Добавил:
proza.ru http://www.proza.ru/avtor/lanaserova Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Скачиваний:
25
Добавлен:
15.09.2017
Размер:
1.6 Mб
Скачать

поиск генетических маркеров эффективности, а для минимизации побочных эффектов – протективных маркеров. В результате фармакогенетических исследований по изучению роли полиморфных участков генов в формировании ответа на психотропные препараты и развитии побочных эффектов, вызванных этими препаратами у больных шизофренией, рядом зарубежных ученых идентифицированы некоторые гены (DRD1, DRD2, DRD3,

MDR1, RGS4, RGS2, 5HT2A, 5HT2C, TPH1, NEF3, IL1RN, TNF-alpha, GRM3), которые могут быть вовлечены в разнообразие фенотипов, например таких как ответ на нейролептики или развитие неблагоприятных побочных эффектов (DRD1, DRD2, DRD3, DRD4, 5HT2A, 5HT2C, SLC6A3, COMT, CYP1A2, APOE, LEP, LEPR, MTHFR, INSIG2, MnSOD), вызванных нейролептиками. Полученные результаты противоречивы, что в первую очередь может быть объяснено величиной, а также этнической и половой гетерогенностью выборок. Существует огромное число полиморфных участков ДНК, не влияющее на аминокислотную последовательность, которые

Литература

А.Э. Гареева, И.Ю. Ахмерова, Р.Г. Валинуров и др.

должны быть изучены, потому что гаплотипические варианты таких «молчащих» полиморфизмов могут играть функциональную роль. Требуется и дальнейшее изучение роли данных генов, а также поиск новых, что в перспективе даст возможность создать генетические предикторы ответа на нейролептики, а также повысить эффективность терапии и минимизировать побочные эффекты, что в конечном итоге улучшит качество жизни больных шизофренией. Кроме того, результаты успешной работы будут способствовать улучшению понимания механизмов действия нейролептиков и, безусловно, приведут к созданию новых препаратов. Существуют коммерческие разработки, основанные на генах-кандидатах, которые могут предсказывать развитие побочных эффектов, вызванных психотропными препаратами. Так, разработанный тест PGxPredict: Clozapine, основанный на генетическом маркере гена HLA – DQB1, в будущем позволит врачам точно определять пациентов с риском возникновения агранулоцитоза, вызванного клозапином [25].

1.Тиганов А.С., Снежневский А.В., Орловская Д.Д. Руководство по психиатрии. – М.: Медицина, 1999. – Т. 1. – 712 с.

2.Andreassen O.A., Jorgensen H.A. Neurotoxicity associated

with neuroleptic-induced oral dyskinesias in rats. Implications for tardive dyskinesia? // Prog. Neurobiol. – 2000. – Vol. 61, N 2. – P. 525–541.

3.Antilla S., Kampman O., Olli A. et al. Association between 5-HT2A, TPH1 and GNB3 genotypes and response to typical neuroleptics:

a serotonergic approach // BMC Psychiatry. – 2007. – Vol. 23, N 7. – P. 22.

4.Basile V.S., Masellis M., McIntyre R.S. et al. Genetic dissection of atypical antipsychotic-induced weight gain: novel preliminary data on the pharmacogenetic puzzle // J. Clin. Psychiatry. – 2001. – Vol. 62, N 23. – P. 45–66.

5.Bishop J.R., Ellingrod V.L. Moline J. et al. Association between the polymorphic GRM3 gene and negative symptom improvement during olanzapine treatment // Schizophr. Res. – 2005. – Vol. 15, N 77 (2–3). – P. 253–260.

6.Bozina N, Kuzman M.R., Medved V. et al. Association between MDR1 gene polymorphisms and schizophrenia and therapeutic response to olanzapine in female schizophrenic patients // J. Psychiatr. Res. – 2008. – Vol. 42, N 2. – P. 89–97.

7.Campbell D.B., Ebert P.J., Skelly T. et al. Ethnic stratification of the association of RGS4 variants with antipsychotic treatment

response in schizophrenia // Biol. Psychiatry. – 2008. – Vol. 1, N 63 (1). – P. 32–41.

8.Ellingrod V.L., Bishop J.R., Moline J. et al. Leptin and leptin receptor gene polymorphisms and increases in body mass index (BMI) from olanzapine treatment in persons with schizophrenia // Psychopharmacol. Bull. – 2007. – Vol. 40, N 1. – P. 57–62.

9.Ellingrod V.L., Miller del D., Taylor S.F. et al. Metabolic syndrome

and insulin resistance in schizophrenia patients receiving antipsychotics genotyped for the methylenetetrahydrofolate reductase (MTHFR) 677C>T and 1298A>C variants // Schizophr. Res. – 2008. – Vol. 98, N 1. – P. 47–54.

10.Greenbaum L., Strous R.D., Kanyas K. et al. Association of the RGS2 gene with extrapyramidal symptoms induced by treatment with antipsychotic medication // Pharmacogenet. Genomics. – 2007. – Vol. 17, N 7. – P. 519–28.

11.Halford J., Mazeika G., Slifer S. et al. APOE2 allele increased

in tardive dyskinesia // Mov. Disord. – 2006. – Vol. 21, N 4. –

P. 540–542.

 

 

12. Hamdani N., Tabeze J.P., Ramoz N.

et

al. The CNR1

gene as a pharmacogenetic factor

for

antipsychotics

rather than a susceptibility gene for schizophrenia // Eur. Neuropsychopharmacol. – 2008. – Vol. 18, N 1. – P. 34–40.

13.Hori H., Ohmori O., Shinkai T. et al. Association between three functional polymorphisms of dopamine D2 receptor gene and tardive dyskinesia in schizophrenia // Am. J. Genet. – 2001. – Vol. 8, N 105 (8). – P. 774–778.

14.Ji X., Takahashi N., Saito S. et al. Relationship between three serotonin receptor subtypes (HTR3A, HTR2A and HTR4) and treatment-resistant schizophrenia in Japanese population // Neurosci. Lett. – 2008. – Vol. 18, N 435 (2). – P. 95–98.

15.Kelly D.L., Kreyenbuhl J., Dixon L. et al. Clozapine underutilization and discontinuation in African Americans due to leucopenia // Schizophr. Bull. – 2007. – Vol. 33, N 5. – P. 1221–1224.

