Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Иванов В., Патрушев В. Инновационные социальные....doc
Скачиваний:
4
Добавлен:
04.12.2018
Размер:
1.82 Mб
Скачать

Глава 7 Технологии регулирования отношений собственности

В данной главе будут рассмотрены следующие основные вопросы.

1. Отношения собственности экономический фундамент общественной жизни.

2. Преобразования отношений собственности как техноло­гическая проблема.

3. Технологические подходы к развитию коллективных и индивидуальных форм собственности.

1. Механизм торможения общественного развития и самоде­ятельных сил общества, разбалансированности социального про­странства и дисгармонии мира заложен прежде всего в отноше­ниях собственности.

Именно по поводу собственности на протяжении всего XX в. идет ожесточенная борьба разных сил, но человек по-прежнему отчужден от собственности, не является ее хозяином и не может распоряжаться результатами своего труда. Отношения собствен­ности — это экономический фундамент общественной жизни, основа ее совершенствования, достижения сбалансированного, а затем и гармонического развития, становления цивилизованных форм политической власти.

Только положение собственника мотивирует человека к само­совершенствованию, проявлению творчества и гармонии, дает ему независимость и делает его ответственным не только за свою судьбу, но и за судьбы окружающей среды, своего Отечества, всего мира. Именно поэтому преобразование собственности вы­ходит далеко за пределы чисто экономических проблем. Это положение принято и осознается во всем мире.

Так, западные исследователи пишут не просто об экономичес­ких и социальных функциях собственности, но и о "создании культуры собственности"33. При всем определяющем значении собственности необходимо понять и обратную связь ее эволюции под влиянием социальных и культурных факторов. Например, М. Вебер доказал, что зрелые формы рыночной экономики своими корнями уходят в протестантскую этику34. Японские ученые считают, что если бы в стране не было определенного культурного климата, добродетельности, великодушия, то ре­формы Мейдзи потерпели бы неудачу. Для приведения в дейст­вие свободного рынка, считают они, необходимы активизирую­щая его социально-экономическая структура, соответствующая экономическая философия, разработанная на этой основе поли­тика, созданные специальные социальные институты, соответст­вующие культурному климату и экономической философии. Осознание этой закономерности (возвышения роли социальных и духовных факторов) привело в развитых странах в 20—30-х годах XX в. к целенаправленному процессу постепенной социализации капитала, что не вытекало из природы классического капитализ­ма и не было понято ортодоксальными марксистами.

Догматическое выделение собственности в качестве основы производственных отношений и непонимание их системной связи с другими сферами общества породили их абсолютизацию, за-костенение. Появилась иллюзия, что с момента национализации капиталистической собственности народным государством авто­матически устанавливается социализм, формируется общенарод­ная собственность. Однако общенародная собственность в реаль­ностях жизни превратилась в государственную, а само государ­ство — в бюрократическую структуру, которая подчинила себе не только экономические, но и социальные отношения, полити­ку, идеологию, культуру, образование, а во многом и самого человека, поставив его в положение послушного исполнителя.

Это явилось одним из существенных препятствий на пути совершенствования хозяйственного механизма и всей обществен­ной жизни, что привело общество к стагнации и кризису. Наци­онализация средств производства приобрела внеэкономический характер, была политизирована и идеологизирована. Сегодня денационализация происходит также на этих принципах. Происходило формально-юридическое обобществление собственнос­ти, также как идет ее разгосударствление.

Опыт показывает, что в реализации отношений собственнос­ти, ее разных форм важно не декларирование, а реальная возможность участвовать в распределении созданной стоимости, прежде всего в ее присвоении. В условиях государственно-бю­рократического управления трудящиеся все в большей мере лишались этой возможности, созданная собственность присваи­валась государством, бюрократическим аппаратом, что выклю­чило индивидуальные и коллективные стимулы к труду, резко снизило экономическую основу инициативы и личного интереса. Расширение масштабов этой тенденции не было осознано обще­ством, государством в противоположность странам Запада, где на разных этапах государство, общественные институты, ком­мерческие структуры отслеживали ее развитие и принимали балансирующие меры.

