Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Шипицына Л.М..doc
Скачиваний:
58
Добавлен:
15.11.2018
Размер:
4.69 Mб
Скачать

7.3. Исследование личностных качеств матерей методом наблюдения

Для изучения психологических особенностей матерей, оценки их отношений к себе самой, своему сыну (дочери), к жизненной ситуации в целом, нами были исследованы различные группы матерей, воспитывающих детей с нарушением интеллекта, особенно с умеренной, тяжелой и глубокой степенью умственной отсталости, среди которых были дети, подростки, взрослые молодые люди, в том числе и синдромом Дауна, множественными комплексными нарушениями. Всего было обследовано 147 матерей таких детей. Среди обследованных матерей:

- средний возраст - 39,5 лет;

- с высшим образованием – 55%;

- со средним специальным - 35%;

- имеют только одного ребенка – 60%;

- имеют двух и более детей (в том числе одного из них инвалида) - 40%;

- полных семей – 60%, третья часть из них гармоничные.

Прежде чем изложить характерные особенности психического состояния матерей, воспитывающих детей с нарушением интеллекта, рассмотрим несколько наиболее типичных примеров.

Пример 1. Елена, 35 лет. Имеет среднее специальное образование, закончила политехнический техникум. Но из-за своего больного ребенка вынуждена была пойти работать прачкой в детский сад для детей со сниженным интеллектом. Сын ее находится в этом же детском саду.

Коля - так называемый, «чернобыльский ребенок», Лена находилась на втором месяце беременности, когда поехала отдыхать к родителям мужа в Гомельскую область. Там ее и застала чернобыльская трагедия. Когда ей предложили сделать аборт, отказалась не

думая, что последствия могут быть такими серьезными. Потом она не раз жалела об этом.

У мальчика, помимо основного диагноза, – умственная отсталость, еще и гидроцефалия, что наложило отпечаток на внешность ребенка: большая голова с длинным уплощенным лицом, крупные верхние и нижние конечности, непропорциональные туловищу.

Лена всячески старается облагородить внешность своего ребенка. Помимо того, что она сформировала культурно-гигиенические навыки у Коли, много времени уделяет развитию речи и общения ребенка: читает ему, беседует о прочитанном, включает аудиозаписи любимых детских произведений. Мальчик очень разговорчив, с удовольствием идет на контакт, что сглаживает первое, не очень приятное впечатление от внешности ребенка.

Кроме Коли, у Лены еще есть дочь 13 лет, которая успешно учится в школе, занимается живописью в детской изостудии.

Воспитанием детей, в основном, занимается Лена, так как муж ее часто находится в рейсе – он моряк дальнего плавания. Правда, Лене помогают ее родители – берут Колю к себе на выходные дни, ездят с ним в отпуск.

Лена очень общительный, интересный человек, приятный собеседник. Любит поэзию и при случае с удовольствием декламирует стихи. Про таких говорят «душа компании». Она обладает завидным терпением и внешним спокойствием. Глядя на нее, трудно поверить, что эта женщина живет с глубокой душевной раной. Хотя Лена и приняла ситуацию своего ребенка, и внешне вроде ничего не изменилось в ее жизни, с каждым годом ей все труднее нести свою боль. В последнее время она все чаще выражает недовольство своей семейной жизнью, тем, что не находит понимания со стороны своего мужа. Елена обратилась к религии. Это не был какой-то душевный порыв, а вполне осознанный шаг. В вере она черпает силы, находит успокоение. «Меня там понимают», - говорит она. И уже на протяжении года они с сыном регулярно посещают церковь.

Пример 2. Наталья, 31 год. Имеет высшее образование, работает инженером – синоптиком в городском метеорологическом Центре.

В 24 года она родила сына. Роды были преждевременными, тяжелыми. И мальчик родился очень болезненным. Помимо нарушения интеллекта, страдает врожденным пороком сердца, хроническим пиелонефритом, амблиопией.

Наташа рано заметила, что мальчик отстает как в физическом, так и в психическом развитии. По рекомендации специалистов она °пределила ребенка в детский сад для детей с нарушением интеллекта.

Женя, обласканный ребенок, окутанный атмосферой любви своих близких. И главный источник этой любви, доброты, понимания – Наташа. Она самозабвенно любит своего сына, принимая его таким, какой он есть. Она старается всегда быть рядом с ним. поддерживает его, когда ему плохо, и очень радуется самым маленьким успехам сына. В своем стремлении помочь сыну она не одинока. У нее прекрасная семья: муж и родители мужа, которые живут вместе с ними. Все они прекрасно ладят между собой, и в доме у них царит дух взаимопонимания. Правда, муж часто отсутствует из-за длительных командировок, но, когда он дома, старается больше времени уделять сыну.

Наташа давно для себя решила: сделать все возможное и, может, даже невозможное во благо своему сыну. Конечно, не всегда все удается и получается, но она не теряет присутствие духа и терпение. Ежедневно вместе с Женей она трудится, чтобы чему-то научиться. Наташа много читает специальной литературы с тем, чтобы лучше разобраться в особенностях нарушения развития своего ребенка и знать, как помочь ему. Всегда внимательна к советам и рекомендациям специалистов.