16.Kim B., Choi E.Y., Kim C.Y. et al. Could HTR2A 102T>C and DRD3 Ser9Gly predict clinical improvement in patients with acutely exacerbated schizophrenia? Results from treatment responses to risperidone in a naturalistic setting // Hum. Psychopharmacol. – 2008. – Vol. 23, N 1. – P. 61–67.

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

71

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

17.Lane H.Y., Lee C.C., Liu Y.C. et al. Pharmacogenetic studies of response to risperidone and other newer atypical antipsychotics // Pharmacogenomics. – 2005. – Vol. 6, N 2. – P. 139–149.

18.Le Hellard S., Theisen F.M., Haberhausen M. et al. Association between the insulin-induced gene 2 (INSIG2) and weight gain in a German sample of antipsychotic-treated schizophrenic patients: perturbation of SREBP-controlled lipogenesis in drug-related metabolic adverse effects? // Mol. Psychiatry. – 2008. – Vol. 15, N 1. – P. 854–869.

19.Lencz T., Robinson D.G., Xu K. et al. DRD2 promoter region variation as a predictor of sustained response to antipsychotic medication in the first-episode schizophrenia patients // Am. J. Psychiatry. – 2006. – Vol. 163, N 3. – P. 529–531.

20.Liou Y.J., Lai I.C., Lin M.W. et al. Haplotype analysis of endothelial nitric oxide synthase (NOS3) genetic variants and tardive dyskinesia in patients with schizophrenia // Pharmacogenet. Genomics. – 2006. – Vol. 16, N 3. – P. 151–157.

21.Liou Y.J., Liao D.L., Chen J.Y. et al. Association analysis of the dopamine D3 receptor gene Ser9Gly and brain-derived neurotrophic factor gene Val66Met polymorphisms with antipsychotic-induced persistent tardive dyskinesia and clinical expression in Chinese schizophrenic patients // Neuromol. Med. – 2004. – Vol. 5, N 3. – P. 243–251.

22.Liou Y.J., Wang Y.C., Chen J.Y. et al. Association analysis of polymorphisms in the N-methyl-В-aspartate (NMDA) receptor subunit 2B (GRIN2B) gene and tardive dyskinesia in schizophrenia // Psychiatry Res. – 2007. – Vol. 3, N 153 (3). – P. 271–275.

23.Maeshima H., Ohnuma T., Sakai Y. et al. Increased plasma glutamate by antipsychotic medication and its relationship to glutaminase 1 and 2 genotypes in schizophrenia – Juntendo University Schizophrenia Projects (JUSP) // Prog. Neuropsychopharmacol. Biol. Psychiatry. – 2007. – Vol. 1, N 31 (7). – P. 1210–1218.

24.Mata I., Crespo-Facorro B., Rerez-Iglesias R. et al. Association between the interleukin-1 receptor antagonist gene and negative symptom improvement during antipsychotic treatment // Am.

J.

Med. Genet. B. Neuropsychiatr. Genet. – 2006. – Vol. 5,

N

141 (8). – P. 939–943.

25.Nnadi C.U., Malhotra A.K. Individualizing antipsychotic drug therapy in schizophrenia: the promise of pharmacogenetics // Curr. Psychiatry Rep. – 2007. – Vol. 9, N 4. – P. 313–318.

26.Panagiotidis G., Arthur H.W., Lindh J.D., et al. Depot haloperidol

treatment in outpatients with schizophrenia on monotherapy: impact of CYP2D6 polymorphism on pharmacokinetics and treatment outcome // Theor. Drug. Monit. – 2007. – Vol. 29, N 4. – P. 417–422.

27.Reynolds G.P., Templeman L.A., Zhang Z.J. The role of 5-HT2C receptor polymorphisms in the pharmacogenetics of antipsychotic drug treatment // Prog. Neuropsychopharmacol. Biol. Psychiatry. – 2005. – Vol. 29, N 6. – P. 1021–1028.

28.Saito M., Yasui-Furukori N., Kaneko S. Clinical pharmacogenetics in the treatment of schizophrenia // Nippon Shinkei Seishin Yakurigaku Zasshi. – 2005. – Vol. 25, N 3. – P. 129–135.

29.Shinkai T., Muller D.J., De Luca V. et al. Genetic association analysis of the glutathione peroxidase (GPX1) gene polymorphism (Pro197Leu) with tardive dyskinesia // Psychiatry Res. – 2006. – Vol. 28, N 141 (2). – P. 123–128.

30.Smith R.C., Segman R.H., Golcer-Dubner T. et al. Allelic variation in ApoC3, ApoA5 and LPL genes and first and second generation

antipsychotic effects on serum lipids in patients with schizophrenia // Pharmacogenomics J. – 2008. – Vol. 8, N 3. – P. 228–241.

31.Srivastava V., Varma P.G., Prasad S. et al. Genetic susceptibility to tardive dyskinesia among schizophrenia subjects: IV. Role of dopaminergic pathway gene polymorphisms // Pharmacogenet. Genomics. – 2006. – Vol. 16, N 2. – P. 111–117.

32.Strous R.D., Greenbaum L., Kanyas K. et al. Association of

the dopamine receptor interacting protein gene, NEF3, with early response to antipsychotic medication // Int. J. Neuropsychopharmacol. – 2007. – Vol. 10, N 3. – P. 321–333.

33.Templeman L.A., Reynolds G.P., Arranz B. et al. Polymorphisms of the 5-HT2C receptor and leptin genes are associated with antipsychotic drug-induced weight gain in Caucasian subjects with a first-episode psychosis // Pharmacogenet. Genomics. – 2005. – Vol. 15, N 4. – P. 193–200.

34.Tiwari A.K., Deshpande S.N., Rao A.R. et al. Genetic susceptibility to tardive dyskinesia in chronic schizophrenia subjects: II. Lack of association of CYP3A4 and CYP2D6 gene polymorphisms // Schizophr. Res. – 2005. – Vol. 1, N 75 (1). – P. 21–26.

35.Wang L., Fang C., Zhang A. et al. The -1019C>G polymorphism of the 5-HT1A receptor gene is associated with negative symptom response to risperidone treatment in schizophrenia patients // J. Psychopharmacol. – 2008. – Vol. 28, N 63 (1). – P. 32–41.