Изменения форм собственности в цивилизованных странах требовали изменений в системе социальных распределительных отношений, формах государственного устройства, в развитии культуры, науки, образования.

Сама жизнеспособность любого государства, его возможность осуществлять адекватную связь с гражданским обществом во многом стали определяться его социальной ориентацией, его способностью проводить политический курс на поддержку раз­ных форм собственности, создавать конкурентную среду, кото­рая давала бы гражданам более высокую степень мотивации к труду и жизни в целом, исключая диктат одной из доминирую­щих форм собственности.

Мировой опыт убедительно свидетельствует о том, что пре­одоление монополии одной из форм собственности — необходи­мое условие более полной реализации творческих потенциалов людей, отдельных регионов, коллективов и предприятий. Дей­ствие этой тенденции постепенно становилось доминирующим на рынке труда и капитала, стало определяющим фактором дееспо­собности общества и государства в отстаивании своих националь­ных интересов.

Выражением этого требования времени стало появление "со­циальных государств", социальных регуляторов ограничения "свободного рынка", формирование крупных программ социаль­ной защиты населения, поддержки науки, культуры, образова­ния.

Это, несомненно, способствовало утверждению существен­ных перемен в политической жизни общества: появлению более демократических форм регулирования общественной жизни, формированию гражданского общества и его эффективных свя­зей с государством. Государство начало проявлять заинтересо­ванность в делегировании своих функций общественным инсти­тутам, органам местного самоуправления.

Стало очевидным, что те государства, которые не замечают этой социальной закономерности, не создают адекватной систе­мы реагирования на ее требования в виде научного управления, перестают быть интеллектуальным центром общества. Такой государственности не оказалось и в России. Ныне ее становление идет весьма болезненно и противоречиво.

Неправильно понятая и антитехнологически реализованная "демократами" в России концепция либерализма, "шоковой те­рапии" усилила жесточайший кризис российской государствен­ности, обусловила ее дальнейшее ослабление, довершила ее развал. По сути были применены антитехнологии, которые привели к прямо противоположным результатам.

2. Прежде всего необходимо понять сущность той революции, которая в условиях информационной эпохи произошла в отно­шениях собственности. До сих пор существует заблуждение, что частная собственность занимает ведущее место в рыночной эко­номике, хотя это далеко не так.

Типичным для развитых стран стало примерно такое соотно­шение: 10-15% — частная собственность на средства производ­ства, 60-70% — коллективная в разных формах (коллективно-кооперативная, кооперативная, акционированная и т.п.), 10-15% — государственная.

Под влиянием управленческой, информационной, научно-технической революции в мире происходит интегрирование раз­личных форм собственности (государственной, региональной, муниципальной, частной, групповой, совместной и др.). Приори­тет получает та из них, которая лучше мотивирует человека к труду и жизни в целом, дает наибольший эффект в создании совокупного национального продукта.

Несомненно, что приоритетной становится интеллектуальная собственность. Как разновидность собственности (общенарод­ной, коллективной, индивидуальной, частной), став доминирую­щей, она все в большей мере определяет тенденции мирового развития. Сегодня стало очевидным, что в лидеры мирового развития выходят те страны, которые производят новые техно­логии на основе рационального использования интеллектуаль­ной собственности. Уровень развития государств и народов определяется все в большей мере интеллектуальной емкостью используемых технологий, уровнем квалификации работников, эффективностью государственного управления, духовностью и культурой нации, а не только количеством и качеством природ­ных ресурсов, доминированием той или иной формы собствен­ности. То есть в движение приведены глубинные социальные ресурсы и резервы. Все это с очевидностью свидетельствует о том, что при рассмотрении факторов, определяющих эволюцию собственности, нельзя не учитывать требования эволюции соци­альной системы, законов развития творческой личности и обще­человеческих тенденций, обусловленных становлением инфор­мационной эпохи.

