Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
KSE_Naydysh.doc
Скачиваний:
0
Добавлен:
30.04.2019
Размер:
3.67 Mб
Скачать

14.2.2. Биологические предпосылки

Для понимания антропосоциогенеза большое значение имеет анализ эволюции высших биологических организмов, их анатомо-физиологического строения, которое явилось предпосылкой формирования определенной телесной организации человека, а следовательно, перехода к трудовой деятельности, формированию сознания. Совре­менное материалистическое естествознание исходит из того, что человек естественным Образом произошел от высших представите­лей животного мира — человекообразных обезьян.

Человек имеет настолько много общих свойств с обезьянами, что это позволяет объединить их в один отряд приматов. Приматы —высшие представители класса млекопитающих. Они обладают качествами самого широкого биологического значения. Невозможно себе представить появление человека в составе иного отряда, менее одаренного. Особенно важно то, что большая подвижность отряда приматов и разнообразие функций их передних конечностей обусло­вило развитие большого по размерам головного мозга и его высокую дифференциацию, поскольку быстрое перемещение в трехмерном пространстве и цепкие передние конечности, помогающие исследо­вать окружающую среду, требуют высокой организаций нервной сис­темы. В современной фауне насчитывается около 200 видов прима­тов среди более чем 4000 видов млекопитающих.

Еще в середине XIX в. Ч. Дарвин (на основании данных сравни­тельной анатомии и эмбриологии, которые убедительно указывали на множество сходных черт у человека и человекообразных обезьян) выдвинул и обосновал идею родства человека и обезьян, их проис­хождения от одного общего предка, жившего в эпоху неогена. Дарвин и его последователи (Т. Хаксли, Э. Геккель и др.) установили наличие сотен общих признаков телесного строения человека и антропоид­ных обезьян (шимпанзе, горилл), а также сходство эмбрионального развития человека с основными периодами развития органического мира. Более того, было показано, что антропоидные обезьяны по своей морфофизиологической организации ближе к человеку, чем к низшим обезьянам. Тем самым были заложены основы симиальной (обезьяньей) теории антропогенеза.

Согласно этой теории, человек и современные человекообразные обезьяны произошли от жившего в период неогена одного общего предка — обезьяноподобного существа. Дальнейшее развитие антропологии полностью подтвердило эту идею *. Прямым доказательст­вом родства человека и обезьян стали останки ископаемых существ — как общих предков человека и человекообразных обезьян, так и про­межуточных форм между обезьяньим предком и современным чело­веком. Четыре вида известных сейчас антропоидов (человекообраз­ных обезьян) — шимпанзе, горилла, орангутанг и гиббон — представ­ляют собой боковые ветви «родственников» человека и тоже произо­шли от вымерших обезьян эпохи неогена. Во второй половине XX в. симиальная теория была подтверждена еще и данными молекулярной биологией, доказавшей родство белковых структур и ДНК у че­ловека и антропоидов.

* В истории антропологии имели место попытки ставить под сомнение симиальный характер сходства человека с высшими приматами. Так, в 1916 г. была высказана «тарзиальная гипотеза», в соответствии с которой человек произошел от древнетретичного долгопята, а черты сходства с обезьянами приобрел конвергентно, аналогично конвергенции обезьян Старого и Нового Света. Развитие науки не подтвердило этой точки зрения.

Долгое время отсутствовали эмпирические данные о промежуточ­ных формах между человекообразными обезьянами позднего палео­гена и неогена и далекими предками человека. Дарвин знал только одну такую форму — дриопитеков (найденных в 1856 г. во Франции) и писал о них, как о далеких предках человека. Все это стимулировало появление различных гипотез о своеобразии далеких предков чело­века. Например, высказывалась точка зрения о том, что древесная стадия в развитии обезьяньих предков человека отсутствовала, а предки человека просто передвигались по земле. Такая точка зрения нашла свое выражение в концепции Г. Осборна об эоантропе («чело­веке зари»), в соответствии с которой еще в олигоцене человеческий предок уже был наземным существом, обладавшим многими особен­ностями человека.

Только в XX в. палеоантропологические раскопки позволили об­наружить остатки ископаемых обезьян, живших в эпоху неогена (ми­оцен, плиоцен), т.е. примерно от 20 до 12 млн лет назад. К ним относятся проконсулы (обнаруженные в Восточной Африке), ориопитек (находка скелета в 1958 г. в Италии), рамапитек (30-е гг. XX в., в Индии), сивапитеки и др., которые уже по многим признакам обна­руживают определенное сходство как с современными человекооб­разными обезьянами, так и с человеком.

