Добавил:
proza.ru http://www.proza.ru/avtor/lanaserova Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Кроль Л.М., Пуртова Е.А. - Методы современной психотерапии

.pdf
Скачиваний:
107
Добавлен:
15.09.2017
Размер:
1.31 Mб
Скачать

ние, что отправляешься в необыкновенное и очень важное для себя путешествие.

Путешествие в то пространство и в то время, когда было хорошо, легко, когда так много возможностей открывалось каждый раз. И эта легкость тела, которую обретал, и эти достижения, и еще другие, которые, может быть, позабыл, — все это внутри вас. И может быть, это те особенные восхождения вверх, когда идти было легко, и можно было даже сделать свой путь еще более трудным, для того чтобы там, наверху, с гордостью думать и чувствовать, что ты это сделал, что это получилось. И это движение вверх шаг за шагом, по разным временным путям, когда, может быть, та гора, на которую поднялся однажды, была совсем не горой, а чем-нибудь другим. Но та способность, та возможность делать так, как хо- чешь, когда это получается, это тоже путешествие вверх. И есть так много воспоминаний о том, когда это получалось. Тогда было так приятно гордиться собой.

И может быть, те прекрасные ощущения, когда после долгой, долгой работы хотелось лечь и почувствовать, как в теле отдает приятная усталость. Тогда можно почувствовать все тело каждой клеточкой, всем своим существом, этот глубокий комфорт внутри себя. И как много других событий, в другое время, когда, может быть, все было не так просто, но когда можно было сказать: “У меня это получилось!” В какие-то отдельные минуты, когда было трудно, стоило только оглянуться, как на той горе, на которую поднимался однажды, оглянуться и увидеть, как много пути ты уже прошел. И для этого стоило оглянуться.

А может быть, это не только подъем, но и погружение. Как будто погружаешься все глубже и глубже в эти ощущения собственного тела, которое помнит о комфорте, у которого так много возможностей знать каждой клеточкой о комфорте, об удовольствии чувствовать себя погруженным в какую-то особую среду. И можно вдруг удивиться тому, что увидишь. И эти цветные рыбки, которые проплывают мимо, такие красивые, такие изящные, такие легкие в своем движении. И, кажется, вот-вот коснешься какой-нибудь из них. Это похоже на волшебство, на чудеса. И так часто бывает: стоит только погрузиться в это пространство комфорта своих собственных, но таких новых и необычных телесных ощущений, как начи-

411

наются чудеса, волшебство, похожее на этих рыбок, которые так легко снуют вперед и назад, то всплывая, то погружаясь еще глубже. И можно сейчас ощущать это погружение туда, глубоко, где обретаешь так много других забытых возможностей, о которых можно вспомнить.

Èкогда ваш сознательный ум готов идти в мир путешествий, в мир реальных воспоминаний, которые приходят легко, ваше бессознательное, которое тоже слушает меня, слушает очень внимательно, может подарить вам много других волшебных ощущений и воспоминаний, потому что есть много разных достижений, которые вы позабыли. Но все это можно вспомнить. И сейчас можно вспомнить, что все это можно вспомнить, и все это внутри вас, и стало частью вас, и в то же время немножечко отдельно. И поэтому бессознательное может посылать вам эти воспоминания и давать возможность снова пройти через них. Может быть, через то море. И

ÿхочу, чтобы вы погрузились так глубоко, чтобы так реально, так удивительно реально ощутить и вспомнить этот прибой, и этот шум воды, и это ощущение легкости своего тела, как будто волна набегает на песок, делая его таким ровным и гладким, чистым и безукоризненно красивым, песчинка к песчинке.

Èваше бессознательное, которое так внимательно слушает меня, может уносить эту ровность и гладкость в каждую клеточку, в каждую частицу вашего тела, отдавая ему комфорт ваших воспоминаний. И так приятно пройти через эту глубину, прислушиваясь и не слыша, слыша и не прислушиваясь, а просто отдавать свое тело этой волне, которая так легко, так ровно и гладко движется к берегу. И есть многое другое, о чем приятно вспомнить, чтобы снова обрести все богатство ощущений, потому что в этот момент вы учитесь, учитесь незаметно. И как важно, что можно научиться незаметно, раньше или позже, просто оттого, что снова и снова проходишь через комфорт своего тела, через комфорт воспоминаний.