Для практической реализации этого требования необходимо развитие многообразных видов собственности, основные из ко­торых — находятся три формы: государственная, кооперативная в различных ее видах и личная (частная, индивидуально-трудо­вая). Эта закономерность сегодня лежит в основе становления современной доктрины освоения социального пространства, оценки тенденций развития на будущее. Опыт мирового разви­тия убедительно свидетельствует о том, что монетаристская идея в экономике и соответствующая ей в социальной жизни идея индивидуализма давно изжили себя, не соответствуют требова­ниям XXI в. и ведут человечество к катастрофе.

Такие антигуманные парадигмы, как приостановка научно-технического прогресса (идея "нулевого роста") для отдельных стран (аутсайдеров) во благо лидеров, признание неомальтузи­анской теории необходимости сокращения роста народонаселе­ния Земли, не только не приняты большинством государств в основу теоретической доктрины развития, но и обанкротились в практической области.

Мир, его отдельные регионы развиваются по другой доктри­не, основанной на принципах "естественного права" человека, "права справедливости", здоровья каждого и всех людей. Стало очевидным, наконец, что каждый человек, родившийся на Земле, имеет право на развитие и реализацию своих способнос­тей и потенций, созидательного мышления и творчества. Общая концепция физической экономики, противостоящая монетарист-ским взглядам, разработана Линдоном Ларушем, а принципы "естественного права" сформулированы еще кардиналом Николаем Казуанским (1401-1463)35. Однако накануне XXI в. содер­жание общественного развития во многом определяется столкнове­нием этих двух парадигм, одна из которых является господству­ющей, а вторая выступает пока только как тенденция, за которой будущее. Эта позитивная тенденция либо может быть понята, поддержана, что избавит мир от многих потрясений, либо устарев­шая парадигма еще долгое время будет держать цивилизацию в тисках неравенства, несправедливости, отсталости.

Если контуры общественной модели "монетаризма" известны, то новой, зарождающейся модели еще во многом призрачны, недостаточно очерчены. К тому же они явно деформируются господствующей сегодня в мире монетаристской идеологией, различными доктринами ее либерально-рыночных модифика­ций. Поэтому представляется необходимым осмыслить их более глубоко, а следовательно, разглядеть механизмы, технологии их зарождения и поддержки как в настоящем, так и в будущем.

Важно отметить, что ныне при всей специфике в различных странах прослеживается общая тенденция — возрастания роли социального и духовного в развитии общества, усиления их обратного влияния на экономические и технические факторы. Можно говорить об относительно самостоятельном и достаточно сильном социальном и духовном поле мотивации к труду и жизни в целом. Несовместимость социальной справедливости и экономической эффективности — это, на наш взгляд, миф вчерашнего дня. Становится очевидным, что более эффективное хозяйствование в конечном счете выступает все в большей мере и как результат социальной справедливости, социальной моти­вации к труду, и как важнейшее условие ее достижения. Этому служит определенная модель распределительных отношений, которая строится на принципах корпоратизма, сбалансирован­ности экономических и социальных факторов производства.

В настоящее время просматривается закономерность: цивили­зованный рынок немыслим без определенной степени социаль­ного равенства участников хозяйственной деятельности и со­вместного участия в управлении ею. Нарушение этой закономер­ности неизбежно приводит не только к снижению экономических показателей, но и увеличению социальных болезней, возникно­вению нравственных проблем, усиливающих разбалансированность социального пространства и порождающих социальные напряжения и взрывы.

Как показывает практика, именно укрепление коллективной собственности в разных ее формах позволяет снижать факт "анонимности" труда индивидуума и усиливает "эффект" спра­ведливости через коллективное участие в его распределении, демократическое участие в управлении. Именно эти два фактора являются все более существенными в современной системе моти­вации к труду, к жизни в целом.

Преобладание, господство любой формы собственности, как показывает мировой опыт, ведут к регрессу, застою: только разумное сочетание различных форм собственности с учетом постоянных изменений может дать положительный эффект. Со­четание рациональных форм собственности с рациональными формами организации производства, хозяйственной деятель­ности является определяющим фактором в мотивации произ­водительного труда. Бурное развитие малого бизнеса в западной экономике в 80-х годах XX в. — также наглядное свидетельство необходимости изменения организационно-экономических отно­шений, характера и форм обобществления труда, оптимизации структур управления, а не только форм собственности.