36.Wilffert B., Zaal R., Brouwers J.R. Pharmacogenetics as a tool in the therapy of schizophrenia // Pharm. World Sci. – 2005. – Vol. 27, N 1. – P. 20–30.

37.Xing Q., Qian X., Li H. et al. The relationship between the therapeutic response to risperidone and dopamine D2 receptor polymorphism in Chinese schizophrenia patients // Int. J. Neuropsychopharmacol. – 2007. – Vol. 10, N 5. – P. 631–637.

38.Yasui-Furukori N., Saito M., Nakagami T. et al. Association between multidrug resistance 1 (MDR1) gene polymorphisms and therapeutic response to bromperidol in schizophrenic patients: a preliminary study // Prog. Neuropsychopharmacol. Biol. Psychiatr. – 2006. – Vol. 30, N 2. – P. 286–291.

39.Zai C.C., Hwang R.W., De Luca V. et al. Association study of tardive

dyskinesia and twelve DRD2 polymorphisms in schizophrenia patients // Int. J. Neuropsychopharmacol. – 2007. – Vol. 10, N 5. – P. 639–651.

40.Zai G., Muller D.J., Volavka J. et al. Family and case-control association study of the tumor necrosis factor alpha (ЕТАalpha) gene with schizophrenia and response to antipsychotic

medication // Psychopharmacology (Berl). – 2006. – Vol. 188, N 2. – P. 171–182.

41.Zalsman G., Frisch A., Lev-Ran S. et al. DRD4 exon III polymorphism and response to risperidone in Israeli adolescents with schizophrenia: a pilot pharmacogenetic study // Eur. Neuropsychopharmacol. – 2003. – Vol. 13, N 3. – P. 183–185.

42.Zhang X.Y., Zhou D.F., Cao L.V. et al. Changes in serum interleukin- 2, -6 and -8 levels before and during treatment with risperidone and haloperidol: relationship to outcome in schizophrenia // J. Clin. Psychiatry. – 2004. – Vol. 65, N 7. – P. 940–947.

43.Zhang Z., Hou G., Zhang X. et al. Pharmacogenetic assessment of antipsychotic-induced tardive dyskinesia: contribution of

5-hydroxytryptamine 2C receptor gene and of combination of dopamine D3 variant allele (Gly) and MNSOD wild allele (Val) // Zhonghua Yi Xue Yi Chuan Xue Za Zhi. – 2003. – Vol. 20, N 2. – P. 98–102.

72

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

 

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

© И.В. Григорьева, С.А. Игумнов, 2009

Для корреспонденции

УДК 616.441-006.6(045)

Игумнов Сергей Александрович – доктор медицинских наук,

 

профессор УО «Белорусский государственный медицинский

 

университет», Государственный медицинский судебный эксперт-

 

психиатр

 

Адрес: 220116, Республика Беларусь, г. Минск,

 

пр-т Дзержинского, д. 83

 

Телефон/факс: (375 17) 285-66-89

И.В. Григорьева1, С.А. Игумнов2

Клинико-психопатологические и социально-психологические особенности у пациентов,

оперированных по поводу рака щитовидной железы

Clinical-psychopathologi- cal and social-psychological peculiarities in patients operated on the thyroid cancer

I.V. Grigoryeva, S.A. Igumnov

The complex clinical and psychological study of the group of 90 patients operated on the thyroid cancer has been conducted. The results of the study showed that patients operated on the thyroid cancer are in risk group due to mental and behavioral disorders as well as wide spectrum of

disturbances of social-psychological adaptation. This is an urgent necessity of the elaboration of the system of psychological guide of the patients for operational interference and the psychological rehabilitation after the operation to minimize negative remote consequences of thyroidectomy.

1ГУ «Республиканский научно-практический центр радиационной медицины и экологии человека», г. Гомель, Республика Беларусь

2УО «Белорусский государственный медицинский университет», г. Минск, Республика Беларусь

Проведено комплексное клиническое и психологическое обследование группы из 90 пациентов, прооперированных по поводу рака щитовидной железы. В результате исследования установлено, что данные пациенты являются группой повышенного риска в плане формирования психических (поведенческих) расстройств и широкого спектра нарушений психологической адаптации. Существует настоятельная необходимость создания комплексной системы психологической подготовки пациентов к оперативному вмешательству по поводу рака щитовидной железы и психологической реабилитации после операции в целях минимизации негативных последствий тироидэктомии.

Наиболее серьезным и признанным на сегодняшний день мировой общественностью медицинским последствием аварии на

ЧАЭС является драматический рост заболеваемости раком щитовидной железы (РЩЖ) [1, 10]. По данным ВОЗ, за последние 20 лет заболеваемость раком этого органа в мире удвоилась, главным образом за счет выявления у лиц молодого и среднего возраста. В период, предшествующий аварии на Чернобыльской АЭС, Республика Беларусь находилась в ряду стран, характеризующихся невысокой частотой выявленных случаев онкопатологии щитовидной железы. В 1983–1987 гг. средний стандартизированный показатель частоты РЩЖ составлял 1,9 на 100 тыс. женщин и 0,6 на 100 тыс. мужского населения. За период 1986–2004 гг. заболеваемость взрослого населения увеличилась более чем в 6 раз: с 1,9 случаев на 100 тыс. населения в 1986 г. до 12,7 случаев на 100 тыс. населения в 2004 г. Таким образом, за постчернобыльский период заболеваемость населения Республики Беларусь повысилась более чем в 6 раз [5].

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

73

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

 

 

 

 

 

 

Большинство отечественных исследователей свя-

Целью нашего исследования было изучение кли-

зывают рост злокачественных новообразований

нико-психологических и психопатологических осо-

щитовидной железы как с истинным увеличением

бенностей у пациентов, перенесших оперативное

числа заболевших за счет неблагоприятного воз-

лечение по поводу РЩЖ.

 

 

действия внешней среды, так и с улучшением ран-

 

 

 

 

 

ней диагностики этой патологии [5]. Постановка

Материал и методы

 

 

диагноза РЩЖ, оперативное и комбинированное

 

 

(с применением лучевой терапии) лечение с пос-

 

 

 

 

 

ледующей супрессивной терапией, а также воз-

Нами были обследованы 90 пациентов, проопе-

можные последствия как самого заболевания, так

рированных по поводу РЩЖ (тотальная тиреод-

и его лечения (гипотиреоз, гипопаратироз, парезы

эктомия, давность операции от 1 года до 10 лет),

нервов) способствуют возникновению психологи-

прошедших курс

радиойодтерапии, получающих

ческой дезадаптации больных [6]. Рак щитовидной

пожизненную заместительную терапию L-тирокси-

железы как эндокринное заболевание имеет свои

ном вследствие послеоперационного гипотирео-

особенности, оказывающие на каждой фазе свое-

за (E89.0) и имеющих 3-ю группу инвалидности –

го развития своеобразное влияние на личность

основная группа (1-я группа).

