа.

Сергей Михайлович Соловьев (1820-1879) так же поначалу вдохновлялся философией истории Гегеля, но уже то, что он включил русский народ в число «всемирно-исторических» народов, говорит о его идейной самостоятельности. Его основной труд – «История России с древнейших времен» (29 томов). В нем он реализовал представление о двух религиозных «возрастах» народной жизни: 1) «детский» – россияне с IX по XVI вв. жили христианскими чувствами и следовали внешним влияниям; 2) «возраст возмужания» – начиная с реформ Петра I, русский народ не расстается с православием, но в его жизни усиливается роль разума в виде философии и науки. Русская история начинается с зарождения государственности (Рюрик), только этот институт мог противостоять суровой природе и отсутствию естественных границ. Неразвитость промышленности и торговли, необходимость держать большое войско для охраны протяженных границ – все это вынудило прикрепить крестьян к земле и ввести крепостное право.

Соловьев использовал основные приемы научного метода историка, сложившегося к его времени. Оценивая деятельность Петра I, он применил сравнительный анализ, сопоставив его реформы с французской революцией. Ученый привлек все известные исторические материалы, включая духовные, договорные грамоты князей, а также акты из фонда Посольского приказа, Синода, тайной канцелярии и т. п.

Итак, историография С. М. Соловьева показала, что российская историческая школа не только достигла европейского уровня, но и обрела свой специфический стиль.

Таким образом, этот краткий обзор показывает, что отличительной чертой классической исторической науки является становление национальных научных школ.