Наиболее ранние находки высших обезьян (парапитек, проприопитек и др.) ученые относят к позднему палеогену, к эпохе олигоцена. Именно в олигоцене сформировалось то ответвление от общего ствола обезьян, которое через высших обезьян привело к возникно­вению далеких обезьяньих предков человека (проконсулы, дриопи­теки, рамапитеки и др.). По последним данным, это ответвление произошло не более 20—23 млн лет назад. Расцвет высших обезьян пришелся на неоген, эпохи миоцена и плиоцена. Найдены остатки высших обезьян, живших в это время и обладавших по некоторым свойствам (в частности, строение зубов) уже большим сходством с человеком, чем с ныне живущими группами высших обезьян. Видо­вой состав антропоидной фауны в миоцене насчитывал, по-видимо­му, около 20 родов и около 30 видов антропоидов. Но большинство из них вымерло. Переход к человеку впоследствии осуществил лишь один вид.

Анализ таких ископаемых форм позволил сделать вывод, что ис­ходная предковая форма характеризуется меньшей, чем у современ­ных антропоидов, приспособленностью к древесному образу жизни. Аппарат передвижения у этих предковых форм был одинаковым об­разом приспособлен для передвижения как по земле, так и по деревьям *. У предковой высшей обезьяны руки были короче, а ноги длин­нее, чем у современных обезьян, мозг больше, чем у других обезьян того времени, клыки менее выдавались из зубного ряда. Предковая обезьяна обладала и многими другими чертами, свойственными со­временным антропоидам.

* Однако есть мнение, что это условие не обязательно и исходная предковая форма вполне могла быть брахиатором (т.е. обладать пропорциями конечностей, позволяющими передвигаться по деревьям путем подвешивания к ветвям передни­ми конечностями, как это присуще современным человекообразным обезьянам). С этой точки зрения брахиация даже способствовала переходу к наземному образу жизни.

Один из крайне интересных вопросов антропологии: какая из ныне живущих человекообразных обезьян (шимпанзе, горилла, орангутанг, гиббон) ближе всего к человеку? В истории учений о происхождении человека отмечены попытки сблизить человека и с гориллой, и с гиббоном, и даже с орангутангом в силу сходства отдельных морфо-физиологических черт. Как недавно (по-видимо­му, окончательно) выяснилось, таким ближайшим «родственником» человека по антропологическому строению и поведению выступает шимпанзе.

Второй вопрос связан с определением времени выделения филетической линии человека. Из-за недостаточности палеонтологичес­кого материала по этому вопросу существовали разные точки зрения. Так, долгое время считалось, что этот момент надо связывать с рамапитеком (примерно 14 млн лет назад). Однако собранные в послед­ние 10— 15 лет палеонтологические данные определили среди палеон­тологов преобладание мнения о сравнительно позднем обособлении линии человека. Новые аспекты здесь выявились с развитием эволю­ционной биохимии и метода молекулярной гибридизации, который позволяет оценить степень генетического родства сопоставляемых групп организмов. Применение этого метода показало, что у челове­ка и шимпанзе 91% сходных генов, у человека и гиббона — 76%, у человека и макаки-резус — 66%. Более того, оказалось, что шимпанзе и горилла ближе к человеку, чем к орангутангу. По данным таких «молекулярных часов», время выделения мартышкообразных обезь­ян — 27—33 млн лет назад; линия гиббона отделилась от линии, веду­щей к человеку 18—22 млн лет назад; линия орангутанга — 13—16 млн лет, линия гориллы — 8—10 млн лет, а линия шимпанзе — всего 5— 8 млн лет назад. Эти данные привели к распространению точки зре­ния, согласно которой «эволюция человеческой линии заняла не свыше 10 млн лет, а обезьяний предок гоминид имел черты сходства с шимпанзе, был, по существу, «шимпанзеподобен»... В качестве «модельного предка» человеческой и шимпанзоидной линии некоторые антропологи рассматривают карликового шимпанзе — бонобо — ...из джунгей Экваториальной Африки» *.

* Хрисанова Е.Н., Перевозчиков И.В. Антропология. М., 1991. С. 37—38.

Основные пути перестройки телесной организации ископаемого предка в направлении очеловечивания — прямохождение, развитие руки и мозга (так называемая гоминидная триада).