Пример 3. Светлана, 28лет. Имеет высшее образование, работает переводчицей. Муж – старший научный сотрудник в научно-исследовательском институте. Внешне очень благополучная семья.

Настя – единственный ребенок, родилась в срок от нормально протекавших родов. Раннее психофизическое развитие девочки, со слов мамы, было нормальным. И родители не сразу заметили, что с девочкой не все благополучно. Обратились к специалисту, когда ребенку было 3 года. Психиатр отметил у девочки снижение интеллекта, РДА (ранний детский аутизм) и рекомендовал ей специальный детский сад. Светлана отказалась и устроила дочь в логопедическую группу детского сада. После двухгодичного пребывания Насти в этой группе, Светлана все-таки поняла, что ее девочка явно не справляется с программой и заметно отличается от других детей. И тогда она привела дочь в детский сад для детей со сниженным интеллектом.

Но и здесь Светлана не находит успокоение. Она постоянно взвинчена, ее раздражает буквально все, что касается девочки: и внимание окружающих людей из-за неадекватного поведения ребенка, и то, что девочка не всегда понимает ее и делает не так, как это нужно.

Она мечется, постоянно обращается к специалистам и не специалистам в надежде на то, что ребенку снимут этот диагноз. В своем несчастье обвиняет всех, и, прежде всего, своего мужа. Надо отметить, что муж Светланы, в отличие, от нее, гораздо спокойней,

более уравновешен, находит общий язык с дочерью. Приятно наблюдать, как они, общаются. Но из-за специфики своей работы (частые экспедиции) он мало бывает с девочкой, Чаще всего девочка дома предоставлена сама себе. Светлана, всегда уставшая, измученная предоставляет ей полную свободу дома.

Беда Светланы в том, что она никак не может принять диагноз своего ребенка. Не может прислушаться к специалистам, которые советуют принять и осознать ситуацию своего ребенка, помочь своей девочке адаптироваться в этом мире.

Из приведенных выше примеров видно, что каждая мать по-разному реагирует на заболевание своего «особого» ребенка.

Елена, хотя и приняла ситуацию своего ребенка, но с каждым годом ей все труднее справляться с ней, так как она не находит поддержку у своего мужа, одинока в своем горе. Обращение Елены к религии, является своего рода защитой.

Наталья – редкий пример матери, которая нашла в себе силы преодолеть социальные стереотипы и полностью принять ситуацию своего ребенка. Она любит его таким, какой он есть, и всеми силами старается помочь адаптироваться в социуме.

Светлана – представитель большей части матерей детей с нарушенным интеллектом. Таким матерям особенно нужна помощь психолога, задача которого заключается в том, чтобы изменить отношение матери к ребенку, к его заболеванию.

Наблюдение за матерями, воспитывающими ребенка с нарушением интеллекта, позволило выявить ряд характерных особенностей, присущих им.

Так, отклонение в развитии ребенка в ряде случаев интерпретируется матерями как собственная неполноценность. Особенно в тех случаях, когда они отождествляют себя с ребенком. Из-за этого резко нарушаются или искажаются цели их жизни. В большинстве случаев мать вынуждена была оставлять работу, любимое дело, перспективы карьерного роста. Всего лишь 10% матерей смогли продолжить работу по выбранной ранее специальности.

Со слов одной из матерей: «С детства я мечтала о творческой карьере, так как любила сочинять стихи, писала рассказы. Закончила литературный институт. После рождения ребенка не то, чтобы сочинять стихи – разговаривать ни с кем не хотелось. А дальнейшей Моей карьерой стала работа няней в специализированном детском саду, в который с большим трудом удалось устроить ребенка».

Родители, предчувствующие пренебрежение, жалость или Удивление окружающих и утрату общественного престижа, заботятся больше о том, чтобы ребенок лучше выглядел на людях или Даже скрывают его от людей. Из дневниковых записей матери ре-

бенка с синдромом Дауна: «Детство и юность моего ребенка прошли в недопустимой для цивилизованного общества изоляции. С сыном практически никто не хотел общаться. «Убери своего ублюдка!» - вот что чаще всего слышали мы на детских площадках, в очередях, в транспорте. Мы покорно «выгуливали» своего ребенка, когда стемнеет». Вот почему этих детей редко встретишь на улицах – «невидимки», вроде бы живут среди нас, а вроде бы и нет.

Такое отношение со стороны общества наложило отпечаток на отношение матерей к детям, когда одновременно они переживают и любовь, и неприязнь к ребенку. Своеобразные способности таких детей являются источником дополнительных разочарований, вызывающих гнев и негодование. Так, беседы с матерями и наблюдения за их отношением к детям показали, что примерно 32% отцов в разное время и с разной степенью силы желали избавиться от проблем своего ребенка, а тем самым и от самого ребенка, отдать его на воспитание в государственное учреждение или вообще уйти из семьи с ребенком-инвалидом.