 

 

больного и его отношение к своему заболеванию.

Контрольную группу (2-я группа)

составили

Степень изменения личности под влиянием болез-

90 лиц, не имевших в анамнезе патологии ЩЖ.

ни различна, в высшей степени индивидуальна

Возраст обследованных нами пациентов в обеих

и связана как с особенностями патологического

группах варьировал в пределах 19–40 лет (сред-

процесса, так и с преморбидными особенностя-

ний возраст – 31±1 год). Распределение по полу

ми, возрастом, социальным окружением больного.

было следующим: 69 женщин, 21 мужчина (в обеих

Клиническая практика свидетельствует о том, что

группах). Исследование включало использование

онкопатология щитовидной железы сопровожда-

исследовательских диагностических

критериев

ется рядом соматических, вегетативных и психоло-

V раздела МКБ-10 – «Психические и поведенческие

гических синдромов.

расстройства» [2].

 

 

 

Особенности психологического состояния у детей,

Всем пациентам проводилось экспериментально-

прооперированных по поводу РЩЖ, достаточно

психологическое

исследование. Использовались

широко изучены и представлены в современной

следующие методики: клинический опросник для

научной литературе [9, 10]. Однако отдаленные

диагностики предрасположенности к

депрессии

результаты у лиц, перенесших оперативные вме-

(Шкала А. Бека);

тест-опросник

самоотношения

шательства по поводу РЩЖ, в плане психических

В.В. Столина (для изучения влияния хронической

и поведенческих расстройств в период ранней

болезни на личность); шкалы реактивной и лич-

взрослости скудны и противоречивы [6].

ностной тревожности Ч.Д. Спилбергера, адапти-

По данным литературы, психические расстройс-

рованные Ю.Л. Ханиным; тест дифференциальной

тва различной степени выраженности при онко-

самооценки функционального состояния (САН); тест-

логической патологии – частое явление, наблю-

опросник Г. Айзенка.

 

 

даемое как онкологами, хирургами, так и психи-

 

 

 

 

 

атрами и психологами. Онкологический процесс

Результаты и обсуждение

 

 

выступает для психической деятельности в двух

 

 

важных аспектах. С одной стороны (психогенной),

 

 

 

 

 

диагноз заболевания, традиционно причисляе-

В результате проведенного исследования уста-

мого к группе «неизлечимых», превращает один

новлена высокая распространенность психичес-

лишь факт заболевания в серьезную психическую

ких нарушений среди больных, прооперированных

травму, способную сформировать психические

по поводу РЩЖ. На основании исследователь-

нарушения психогенно-реактивного характера. С

ских диагностических критериев V раздела МКБ-10

другой стороны (соматогенной), онкологическая

«Психические

и

поведенческие

расстройства»

патология может рассматриваться как крайний,

(в качестве фонового заболевания

указывался

один из наиболее тяжелых в соматическом плане

послеоперационный гипотиреоз (E89.0) органи-

фактор с комплексом психической и физической

ческое астеническое (эмоционально

лабильное)

астении, истощением, существенно облегчающим

расстройство

(F06.6+E89.0) диагностировано

формирование соматогенных психических рас-

у 36 (40,0%) больных; органическое депрессив-

стройств. Если онкологический процесс лока-

ное (F06.3+E89.0) – у 30 (33,3%); органическое

лизуется в гормонозависимых и гормонпроду-

тревожное (F06.4+E89.0) – у 20 (22,2%); смешан-

цирующих органах, то велик риск развития так

ное органическое тревожно-депрессивное – у 4

называемого психоэндокринного синдрома со

(4,4%) больных. Эти нарушения имели тенденцию к

специфическими клиническими проявлениями [3,

сохранению на протяжении длительного времени

4, 7].

 

и характеризовались умеренной

(амбулаторной)

74

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

 

 

 

 

 

 

 

 

 

И.В. Григорьева, С.А. Игумнов

выраженностью с возможными непродолжитель-

шение внимания и тонкой координации, повышение

ными обострениями.

 

 

 

уровня беспокойства и внутреннего напряжения.

Наиболее часто

встречавшееся

органическое

Наличие высокой личностной тревожности харак-

астеническое (эмоционально лабильное) расстрой-

теризует склонность данной группы воспринимать

ство характеризовалось наличием слабости, упадка

достаточно широкий круг ситуаций как угрожающие

сил, повышенной физической и психической утом-

и реагировать на эти ситуации эмоциональными и

ляемости, резким снижением работоспособности,

невротическими срывами.

 

 

 

выраженной сонливостью днем, повышенной исто-

При сравнительном анализе обеих групп сущес-

щаемостью и инертностью психических процес-

твенным оказалась разница между двумя возраст-

сов, замедленной врабатываемостью, снижением

ными группами – 19–29 лет и 30–40 лет, в конт-

темпа работоспособности и продуктивности.

рольной группе показатели имели незначительную

Для органического депрессивного расстройс-

разницу по обеим шкалам, а в основной группе она

тва были типичны: дистимический фон настроения,

была существенно выше по обеим шкалам, особен-

потеря интереса к работе и удовлетворенности в

но по шкале личностной тревожности (ТЛ).

процессе работы, снижение либидо, слезливость,

Анализ результатов, полученных при применении

состояние

безрадостности, неудовлетворенности

шкалы депрессии А. Бека, обнаружил, что несмотря

жизнью, ощущение резкого снижения физического

на низкие показатели в обеих группах существу-

тонуса и психической активности, трудность осмыс-

ет достоверная разница (p<0,001), определяющая

ления, замедленность процессов переключения,

наметившуюся тенденцию к появлению возможной

неустойчивость и быстрая истощаемость, резкое

ситуативной депрессии.