Èесли оглянуться назад и увидеть, как много пути ты уже прошел, можно почти реально увидеть и вспомнить этих многих Ирин, которые остались там, позади воспоминаний, вспомнить и обрести их снова, очень реально, — ту маленькую Иру, и подрастающую Иру, и других Ирин, которые, может быть, умели радоваться и огорчаться так по-детски. Эти ма-

412

ленькие детские огорчения так легко забываются, а эти маленькие детские радости так легко превращаются в мечту о следующей радости, в мечту о других возможностях, просто в меч- ту, похожую на звездочку, которая то мерцает, то светит ярко. И как важно, что можно снова вернуться к этим маленьким Ирам, и подрастающим Ирам, и таким разным Ирам. И ка- кую-то из них утешить в этом маленьком детском огорчении и погладить по головке. Как приятно коснуться волос маленького ребенка внутри вас и порадоваться за другую Иру, которая умела чего-то достигать, когда все получается, когда можно гордиться собой.

Èбывает так, что многое из того, что хотелось бы вернуть или получить, можно оставить там, в бессознательном. Именно оттуда приходит возможность научиться незаметно, раньше или позже научиться чувствовать все немножечко иначе. Когда позволяешь всему идти своим чередом, даешь своему бессознательному делать то, что оно хочет делать для тебя, когда желает, чтобы эта радость, этот комфорт, это спокойствие, приходя, — оставались. И это и есть возможности и работа вашего бессознательного.

Èвы остаетесь и полностью используете то ощущение комфорта, очень большого, нового и старого, удивительного комфорта, потому что комфорт — это ресурс, который вы обретаете с каждой минутой, погружаясь в это пространство себя,

âпространство удовольствия от старых и новых возможностей, от своего тела. Так важно позволить включиться в работу вашим творческим возможностям, поскольку именно они, ваши творческие возможности, которых так много и которые так легко открываются, позволяют найти тысячи других возможностей, все более и более разумных, тонких, полностью контролирующих все происходящее. И нужно всего лишь позволить действовать этим творческим возможностям. Когда даешь всему идти своим чередом и позволяешь своему бессознательному делать что-то очень важное для тебя, эта работа никогда не прекращается, потому что, если предоставить ее самой себе, бессознательное делает все самое лучшее из того, что возможно. И как важно, что этому можно научиться незаметно, раньше или позже.

Можно продолжать это путешествие, отталкиваясь от моего голоса и уходить в другое пространство, в другую глубину,

413

разрешая бессознательному делать эту работу сейчас и потом, потом и всегда, чтобы та ровность, та гладкость, тот комфорт, похожий на морской песок, на речной песок, на работу волны, чтобы они тоже стали частью ресурсов, частью новых возможностей, которым тоже можно научиться раньше или позже. Научиться незаметно, чтобы легко переживать, опережая мысль, как отзвук этих новых возможностей, легко чувствовать, легко входить в мир своих чувств, в мир своих новых возможностей, когда можно почувствовать себя еще более расслабленной или более сконцентрированной и, может быть, еще не вполне осознающей, чему вы научились, потому что это работа бессознательного внутри вас. Но в то же время по- чувствовать себя очень хорошо знающей, что вы могли научиться даже большему, чем предполагали, и это удивительно. Все это возможности бессознательного.

Èта важная цель состоит в том, чтобы думать о себе с гордостью и уважением, постоянно ощущая, как в вас отражается радость и спокойствие, радость и спокойствие. Как меняется эта музыка, как может ближе или дальше звучать мой голос, который так легко превратить в шум волн или в другие звуки, приятные для вас сейчас или потом, когда радость и спокойствие, и предвидеть в себе свое будущее, проникнутое гордостью и уважением за то, что столько сделал. И это получается, и это получается. И можно помнить или забыть, и можно вспомнить, что можно вспомнить то самое лучшее, что хотелось бы вспоминать сейчас и потом. И можно забыть о чемто, просто забывая, вспоминать. И бессознательное само выбирает, что нужно вспомнить, а что нужно забыть, потому что не важно помнить как, важно, что вы это испытали, и комфорт, и спокойствие, когда можно искупаться в удовольствии.