Перманентное давление проблем ребенка, необходимость систематических и упорных (а именно это и требуется от родителей) занятий по его обучению и воспитанию проявляются у матерей то отвержением, то сверхопекой. Так, в ситуациях, когда с ребенком необходимо чем-либо заниматься, понять и удовлетворить его желания у многих матерей наблюдается в той или иной форме отвержение. В ситуациях, требующих самостоятельных действий ребенка и доступных ему, эти матери считают необходимым самим выполнить за него эти действия, оградить ребенка от мнимых или возможных опасностей.

Среди матерей и особенно отцов нередки случаи острого переживания критики в адрес своего ребенка, что порой сопровождается негодованием и воинственной реакцией. До 90% родителей проявляют крайне отрицательное отношение к всевозможным замечаниям, высказываниям и даже «косым» взглядам окружающих в адрес своего ребенка, готовность к активному противостоянию. Вот пример из дневниковых записей одной из мам: «Когда я выхожу с сыном на улицу, то чувствую себя волчицей, которую обложили со всех сторон красными флажками и все вокруг кричат: «Ату! Ату!»... «Взгляды на остановках, в транспорте - я научилась их не замечать. Порой даже не замечаю людей, стоящих рядом или идущих мимо меня. Это, наверное, защита от бестактности окружающих. Выходя из дома, я сразу внутренне напрягалась и готова была на любое слово в адрес сына ответить дерзостью. А вообще, что на людей обижаться, если у нас в обществе до недавнего времени не было инвалидов».

Сложности взаимоотношений матерей и их больных детей с обществом являются следствием того, что нередки случаи, когда они отвергают даже само существование недоразвития, оправдывая недостатки ребенка. В результате страдает ребенок, не получая соответствующего воспитания, лечения и ухода.

Душевный дискомфорт, длительное время преследующий мать больного ребенка, влечет возникновение у нее чувства депрессии и тревоги. Наблюдения в основной группе показали, что депрессивные состояния отмечались у 60% матерей, а постоянная тревожность – у 90%. Причинами этой тревожности являются каждодневные проблемы, с которыми сталкиваются родители. Проблемы эти часто не могут быть решены до конца, независимо от усилий, прилагаемых матерями для их разрешения. Например, невозможность скорого изменения отношения общества к инвалидам, снятия с детей ярлыка «необучаемые», что, по сути, оборачивается отвергани-ем обществом, или проблемой их социальной дезадаптации.

Другим важным фактором, формирующим чувство тревожности у родителей, чьи дети уже повзрослели, является неизвестность в ожидании ближайшего будущего. Видя символическое продолжение своей жизни в детях, а затем и во внуках, матери и отцы умственно отсталого переживают, кроме всего прочего, ещё и вероятность прекращения их рода, особенно если этот ребёнок – единственный (Д.Н.Исаев, 1993).

Психическое недоразвитие ребенка оживляет тревоги, связанные с чувством беспомощности, которые драматически напоминают родителям, что их мечты могут быть целиком уничтожены и никто не сможет ничего с этим сделать. Такие мысли приводят к «опусканию рук». Перед лицом своей незащищенности они не могут заставить себя сделать все необходимое для воспитания и лечения своего ребенка. В обследуемых семьях многие матери в той или иной степени оказывались беспомощными, когда встречались с неразрешимыми педагогическими, медицинскими и социальными проблемами. «Когда нас поражает несчастье, мы сначала цепенеем, затем приходим в бешенство, а затем пугаемся. Мы «ропщем, ропщем, не желая, чтоб свет угас...» (М.Айшервуд, 1991).

Многие матери, узнав о диагнозе ребенка, оказываются сраженными грандиозностью кажущейся несправедливости. В отчаянных поисках ответа на вопрос: «Почему? За что?», они думают о своей тяжкой виновности, за которую им пришлось нести наказание, либо к ним приходит мысль о том, что в природе нет справедливости. Первая мысль приводит к чувству вины, угрызениям совести, само- и взаимообвинениям. «Искупление вины» отражается в чрез-Мерной заботе, приводящей почти к полному параличу активности

ребенка, к его неприспособленности, лишению возможности мобилизовать имеющиеся потенции для социальной адаптации.

Количественная оценка числа матерей, которым присущи те или иные вышеперечисленные переживания, представляет большую трудность при использовании метода наблюдений, так как при этом отсутствует жесткая регламентация перечня необходимых наблюдений, причинно-следственных связей между явлениями и выводами. И, тем не менее, наблюдения, проведенные в течение длительного времени, как правило, дают представления о переживаниях и их оценке.

Выявленные в ходе наблюдения особенности переживаний матерей, воспитывающих детей с глубокими нарушениями интеллекта, позволяют сделать вывод, что они обусловлены формированием у родителей под воздействием многих неблагоприятных социально-психологических факторов таких личностных качеств, которые выделяют их из общего ряда, делают отклонения в их поведении явными, создают специфику их видения и оценки окружающей действительности.

Следующим методом, использованным нами для изучения личностных особенностей матерей, имеющих детей с нарушениями интеллекта, являлась беседа, которая проводилась лишь с желающими и исключительно конфиденциально. В этом исследовании приняли участие 40 матерей.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.