 

 

 

снижение инициативы. Основными проявлениями

При оценке результатов, полученных при исполь-

органического тревожного расстройства у данной

зовании теста САН, отражающего уровень само-

категории больных были: наличие постоянного чувс-

чувствия, активности, настроения, отмечено, что у

тва тревоги, часто принимавшего характер вегета-

лиц основной группы были снижены показатели по

тивных пароксизмов, с тахикардией, потливостью,

всем шкалам. Особенно сниженными, с достоверной

повышением артериального давления, вспыльчи-

разницей, оказались низкие уровни самочувствия и

востью, чувством «нехватки воздуха», повышен-

настроения (p<0,001), что может свидетельствовать

ной чувствительности к внешним раздражителям.

о наличии признаков психической дезадаптации.

Указанные расстройства нередко включали в себя

Разница между двумя возрастными группами – 19–

«дисморфофобические» элементы, заключавшиеся

29 лет и 30–40 лет – имела существенные отличия

в представлении о собственном «уродстве» (вследст-

в обоих возрастных интервалах со значительным

вие послеоперационного рубца

 

 

 

 

 

 

 

 

на шее),

непривлекательности

Таблица 1. Сравнительный анализ результатов психологического тестирования паци-

для лиц противоположного пола

ентов основной и контрольной групп (М±m)

 

 

 

и т.п.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Результаты

психологического

 

Параметр

Контрольная

 

Основная

Достоверность

 

тестирования

пациентов

основ-

 

 

 

 

 

 

различий, р

 

 

Возраст, лет

 

28,72±0,54

 

29,67±0,69

0,233

 

ной и контрольной групп пред-

 

 

 

 

ставлены в табл. 1.

 

 

 

Тест Ч. Спилбергера

 

 

 

 

 

 

Уровень

тревожности

опре-

 

 

 

 

 

 

 

 

Шкала реактивной тревожности

39,52±1,68

 

45,88±1,23

0,001

 

делялся

психодиагностическим

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шкала личностной тревожности

44,18±1,1

 

52,93±1,14

0,001

 

тестом:

«Шкалой

самооценки

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шкала депрессии А.Бека

4,09±0,5

 

8,71±0,66

0,001

 

Ч. Спилбергера» [8], в которой

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тест САН

 

 

 

 

 

 

оценивались

показатели реак-

 

 

 

 

 

 

 

тивной

(ситуационной) тревож-

 

Активность

 

3,77±0,15

 

3,92±0,11

0,306

 

ности (ТР) и личностной тревож-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Настроение

 

5,33±0,14

 

4,33±0,13

0,001

 

ности (ТЛ), которые интерпрети-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Самочувствие

 

5,19±0,12

 

3,97±0,12

0,001

 

ровались следующим образом:

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тест Г. Айзенка

 

 

 

 

 

 

до 30 баллов – низкая тревога,

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

31–45 – умеренная тревож-

 

Экстраверсия

 

11,67±0,36

 

12,34±0,33

0,240

 

ность, 46 и более – высокая

 

Нейротизм

 

11,99±0,51

 

14,21±0,46

0,003

 

тревожность. Как видно из пред-

 

 

 

 

 

 

 

 

Тест самоотношения В.В. Столина

 

 

 

 

 

ставленных данных, отмечается

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шкала самоинтереса

 

33,06±0,16

 

33,23±0,16

0,584

 

существенная

разница

между

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шкала самоуважения

 

53,96±2,78

 

54,89±2,6

0,797

 

обеими группами по обеим шка-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шкала аутосимпатии

 

60,72±2,72

 

62,86±2,28

0,403

 

лам (p<0,001). Высокая реак-

 

 

 

 

тивная тревожность в основной

 

Шкала ожидания положительного

33,82±2,27

 

43,91±2,65

0,009

 

группе способна вызывать нару-

 

отношения других

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

75

ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

снижением по уровням настроения и самочувствия и достоверной разницей снижения настроения в возрастной группе 30–40 лет (p<0,005).

Существенным отличием при анализе теста

Г.Айзенка явился высокий уровень нейротизма

восновной группе (p<0,003), что характеризует подтверждающуюся эмоциональную неустойчивость, тревожность, сниженный уровень адаптации. Отмечена тенденция к повышению уровня нейротизма в обоих возрастных интервалах основной группы. Анализ уровня экстраверсии/интроверсии

вобеих группах характеризовался имеющейся тенденцией к интроверсии («обращению внутрь себя»), что может свидетельствовать о наличии «самообвинительных» тенденций в ситуации болезни.

Сравнительный анализ в обеих группах по методике исследования самоотношения выявил значительные различия по следующим параметрам: низкое ожидание положительного отношения от других людей с достоверной разницей (p<0,009), а также низкий «самоинтерес», что может свидетельствовать о значительных затруднениях в поисках дополнительных ресурсов, необходимых в кризисных ситуациях, и отсутствии адекватных механизмов проблемно-решающего поведения.

В ходе анкетирования нами выяснялась потребность пациентов в психологической помощи до и после операции, уточнялась необходимая продол-

Литература

жительность психотерапии. Исследование показало, что до оперативного вмешательства консультацию психолога, психотерапевта получили только 4 (4,4%) человека, после операции – 10 (11,1%) человек. Однако на вопрос о потребности психологической помощи как до, так и после операции положительный ответ дали 72 (80%) пациента.

Таким образом, у пациентов, прооперированных по поводу РЩЖ, отмечается повышение уровня личностной и ситуативной тревожности, появление вегетативных нарушений, снижение адаптационных возможностей. Данные пациенты являются группой повышенного риска в плане формирования клинически очерченных психических/поведенческих расстройств и широкого спектра нарушений психологической адаптации.

Существует настоятельная необходимость создания комплексной системы психологической подготовки пациентов к оперативному вмешательству по поводу РЩЖ и психологической реабилитации после операции в целях минимизации негативных последствий оперативного лечения. Подобная система должна быть основана на активном партнерском сотрудничестве пациента со специалистами «помогающих» профессий (врачами, психологами, социальными работниками) в корректировке физического, психологического и социального функционирования, нарушенного вследствие болезни.

1.

Дрозд В.М., Митюкова Т.А., Горобец Л.Н. К проблеме реа-

 

ном: инструкция по применению / Е.В. Толстая, Т.Н. Глинс-

 

билитации детей с онкологической патологией щито-

 

кая, О.М. Радюк и др.; НИИ радиац. медицины и эндокри-

 

видной железы // Экологическая антропология. – Минск,

 

нологии; НИИ медико-социальной экспертизы и реабили-

 

1997. – С. 379–384.