В условиях перехода от массового производства к мелкосе­рийному, от массового рынка к индивидуализированному мел­комасштабное производство, как известно, реагирует на ту или иную возникающую общественную потребность, на изменение рыночной конъюнктуры гораздо оперативнее, чем крупное. Гиб­кость, приспособляемость к рынку, умение в короткие сроки обновить модели выпускаемой продукции и внедрить техничес­кие новшества, качественно удовлетворить индивидуальные за­просы потребителей способствуют развитию малого предприни­мательства, обеспечивают экономические возможности для его прогресса.

Динамизм и многообразие различных форм малого бизнеса дают основания полагать, что в обозримом будущем этот сектор хозяйствования будет расширяться, охватывая все новые специ­альности и профессиональные группы не только в традиционных сферах, но и в наукоемких отраслях.

Собственность сегодня — не самоцель, главное — в процессе преобразований создать условия для лучшей мотивации людей к труду, сделать человека сохозяином производства или создать для этого необходимые условия. Опираясь на государственную собственность, само государство осуществляет здесь регулирую­щую роль.

Так, в Англии расширению сферы мелкого предприниматель­ства способствовало проведение денационализации и приватиза­ции, которые к концу 1989 г. охватили около трети предприятий и фирм госсектора с числом занятых свыше 2 млн. человек. На их долю приходится 10% общего объема товаров и услуг, произ­водимых в стране. Персоналу приватизированных предприятий предоставлялось преимущественное право покупки акций на особо льготных условиях. В результате число собственников акций в Великобритании за время пребывания у власти прави­тельства М. Тэтчер возросло с 3 млн. до 9 млн. человек36. В целом понятие "социальное пространство" в связи с изменениями в формах собственности, происходящими коренными переменами в производительных силах общества, приобретает все более глубокий человеческий, личностный аспект, меняются качест­венные связи общества и личности, механизмы ее социализа­ции и саморазвития. Личность на основе достижений цивилиза­ции получает все большие возможности для развития своих сущностных сил, ей предоставляется разнообразие выбора жиз­ненного пути, образа жизни, видов собственности, которые способны обеспечить успех жизненной "карьеры" каждого. Со­вершенно очевидно, что человек становится личностью в полном смысле слова, только становясь хозяином своего труда, своей жизни.

Этому сегодня должны служить все формы собственности: государственная, региональная, муниципальная, совместная, до­левая собственность общественных организаций, индивидуаль­ная и частная. Общенародная собственность (в виде природных богатств, земли, воды, воздушных пространств, флоры, фауны) является общенародным достоянием. Она должна принадлежать всем и каждому в отдельности на правах "равнодоступности". Гарантом такого отношения может быть государство, но не в его бюрократических тоталитарных формах, а в виде народовлас­тия, развитого гражданского общества, что и обеспечивает лич­ности принадлежность к общественной собственности на равных началах.

Частью общенародной собственности все в большей мере должна выступать государственная, которая средствами демо­кратического регулирования обеспечивает распоряжение при­родными богатствами, производственными и оборотными сред­ствами каждому на определенных условиях использования с одновременным делегированием ответственности. Исторический опыт показывает, что как только принижается роль индивиду­альной, коллективной и частной собственности, так возникают условия для кризиса, регресса в развитии общества, политичес­кой власти.

Поэтому представляется, что монополия любой формы собст­венности не является основой для прогрессивного развития, поиска цивилизованных путей будущего сбалансированного и гармонического развития мира.