Èзавтра все будет по-другому, потому что в каждом завтра есть что-то другое. И как приятно двигаться на волне этих чувств, этого комфорта, этого предвкушения того, что завтра все даже лучше, чем ожидаешь. И это твои возможности,

èты их обретаешь каждый раз, погружаясь туда, в пространство собственного тела, где умеет жить комфорт, где умеет жить радость и покой, может быть, похожий на рыбок или на это ощущение спокойствия внутри своего собственного тела. Когда можно, как после долгой работы, устроиться удобно и чувство-

414

вать отзвук каждой клеточки, которая расслабляется в этом покое и отдыхе. А может быть, что-нибудь другое, но приятное и комфортное именно сейчас.

Как приятно, что ты свободен в этом выборе, что можно выбирать, и сейчас вы выбираете те чувства, то ощущение, которое хотелось бы забрать с собой в этот реальный мир и сделать его постоянной частью себя. То ощущение и то чувство, тот ресурс, ту новую возможность, когда умеешь верить, когда умеешь думать о себе с гордостью и уважением, ощущая, как комфорт проникает в каждую клеточку своего тела, заполняет все тело целиком, делая его неотъемлемой частью себя. И можно искупаться в нем, и можно почувствовать его всем своим существом, и разрешить себе усилить те чувства, которые хотел бы усилить, и вспомнить о том, что хотелось бы вспомнить, и подарить себе самые лучшие, самые приятные минуты именно сейчас, когда так много пути уже прошел.

И можно разрешить себе наслаждаться и этими возможностями, и этими ощущениями. Можно подарить себе все это сейчас, когда можно сказать себе сейчас “до свидания”. Но так много, так много еще нужно сделать. И есть так много возможностей потом, в любой момент, когда просто устраиваешься удобно и снова погружаешься в этот мир своего тела, своих чувств и своих возможностей. И все возвращается. И можно делать себе этот подарок, может быть, лучший из подарков, потому что это тот подарок, с которым можешь никогда не расставаться, тот ресурс, та новая возможность, которую обретаешь так реально, так реально сейчас, сейчас и потом. И это новые возможности, возможности тела, и это возможности бессознательного внутри нас. И нужно только доверять, и как приятно доверять этим возможностям, новым возможностям бессознательного, новым радостям внутри себя.

Закончится пленка, но можно будет еще некоторое время побыть — ровно столько, сколько захочется, — побыть там, в своем собственном мире, и вернуться оттуда в любой момент, как только этого захочешь. А вернувшись, сохранить эту возможность растить свой росток, растить свой прекрасный цветок, который посеяла. Потому что, когда ухаживаешь за ростком, то вырастают прекрасные цветы, прекрасные деревья, похожие на ресурс, который мы обретаем”.

415

Âэтом сеансе есть и совсем конкретные цели, и образный пересказ всей нашей совместной работы. Его цель — работа с неуверенностью и, конечно, обучение телесному комфорту, взаимодействию с собственным телом, умению слышать его и отвечать ему.

Если вы вчитаетесь в этот текст, то заметите, что первые достижения, о которых мне говорила Ирина, связаны с плаванием и ощущением заслуженного отдыха. Плавать, плыть, погружаться — все эти слова в сеансе связываются с достижением и комфортом. Здесь же гора, которая стала ресурсным воспоминанием и строительным материалом для нашей работы.

Я использовала образы-открытия Ирины, когда ключом к погружению в аутогипноз стали маленькие волшебные рыбки, воспоминание или представление которых помогали достигать комфортного трансового состояния. В текст вплетены и ее воспоминания

îсчастливом отдыхе у моря, когда она почувствовала себя привлекательной девушкой.

Слово “текст” этимологически восходит к понятию “ткань”. А ткань трансового текста сплетается из двух видов нитей — реальных образов, воспоминаний, собственных слов пациента и моих метафор, слов-проводников, слов-мишеней. Чем больше они переплетаются, тем более сильное впечатление оставляют о себе. Часто повторяемые слова “ровность”, “гладкость” — противопоставления ее образу своего лица — “неровности”, “рытвины”.

Âэтом сеансе использовано множество приемов, технических возможностей для гипнотического сеанса. Здесь и последовательное погружение в транс, диссоциация, использование возрастной регрессии, конфузионной речи, терапевтические метафоры и множество разных косвенных и открытых внушений. Конечно, я совсем не думала об этом, когда делала запись для Ирины. Условий для знающего теорию гипнотерапевта два — помнить цель сеанса и создавать свой собственный рабочий транс психотерапевта.