 

тации. – Минск, 2004. – 23 с.

2.

МКБ-10. Классификация психических и поведенческих

7. Сиволобова Л.А., Рысь Н.Г., Игумнов С.А. Организация пси-

 

расстройств. Исследовательские диагностические крите-

 

хологической помощи онкологическим больным с позиции

 

рии. – Женева: ВОЗ, 1994. – 208 с.

 

психоонкологии // Актуальные вопросы психотерапии пси-

3.

Пачес А. И., Пропп Р.М. Рак щитовидной железы. – М., 1995. –

 

хосоматических расстройств: Материалы междунар. науч.

 

168 с.

 

конф. – Могилев, 2001. – С. 28–30.

4.

Сдвижнов А.М., Демидов В.П. Спорные и нерешенные воп-

8.

Ханин Ю.Л. Краткое руководство к применению шкалы

 

росы в диагностике и лечении предрака и рака щитовид-

 

реактивной и личностной тревожности Ч.Д. Спилбергера. –

 

ной железы // Рос. онкол. журн. – 2004. – № 5. – С. 15–21.

 

Л.: ЛенНИИ физич. культуры, 1976. – 65 с.

5.

20 лет после чернобыльской катастрофы: последствия в

9.

Игумнов С.А., Дроздович В.В. Антенатальное облучение:

 

РБ и их преодоление. Национальный доклад (В.С. Аверин

 

нейропсихиатрические аспекты. – М.: РАДЭКОН, 2002. –

 

и др.) / Под ред. В.Е. Шевчука, В.Л. Гурочевского. – Минск:

 

208 с.

 

Комитет по проблемам последствий катастрофы на

10. Дрозд В.М., Базыльчик С.В., Митюкова Т.А. и др. Проблема

 

Чернобыльской АЭС при совете министров Республики

 

реабилитации детей, оперированных по поводу рака

 

Беларусь, 2006.

 

щитовидной железы // 2-я Международная конференция

6.

Технология реабилитации больных раком щитовидной

 

«Отдаленные медицинские последствия Чернобыльской

 

железы, получающих супрессивную терапию L-тирокси-

 

катастрофы». – Киев, 1998. – С. 544–545.

76

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

 

ПРОБЛЕМЫ АЛКОГОЛИЗМА И НАРКОМАНИЙ

© Коллектив авторов, 200

Для корреспонденции

УДК 616.89-008.441.13(045)

Игонин Андрей Леонидович – доктор медицинских наук,

 

профессор, руководитель отдела судебно-психиатрических проб-

 

лем наркоманий и алкоголизма ФГУ «Государственный научный

 

центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского»

 

Адрес: 119992, г. Москва, Кропоткинский пер., д. 23

 

Телефон: (495) 637-55-95

А.Л. Игонин1, Ю.Б. Шевцова1, О.В. Баранова1, А.Я. Гавриленко2

Нарушения социального поведения больных алкоголизмом (характер проявлений, механизмы формирования, возможность коррекции)

Social behaviour disorders in alcoholic patients (pattern of manifestations, underlying mechanisms, possibility

of management)

A.L. Igonin, Yu.B. Shevtsova,

O.V. Baranova, A.Ya. Gavrilenko

The paper sheds light on the relationship between asocial and aggressive behaviour of alcoholic patients and the alcohol dependence syndrome as well as other

factors such as social dimension, peculiarities of education, personality disorders. It is established that a medical approach to resolving this issue must embrace not only immunotherapy but also the psychotherapeutic correction of behavioral disorders.

1ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского», Москва

2 Медицинский центр Банка России, Москва

Статья посвящена вопросам взаимосвязи асоциального и агрессивного поведения больных алкоголизмом с симптомокомплексами собственно алкогольной зависимости, а также другими факторами – социальными характеристиками, особенностями воспитания, личностными расстройствами. Доказано, что медицинский подход к решению данной проблемы должен включать не только биологическое лечение, но и психотерапевтическую коррекцию поведенческих нарушений.

Широкое распространение алкоголизма в обществе ведет к разнообразным отрицательным социальным последствиям:

падению моральных устоев, разрушению семей, росту числа правонарушений, возникновению значительных дополнительных экономических потерь для страны и ухудшению перспектив ее дальнейшего развития в целом. С медицинских позиций социальные последствия алкоголизма изучались целым рядом специалистов [2–7].

При этом, с точки зрения авторов настоящего сообщения, некоторым аспектам данной проблемы было уделено недостаточное внимание. В частности, оказался мало освещенным аспект, касающийся механизмов развития отклонений в их поведении. Это, в свою очередь, не дает возможности создать полноценную научную базу для разработки методов коррекции и профилактики социальных последствий алкоголизма. Речь идет, естественно, о мероприятиях, проводимых в медицине и смежных с ней областях деятельности.

Целью исследования являлось изучение, во-первых, социальной адаптации больных и, во-вторых, их асоциального поведения, которое могло проявляться в агрессивных действиях или асоциальных неагрессивных поступках. Ниже дается характеристика ключевых понятий, использовавшихся авторами при выполнении данной работы.

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

77

ПРОБЛЕМЫ АЛКОГОЛИЗМА И НАРКОМАНИЙ

Под нарушениями социальной адаптации понималась неспособность того или иного лица к нормальному социальному функционированию и выполнению различных обязанностей, накладываемых на него обществом. Это могла быть невозможность в силу имеющихся у данного лица отрицательных последствий злоупотребления ПАВ самостоятельно поддерживать свою жизнедеятельность, обеспечивать семью, заниматься общественно полезным трудом, реализовывать свои личностные возможности, интересы и увлечения, а также выполнять другие социально значимые функции.

В качестве агрессивных тенденций рассматривалось целенаправленное стремление причинить физический, моральный или иной ущерб людям и другим объектам.

К асоциальному неагрессивному поведению

было отнесено активное и сознательное уклонение обследуемого от выполнения своих обязанностей по отношению к семье, окружающим людям и обществу в целом, а также совершение неагрессивных поступков, грубо противоречащих тем не менее общепринятым гуманитарным нормам.