3. Сегодня очень важно понять, каково реальное состояние тех исходных социальных параметров, с которых начинается движение вперед, от чего нужно решительно отказаться, а на что опереться и превратить в новое качество. Что нас ждет — новый вид социальной консолидации, сплоченности без былого подав­ления личности, мертвого, бездушного тоталитаризма или разгул слепого индивидуализма, потребительского эгоизма и еще боль­шей разобщенности людей, национальных распрей и конфлик­тов, распада социальных связей? На социально-философском уровне ответы давно даны живые противоположности и обособление, социальная связь и суверенитет личности, ее авто­номность и независимость должны находиться в равновесии, в диалектическом сочетании. Нарушение этого равновесия создает условия для социальных конфликтов и напряжений.

Догматическое мышление омертвляет эту связь и порождает стереотипы: сплочение, консолидация, коллективность очень хорошо, а обособление личности, укрепление ее самостоятель­ности — плохо либо наоборот, хотя это две стороны единого процесса. По этой логике из коллективизма исключается воз­можность развития различных форм соперничества, обособлен­ности, разумного эгоизма, а сами отношения коллективности объявляются тупиком в условиях развертывания свободного предпринимательства, индивидуальной свободы.

Между тем эффективность экономики, высокое качество про­дукции в развитых странах сегодня прочно базируются на ис­пользовании социальных резервов производства, на эффекте "корпоративности", "участия в управлении", изучении истории и традиций фирмы — всех тех резервов социальной организации и межличностного взаимодействия людей в ее рамках, которые связаны с современным представлением о мотивации трудовой деятельности и человеческого поведения.

Сейчас в российском обществе развернулась борьба за "инди­видуализированную личность", в то время как на Западе разви­вается "коммуникативный тип личности", а производство из социально-конфронтационного становится коммуникативным производством информационных предприятий.

Поучителен в этом плане опыт Японии, Южной Кореи, Тайваня и некоторых других стран, где успешно развивается коммунитарное общество. Коммунитаризм видит первоценность в общности, которая как целое имеет особые и срочные потреб­ности, выходящие за пределы потребностей ее членов. Вряд ли для нашей страны оптимален путь развития индивидуалистичес­кого общества, которое существует в США, Англии и других странах. Более того, коллективизм пробивает себе дорогу как мировая тенденция, ибо коллективизм в первую очередь есть принцип организации взаимоотношений и совместной деятель­ности людей.

Создание коллективной собственности в мире характеризует­ся двумя тенденциями.

Первая: функции владения, распоряжения и пользования передаются трудовым коллективом. В них все ассоциированные члены получают права по управлению производством и приоб­ретают возможность присваивать часть его результатов.

Доля коллективной собственности постоянно растет. Так, в Китае с 1973 по 1988 г. доля предприятий коллективной собст­венности повысилась с 19,25 до 32,6%', в США коллективная форма собственности — переход предприятий во владение их работников с помощью финансовых механизмов продажи акций работникам — во много раз возросла. Сегодня в США полностью или частично работники владеют 10 500 фирмами, в них занято более 11 млн. человек (около 10% наемной рабочей силы США)37. И это не случайно. По официальным данным, в США рост производительности труда на коллективных предприятиях в среднем в 2 раза выше, а прибыль на 30% больше, чем на частных или акционерных38. Переход к совместному владению собственностью в целом, по данным международного совещания по формированию собственности в Оксфордском университете в 1992 г., ведет к росту производительности труда на 10-15%.

Конечно, выявляя эту тенденцию, мы не выступаем за полную замену государственной собственности. Речь идет о пропорциях, о разумном сочетании различных форм, которые в "конкурент­ном поле" создают созидательные возможности общества и его отдельных членов.

Государственная собственность должна быть там и в таком объеме, где ее функционирование наиболее эффективно. При этом возможно и необходимо ее внутреннее обновление, демо­кратизация, а иногда и коммерциализация. Например, во Фран­ции имеется государственная собственность двух типов: общест­венная (энергетика, спорт) и коммерческая. Так, автомобильное предприятие "Рено" — государственное предприятие в коммер­ческом режиме рыночной структуры39.