Переход к прямохождению, смена древесного образа жизни на наземный — одна из важнейших предпосылок формирования гоминид. Многие древесные формы обезьян часто в поисках пищи спуска­лись на землю и проводили здесь большую часть времени (есть дан­ные о том, что начальная адаптация к двуногому передвижению фор­мировалась еще в верхнем миоцене 23—27 млн лет назад). Некоторые виды обезьян (с относительно более короткими передними и более длинными задними конечностями) чаще других в полувертикальном положении перемещались по земле. Это освобождало их передние конечности, и они успешнее использовали камни и палки для самоза­щиты и охоты. Кроме того, поскольку перемещение на двух ногах было более медленным, чем брахиация (перемещение по деревьям с помощью ног и рук), то понадобилась определенная компенсация — развитая психика (способность быстрого ориентирования, необхо­димость координации тела, передних и задних конечностей), совер­шенствование стадных отношений. Значительные изменения клима­та, которые привели к сокращению тропических лесов и распростра­нению пустынь, вызвали гибель многих видов древесных обезьян, не успевших приспособиться к новым условиям. Сложились предпосыл­ки для интенсивного развития тех популяций приматов, которые освоили прямохождение, т.е. был сделан решающий шаг для перехо­да от обезьяны к человеку *.

* Существует интересная гипотеза о том, что человек произошел от прибреж­ных обезьян, обитавших в неогене по берегам рек, ручьев, озер и других пресных водоемов в полусаванной гористой местности.

Непосредственным предшественником человека были такие че­ловекообразные обезьяны, у которых верхние конечности не выпол­няли функции опоры тела и передвижения. Только при этом условии верхние конечности могли стать пригодными для употребления и изготовления орудий. Такое недостававшее звено в цепи обезьяньих предков человека было обнаружено в 1924 г. в Южной Африке, где были найдены костные остатки вымерших высших приматов, воз­раст которых составляет от 5 до 2,5 млн лет. Они получили название австралопитековых. В настоящее время большинство специалистов считают, что ближайшим предшественником человека являются именно австралопитековые — прямоходящие млекопитающие. К настоящему времени обнаружены костные остатки около 400 особей австралопи­тековых (в основном в Южной Африке, а также в Юго-Восточной, Восточной и Передней Азии — в долине реки Иордан). Австралопи­тековые являлись не антропоидными, а гоминидными (т.е. близкими к человеку) приматами, были не древесными, а наземными существа­ми, вели стадный образ жизни и передвигались на двух ногах. Если для высших приматов прямохождение носит спорадический харак­тер, то у австралопитековых оно было нормой поведения. Австрало­питековые были широко распространенной, биологически процве­тающей (с большой численностью и большим ареалом обитания) расой обезьян. Существовало несколько десятков их видов и поэтому они были перспективными в эволюционном отношении.

Прямохождение явилось результатом сложных морфо-физиологических трансформаций — изменения анатомического строения та­зовых костей и нижних конечностей, а также функций центрально-нервной регуляции поведения (обеспечивающих возможность со стороны мозга удерживать тело в равновесии во время ходьбы и бега на двух конечностях). Это в свою очередь повлекло значительное усложнение анатомической структуры мозга. И хотя в среднем объем мозга австралопитековых составлял 552 см3, т.е. практический такой же, как средний объем мозга современных человекообразных обезь­ян (горилла — 496 см3, шимпанзе — 394 см3), тем не менее по сложнос­ти организации мозга австралопитековые значительно отличались и от исходной предковой формы, и от параллельно развивавшейся ветви антропоидов.

Овладение австралопитековыми прямохождением имело два важ­нейших следствия. Во-первых, прямохождение высвобождало перед­ние конечности и создавало предпосылки для превращения их в руку — орган трудовой деятельности. Во-вторых, изменение положе­ния головы и глаз привело к значительному возрастанию зрительной информации, расширению поля зрения, т.е. создавались предпосыл­ки для совершенствования форм восприятия действительности в конкретных образах. Эти достоинства австралопитековых обеспечи­вали им явные преимущества в борьбе за существование и соответст­венно возможность прогрессивной эволюции.

Австралопитековые в отличие от нынешних антропоидов жили не в лесу, а в открытой местности — саваннах; питались не только растительной, но и животной пищей; вели охотничий образ жизни, о чем свидетельствуют остатки животных, скопления костей рядом с ископаемыми австралопитековыми. Особенно важно то, что австра­лопитековые систематически использовали природные предметы (камни, палки, кости и др.) как средства защиты от врагов, нападения на жертв во время охоты и др.

Использование природных предметов - это еще не труд. Труд предполагает создание самим человеком орудий труда. Поэтому австралопитековых относят еще к животному миру, а не к миру людей. Но это такие человекообразные обезьяны, для которых характерны прямохождение, питание мясом, использование природных предме­тов для добывания пищи, что делает их непосредственными предше­ственниками человека.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]