Материал и методы

Были обследованы 404 больных алкоголизмом мужчин, проходивших лечение в клинике ГНЦССП им. В.П. Сербского и Московской наркологической клинической больнице № 17 в 2005–2007 гг. У всех пациентов была диагностирована средняя (вторая) стадия алкоголизма. Подавляющее число больных имели возраст от 30 до 55 лет. Пациенты с выраженной коморбидной психической патологией исключались из исследования.

Все больные были обследованы в период их лечения в стационаре. Научными сотрудниками ГНЦССП им.В.П. Сербского заполнялась специальная клини- ко-социальная карта. Сведения вносились в нее на основании как субъективных, так и (обязательно) объективных данных о пациентах.

Ниже приведен перечень признаков, свидетельствующих о дезадаптивном, агрессивном и асоциальном неагрессивном поведении больных алкоголизмом. Эти параметры были названы основными изучаемыми признаками. В данный перечень включены также признаки сравнения, характеризующие некоторые особенности больных в преморбидном периоде заболевания, а также клиническую картину развившегося в последующем алкоголизма. Следует отметить, что кроме данного перечня параметров были составлены пояснения для заполняющих карту по типу глоссария с подробным описанием каждого признака и его варианта, выделяемого по степени выраженности. Это позволило избежать многозначного толкования терминов. В связи с большим объемом текста пояснений он в данном сообщении не приведен.

ПЕРЕЧЕНЬ ИЗУЧЕННЫХ ПРИЗНАКОВ

А.ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ

I. Нарушения социальной адаптации (на момент обследования)

1.В семье и в сфере интересов

Семейное положение (женат, разведен и пр.).

Наличие и частота конфликтов в семье.

Отношение к жене и детям (заботливое, равнодушное, неприязненное).

Занимается ли материальным обеспечением семьи (активно, пассивно, не занимается)?

Интересы: обширные или скудные, устойчивые или быстро меняющиеся.

2.На производстве или по месту учебы

Отношение обследуемого к своим обязанностям: активное, пассивное.

Динамика социального статуса: служебный рост, отсутствие изменений, снижение статуса.

Наличие и выраженность нарушений дисциплины: опозданий, прогулов и пр.

II.Асоциальное поведение

(на момент обследования)

1.Агрессия:

Выраженность: мысли и фантазии, вербальная форма, физически-деструктивная форма.

Спровоцированная или спонтанная.

Проявляется только в опьянении или абстинентном состоянии, проявляется вне зависимости от этих состояний.

2.Асоциальное неагрессивное поведение:

Характерно ли активное и сознательное стремление уклониться от выполнения своих обязанностей по отношению к семье, работе?

Проявляет ли грубую нетерпимость к чужому мнению или мировоззрению, людям другой веры или национальности?

Б.ПРИЗНАКИ СРАВНЕНИЯ

I.Преморбидные особенности обследованных

1.Условия воспитания в семье:

Воспитывался: в полной или неполной семье, родственниками, в детском доме и пр.

Наличие психических расстройств у родителей

иродственников.

Характер взаимоотношений в родительской семье: гармоничный, дисгармоничный.

Совершали ли правонарушения лица, воспитывавшие обследуемого?

Преобладающее отношение между отцом и матерью (доброжелательное, равнодушное, недоброжелательное), а также их обоих к обследуемому.

2.Особенности личности и поведения:

Успеваемость в средней школе.

Наличие и выраженность: пубертатного криза,

78

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

А.Л. Игонин, Ю.Б. Шевцова, О.В. Баранова и др.

дизонтогенеза, расстройств личности, аффектив-

больных по параметрам, характеризующим осо-

ной патологии (в структуре личности), нарушений

бенности, с одной стороны, социального поведения

влечений.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

пациентов (основные изучаемые признаки), с дру-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

гой преморбидного периода и клинической кар-

 

3. Признаки, свидетельствующие об остаточных

тины алкоголизма (признаки сравнения). При этом

явлениях органического поражения

головного

больные сравнивались не по одному какому-либо

мозга: нейроинфекции, интоксикационные пора-

параметру, а по группам однородных признаков (см.

 

жения, задержка интеллектуального и физического

приведенный выше перечень таких групп). Таким

развития, нарушения развития речи, ночной энурез,

образом, полученные больными баллы суммирова-

черепно-мозговые травмы.

 

 

 

 

 

 

 

лись дважды: вначале по одному признаку, а затем

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

по всем параметрам, входящим в данную группу

 

 

II. Выраженность клинических проявлений

признаков. Оценка сгруппированных, а не еди-

 

 

 

алкоголизма

 

 

 

 

 

 

 

ничных признаков заметно повышала вероятность

 

 

(на момент обследования)*

 

 

 

 

 

 

обнаружения тех или иных интересующих авторов

 

1. Выраженность биологически детерминирован-

исследования закономерностей.

 

 

 

 

 

 

ных проявлений алкоголизма: абстинентный синд-

 

При статистической обработке материала исполь-

ром, изменения толерантности к алкоголю, интел-

зовались критерий 2 Пирсона, коэффициент ран-

лектуально-мнестическое снижение, соматоневро-

говой корреляции Спирмена и непараметрический

логические нарушения, вызванные злоупотребле-

дисперсионный анализ (метод Краскела–Уоллиса).

нием алкоголем, психотические состояния.

 

Характер данных, полученных в результате прове-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

денного сравнения, иллюстрирует рисунок. Цифры

 

2. Выраженность проявлений алкоголизма с ком-

по оси абсцисс отражают выраженность группы

плексной (социально-психологической и биологи-

основных изучаемых признаков (в данном случае

ческой) детерминацией: патологическое влечение к

нарушений социальной адаптации в семье или в

алкоголю, утрата количественного контроля, изме-

сфере интересов), а по оси ординат – группы при-

нения картины опьянения, аффективная патология,

знаков сравнения (особенности личности и пове-

психопатоподобные проявления, морально-этичес-

дения в преморбидном периоде): 1 – слабую выра-

кое снижение.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

женность признака, 2 – среднюю и 3 – резкую.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На рисунке даны общепринятые обозначения

 

Результаты

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

стандартного отклонения, стандартной ошибки и

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

средней величины. Если большие квадраты, обоз-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

начающие стандартную ошибку, расположены на

 

При обработке полученных данных по каждому при-

различном уровне (не «наслаиваются» друг на друга

знаку в зависимости от его выра-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

женности больному присваивался

 