Вместе с тем, как бы ни прогрессировал процесс обобщест­вления труда, имеющего четко выраженный коллективно орга­низованный характер, будет сохранять свою значимость индиви­дуальная трудовая и семейная деятельность. А значит, и форма частной собственности для такой деятельности необходима. Всегда будут такие сферы хозяйственной жизни, такие сферы производства и доставки людям предметов и услуг, где наиболее эффективной и конкурентоспособной окажется именно индиви­дуальная или семейная активность. Это может быть не только сфера производства продовольствия или услуг, но и области высокой технологии, интеллектуальных продуктов и услуг, тре­буемых в малых количествах. При развитии науки и техники индивидуальный труд может быть высокотехнологичным и на­укоемким. Причем индивидуальная трудовая предприниматель­ская деятельность и необходимая для нее форма частной собст­венности окажутся наиболее эффективными, в том числе эконо­мически, именно там, где есть объективные потребности и воз­можности максимально полной реализации автономии и свободы личности.

О цивилизационной значимости института частной собствен­ности можно говорить применительно к двум основным группам проблем. Это, во-первых, проблемы обеспечения автономии и свободы человека, осознания им своей значимости и отстаивания своего достоинства. Во-вторых, проблемы повышения эффектив­ности экономической, хозяйственной и интеллектуальной дея­тельности, без чего в принципе невозможно и повышение каче­ства жизни человека.

Такой подход, однако, не противоречит утверждению о воз­растающей роли коллективной собственности, которая, во-пер­вых, все в большей мере отвечает расширяющейся тенденции обобществления труда и общественной жизни, во-вторых, высту­пающей опосредующим звеном связи личных интересов и обще­ственных, непосредственного объединения индивидуальных уси­лий, а следовательно, и творческих дарований, индивидуальных жизненных сил.

Главная идея разгосударствления, по нашему мнению, — сделать трудящихся хозяевами средств производства или создать для этого соответствующие условия.

Основными принципами разгосударствления государствен­ной собственности на основные средства производства являются:

учет коренных интересов народов страны. При переходе к многообразию форм собственности важно максимально учесть национальные, исторические традиции, психологическую подго­товленность населения к восприятию и освоению тех или иных форм хозяйствования;

равное отношение граждан к средствам производства;

обеспечение социальной и экологической основы защиты населения.

Многие ученые справедливо ставят вопрос о необходимости при разгосударствлении собственности учитывать также мнение трудового коллектива.

Приоритет разгосударствления в пользу трудовых коллекти­вов в России имеет ряд преимуществ.

Во-первых, в этом отношении уже имеется положительный опыт, накопленный на ряде предприятий (С. Федоров, М. Чартаев и др.).

Во-вторых, именно этот путь разгосударствления служит барьером для расширения рамок теневого капитала, который получил в России значительное распространение.

В-третьих, коллективные формы собственности в большой мере отвечают историческим традициям России, ее соборной культуре и являются перспективными и в мировом масштабе.

Итак, мир ищет современную доктрину развития, способную ответить на грозные вызовы XXI в.

Можно сказать, что в XX в. этот поиск осуществлялся под знаком глобального противостояния двух общественных систем — капитализма и социализма. Однако анализ показывает, что цивилизация далека от разрешения стоящих перед ней глобаль­ных проблем на основах конфронтации. Рыночный либерализм, монетаризм не может стать всеобщей моделью развития мира. Поиск такой парадигмы, на наш взгляд, лежит не на пути доктринальной конфронтации, усиления противостояния, а на пути договора, достижения толерантности. Реальный социализм допустил ту же ошибку, что и рыночный либерализм. Средства производства должны принадлежать не государству, не капита­лу, а людям, которые работают. Других стимулов к творческому труду с полной отдачей сегодня нет. А если их нет, то будет побеждать та цивилизация, группа стран, отдельно взятая стра­на, которые возьмут все то лучшее, что накоплено человечест­вом, и включат эти живые механизмы в мотиваторы собственного развития с учетом особенностей национальной культуры и соб­ственного опыта. Россия, прошедшая жестокий путь испытаний, может (теоретически и практически) внести свой вклад в поиск и утверждение новой доктрины общественного развития мира, — ноосферно-корпоративной, которая может стать для нее спаси­тельной на пути возрождения и развития в будущем.