Расставаясь по окончании терапии, я подарила Ирине свои запасы бисера, когда она показала мне свои первые изделия. Возможно, эти разноцветные бусинки превратились в какое-нибудь необыкновенное украшение. Мне хотелось бы так думать. Возможность пофантазировать на тему будущей жизни пациента — это один из способов восстанавливать покой психотерапевта.

Каждый пациент — это часть моей жизни, это возможность сопереживать, огорчаться, радоваться и ставить оценку себе, наде-

416

ясь получить не ниже “четверки”. Необходимость такой оценки служит доказательством хорошего мышечного тонуса, чтобы легко двигаться дальше.

Рекомендуемая литература

1.Гарбузов В.И. Человек, жизнь, здоровье: Древние и новые каноны медицины. Ñ-Ïá., 1995.

2.Гиллиген С. Терапевтические трансы: Руководство по эриксоновской гипнотерапии. М.: Класс, 1997.

3.Коростелева И.С., Ротенберг В.С. Психологические предпосылки и последствия отказа от поиска в норме и при психосоматическом заболевании // Психологический журнал, 1990, т. 11, ¹ 4.

4.Кроль Л. Между живой водой и мертвой: Практика интегративной гипнотерапии. М.: Класс, 1998.

5.Любан-Плоцца Б., Пельдингер В., Крегер Ф. Психосомати- ческий больной на приеме у врача. С-Пб., 1994.

6.Николаева В.В. О психологической природе алекситимии. М., 1991.

7.Психосоматика. Хрестоматия. Минск, 1999.

8.Ташлыков В.А. Психологическая защита у больных неврозами и психологическими расстройствами: Пособие для врачей. Ñ-Ïá., 1992.

9.Тополянский В.Д., Струковская М.В. Психосоматические расстройства. М., 1986.

10.Хейли Дж. О Милтоне Эриксоне. М.: Класс, 1998.

11.Хейли Дж. Терапия испытанием: Необычные способы менять поведение. М.: Класс, 1998.

12.Шапиро Ф. Психотерапия эмоциональных травм с помощью движений глаз. М.: Класс, 1998.

13.Эриксон М., Росси Э., Росси Ш. Гипнотические реальности: Наведение клинического гипноза и формы косвенного внушения. М.: Класс, 1999.

14.Alexander, F. (1950). Analysis of the Therapeutic Factors in Psychoanalytic Treatment. Psychoanalytic Quartrly.

15.Deutsch. (1939). A Discussion of Certain Forms of Resistance.

International Journal of Psycho-Analysis, 20.

РАБОТА С СЕМЕЙНОЙ ИСТОРИЕЙ

Е.Л. Михайлова

Наша профессиональная и частная жизнь щедра на головоломные задачи, непредсказуемые ситуации, все новые и новые возможности испытать себя. Это — настоящее и будущее, наша “зона роста”. И для ее проживания и понимания важно проработать то, что может быть и бременем, и проклятием, и мощным ресурсом: историю рода, “семейное древо”.

Как ни парадоксально, особую ценность эта работа приобретает тогда, когда “времена перемен” лишают и нас, и наших клиентов твердых ориентиров и отчетливых ответов на многие вопросы (на вопрос “кто я?”, в частности).

Участники семинара получают полноценный клиентский опыт, возможность психодраматического исследования “родовых посланий” и образов значимых прародителей. Отдельной темой станет проработка межпоколенной травмы — наследия почти каждой российской семьи. Многое из того, с чем предстоит работать на семинаре, может быть использовано в профессиональной практике.

В этой главе описан опыт постоянно действующего учебного семинара для специалистов помогающих профессий. Целью программы является обучение через непосредственный опыт и групповую рефлексию работе с межпоколенной травмой методом ролевой игры. Одной из специфических черт подобной работы является более полный, чем обычно, учет историко-культурного контекста событий и отношений, лежащих в основе семейного предания. Другие специфические особенности данного жанра терапевтической работы и обучения ей будут видны из текста.

418

Некоторые типичные терапевтические запросы

...С семейными историями работают семейные терапевты. Генограмма как способ графического изображения генеалогического древа, значимых событий в семье бывает жизненно необходима, когда нужно увидеть, каковы семейные мифы, семейные сценарии и как история семьи влияет на супружеские отношения, отношения с детьми, семейные отношения в целом.