3,0

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

тот или иной балл: 0, 1, 2 и т.д. На

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

основании последующего анализа

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

материала устанавливались три

личностиОсобенностии поведения преморбидномв периоде

2,6

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

признака, любые группы больных,

1,0

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

категории пациентов,

набравших

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

относительно небольшое количес-

 

2,2

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

тво баллов (слабая выраженность

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

признака), среднее количество бал-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

лов (средняя его выраженность) и

 

1,8

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

большое количество баллов (резкая

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

выраженность признака). Это поз-

 

1,4

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

волило сравнивать исходя из сте-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

пени выраженности того или иного

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

выделяемые в изученном контин-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

генте.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В

соответствии

с

задачами,

 

0,6

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

стоящими перед авторами рабо-

 

 

 

 

 

 

 

1

 

 

 

 

2

 

 

 

 

 

 

3

 

 

 

ты,

проводилось сопоставление

 

 

 

Нарушения социальной адаптации в семье или в сфере интересов

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

± стандартное

 

 

 

 

± стандартная

 

 

 

 

среднее

* Диагностика алкоголизма проводи-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

отклонение

 

 

 

 

ошибка

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

лась

на основании

Международной

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

классификации болезней

10-го пере-

Сравнение двух групп параметров: нарушений социальной адаптации и особен-

смотра и монографии Т.Б. Дмитриевой

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

и др. (2008) [1].

ностей личности (поведения) в преморбидном периоде

 

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

79

ПРОБЛЕМЫ АЛКОГОЛИЗМА И НАРКОМАНИЙ

при перемещении их по горизонтали), то различия достоверны, если же оказываются на одном уровне, недостоверны. Приведенный пример иллюстрирует наличие достоверных различий между сравниваемыми параметрами либо, иначе говоря, наличие взаимосвязи между нарушениями социальной адаптации в семье или сфере интересов, с одной стороны, и особенностей личности и поведения в преморбидном периоде с другой.

Далее полученные данные, касающиеся сравнения сгруппированных признаков, приводятся с целью экономии места в виде таблиц.

При высокодостоверных различиях (р<0,01) использовался знак «++», при достоверных (р<0,05) «+», при недостоверных (р>0,05) «». Если при сопоставлении стандартных ошибок, относящихся к различным группам показателей, результаты оказывались противоречивыми или различия были на границе достоверностинедостоверности (р0,05), проставлялась пометка «+ ».

Втабл. 1, 2 приведены сведения о взаимосвязи основных признаков, характеризующих нарушения социального поведения изученных больных, с признаками сравнения, свидетельствующими о преморбидных особенностях и тяжести клинической картины алкоголизма. Содержащиеся в таблицах данные позволяют, по мнению авторов сообщения, составить определенное суждение о механизме формирования нарушений социального поведения изученных больных.

Втабл. 1 представлены данные, характеризующие взаимосвязь между нарушениями социальной адаптации изученных больных и двумя группами факторов преморбидными особенностями и клиническими проявлениями алкоголизма. Оказалось, что обе эти группы факторов так или иначе влияли на социальную адаптацию больных, но акценты были разными. Так, нарушения адаптации в семье

ив сфере интересов на момент обследования были связаны с особенностями личности и поведения в преморбидном периоде в наибольшей степени. Это позволяет судить о том, что преморбидная личностная патология с большой вероятностью обусловливает возникновение нарушений взаимоотношений обследуемого с окружающими и после развития алкоголизма, причем семья служит наиболее чутким индикатором тенденций такого рода.

Социальная адаптация больных в семье и в сфере интересов на момент обследования была связана с условиями воспитания в семье в преморбидном периоде в значительно меньшей степени, чем с особенностями личности и поведения пациентов.

Данный феномен можно объяснить следующим образом. Неблагополучная семейная обстановка необязательно вела к формированию у обследованных лиц аномального или асоциального поведения. Этого могло и не произойти при изначально очень устойчивой психике пациентов к отрицатель-

ным воздействиям или при позитивном влиянии на них, исходящем из какой-либо иной среды, альтернативной семье.

Особенности личности и поведения больных в преморбидном периоде влияли также на нарушения адаптации пациентов на производстве и по месту учебы к моменту обследования, хотя и в меньшей степени, чем на семейную адаптацию. При этом отмечалась высокодостоверная связь нарушений такого рода с преморбидными органическими вредностями, перечисленными в приведенном выше перечне. Является логичным, что именно у этих больных развитие алкоголизма быстро вело к снижению трудоспособности и другим нарушениям адаптации на производстве.

Из клинических проявлений алкоголизма на уровень социальной адаптации больных в наибольшей степени влияли синдромы с комплексной (социаль- но-психологической и биологической) детерминацией. К таким проявлениям относятся патологическое влечение к алкоголю, утрата количественного контроля, изменения картины опьянения, психопатоподобные проявления и морально-этическое снижение, обусловленные злоупотреблением алкоголем. Перечисленные выше симптомокомплексы высокодостоверно способствовали появлению нарушений поведения как в семье, так и на производстве. В то же время выраженность биологически детерминированных симптомокомплексов (абстинентный синдром, изменения толерантности к алкоголю, интеллектуально-мнестическое снижение, соматоневрологические расстройства, обусловленные злоупотреблением алкоголем) была относительно мало связана с уровнем социальной адаптации пациентов.

Табл. 2 иллюстрирует взаимосвязь между основными изучаемыми признаками, которые характеризуют агрессивное и неагрессивное асоциальное поведение больных, с теми же признаками сравнения, которые были приведены в табл. 1 (особенности личности в преморбидном периоде и тяжесть клинических проявлений алкоголизма).

Выявленные при анализе двух форм асоциального поведения агрессивного и неагрессивного тенденции оказались сходными с теми, которые были отмечены при изучении нарушений социальной адаптации больных. При этом наиболее важное значение для формирования агрессивного поведения имеют особенности личности и поведения больных в преморбидном периоде. Условия воспитания в семье с этой точки зрения оказались даже менее значимыми. Выше уже делалось предположение о причинах возникновения «ножниц» такого рода (у части больных с устойчивой психикой, несмотря на неблагоприятные семейные условия, нарушения поведения не развиваются). Органические вредности, бывшие в преморбидном периоде, умеренно коррелировали с выраженностью агрессивных проявлений у больных

80

Российский психиатрический журнал № 1, 2009

Соседние файлы в папке Российский психиатрический журнал