Специфика той работы, о которой пойдет речь, несколько иная. Учебная программа, система учебных семинаров для профессионалов в нашем случае направлена на обучение групповой психотерапии методом психодрамы, контекстом которой является семейная история, распространяющаяся больше, чем на два-три поколения, уходящая иногда достаточно далеко в прошлое, к образам прародителей.

В клиентских группах люди, выбирающие для себя такую работу, движимы различными мотивами, далеко не всегда их запросы связаны с семьей как таковой. С какими проблемами можно работать òàê? И соответственно, чему учатся те, кто участвует в учебных семинарах “Работа с семейной историей”? Как ни парадоксально, один из важных и описанных в литературе поводов для обращения к семейной истории — это серьезное заболевание или травматизм, который не объясняется прямой генетической наследственностью, и при подробном психотерапевтическом расспросе пациента появляется основание предположить, что элементы семейной истории, некие события могли оказать влияние на появление той или иной травмы, на развитие того или иного заболевания.

Эта работа была описана в исследованиях Анн Анселин Шутценбергер, которая методом геносоциограммы работала с очень тяжелыми онкологическими больными, чтобы улучшить прогноз при традиционном медицинском лечении, повысить установку на выздоровление и возможно более долгую жизнь после соответствующих операций и таким образом помочь этому сложному, тяжелому контингенту.

К этому кругу запросов примыкает все то, что связано с так называемым синдромом годовщины. Причем речь идет не о ситуации недавней потери близкого человека, когда известно время, когда случилась в семье эта смерть: буквально этот месяц, это число является временем особенного риска для оставшихся в живых. В своей работе Шутценбергер обратила внимание на давние, возмож-

419

но, даже не при жизни пациента происшедшие травмы, заболевания, смерти в семье, в некоторых семейных деревьях, удивительным образом концентрирующиеся вокруг того или иного месяца или даты. Задачей такой работы является психотерапевтическое “расколдовывание”, снижение суггестивной значимости именно этого числа. Прошлое должно быть оставлено в прошлом.

Следующая тема, которая может эффективно отрабатываться при работе с семейной историей, является собственно семейным сценарием, отслеживающимся больше одного-двух поколений, которые содержат в себе некоторое угрожающее сообщение, например: “В нашей семье мужчины умирают рано, смерть их связана с какимито героическими ситуациями и событиями. Так было начиная с прапрадедушки, который погиб, пытаясь спасти свой товар, когда конная упряжка провалилась под лед”. Или, например: “Сестры вступают в жесткий, непримиримый, на ненависти основанный конфликт, и, начиная с прабабушки по материнской линии, этот разрушительный конфликт сестер преследует нашу семью”. Можно даже говорить здесь — метафорически, конечно — о некоем семейном проклятье, о том, что в этой семье как бы действует какаято сила. Разумеется, это сила семейного мифа, подталкивающая реально живущих сейчас членов семьи к попаданию в определенные ситуации, к воспроизведению этого семейного сценария.

Следующая тема, которая прекрасно отрабатывается с помощью групповой работы с семейной историей, это то, что можно было бы назвать кризисом идентичности, кризисом развития, с потерей почвы под ногами, с ослаблением и даже почти утратой чувства самоидентичности: “Кто же я в этом мире, чей я, где мои корни?”. На этом запросе мне хотелось бы остановиться чуть подробнее. Разумеется, всякий кризис развития заставляет человека пересмотреть свою идентичность, иначе это не было бы кризисом. Всякий кризис развития заставляет нас обернуться к своей жизни, к тому, что в ней важно, к некоторой попытке переопределить себя в мире. Родовая история — пожалуй, ее следует назвать именно так — это важнейший носитель, ресурс чувства принадлежности. Это один из ответов на вопрос: “Кто же я в этом мире?”; а вопрос этот в период личностных кризисов и кризисов развития обостряется. Особенно это характерно для кризиса середины жизни. Когда работа по “деланию” собственной жизни уже во многом произошла, то, оглядывая прожитые годы, глядя вперед на тот еще достаточно большой отрезок жизни, который остался, человек, переживающий кризис, нуждается в дополнительной опоре. В ситуации кри-

420