Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Nitsshe_Tom_1__M_Khaydegger

.pdf
Скачиваний:
6
Добавлен:
13.03.2016
Размер:
1.79 Mб
Скачать

мыслей привносит в сущее на каждое его мгновение выс шую остроту и силу принятия решения.

Ницше был настолько обеспокоен тем, будто через мысль о вечном возвращении все сущее якобы становится безразличным, что был вынужден серьезно обдумать воз можные последствия этого учения:

«Страх перед последствиями учения: быть может, луч шие натуры гибнут от этого? А худшие принимают его?» (n. 729).

Худшие натуры принимают его, утверждаются в нем и с его помощью утверждают, что сущее впадает во всеобщее безразличие и неразборчивость — и все это в результате учения, которое на самом деле хочет быть величайшей тя жестью и избавить человека от посредственности. Однако поскольку первое впечатление невозможно устранить, по скольку оно самым назойливым и неотвязным образом по стоянно заявляет о себе, оно первое время будет опреде лять способ удержания истинным этого учения:

«Поначалу учение о возвращении будет улыбаться сбро ду, холодному и не претерпевающему особой внутренней нужды. Поначалу самый расхожий инстинкт жизни дает свое согласие. Великая истина лишь в последнюю очередь завоевывает себе высших людей: это страдание истинных» (n. 730; ср. n. 35).

Если мы обозрим то немногое, что в период написания «Заратустры» представляло собой ясные размышления об учение о вечном возвращении, мы увидим, что по своему содержанию оно весьма значительно; все существенное об лечено в самую строгую форму из немногих предложений и четко поставленных вопросов. В этой тяжелейшей мысли образно поэтическое мышление Ницше обретает маятник для своего самого широкого размаха, маятник, который на деляет его непрестанной устремленностью к середине и во всяком смятении вопрошания и требования дает ему радо стное спокойствие привыкшего к страданиям победителя. Покой и успокоение Ницше обретает и по отношению к во просу о возможном воздействии своего учения.

«Величайшая мысль действует очень медленно и далеко не сразу! Ее ближайшее воздействие — замена веры в бес

353

смертие: она умножает добрую волю к жизни? Быть может, она не истинна: так пусть же другие сражаются с нею!» (XII, 398; 1883).

Исходя из последнего замечания можно было бы прийти к выводу, что Ницше сам сомневался в истине этой мысли и не принимал ее всерьез, обыгрывал ее только как воз можность. Однако такой вывод был бы слишком поверх ностным. Да, Ницше сомневался в этой, как и во всякой другой важной мысли, ибо таков стиль его мышления, од нако отсюда нельзя делать вывод о том, что саму мысль он не принимал всерьез; скорее вывод таков: он относился к ней всерьез, снова и снова пропускал ее через свое вопро шание, проверял и таким образом вовлекал себя самого в свое мышление и приходил к познанию того, что сущест венное в здесь мыслимом есть возможность. Фраза «быть может, она неистинна» достаточно ясно говорит о таком возможностном характере данной мысли. Ницше знает только такие мысли, с которыми приходится бороться; всегда сохраняется другой вопрос: остается ли он властели ном и победителем этой мысли или с ней должны бороться другие?

Записи, относящиеся ко времени написания «Воли к власти» (1884–1888 гг.)

К следующим, 1884–1886 годам относятся замыслы от носительно дальнейших частей «Заратустры», а также со всем иной его формы. Здесь мысль о вечном возвращении тоже находится в средоточии мышления Ницше. Ведущим представлением для создания новой формы является мысль о «великом полудне» как «решающем времени» (XII, n. 419; 1886 г.).

Нам важно знать об этом факте, а именно о существова нии этих замыслов, относящихся приблизительно к 1886 году. Когда прежние толкователи учения о возвраще нии сплошь и рядом не знали, что о нем сказать, вполне могло возникнуть ошибочное представление о том, что Ницше в этот момент, приступая к планированию и подго

354

товке своего главного философского произведения, вооб ще как бы позабыл о мысли о вечном возвращении, кото рая и без того является всего лишь его личным исповеда нием веры. В действительности же со времени завершения «Заратустры» (1884 г.) Ницше полностью захвачен планом произведения, которое должно представить его филосо фию как целое. Работой над этим произведением он с пе рерывами занимается с 1884 года до конца своего творче ского периода (конец 1888 г.).

После всего того, что мы до сих пор слышали о ницшев ской «мысли мыслей» и ее одолении (начиная с 1881 г.), было бы странно, если бы план главного философского произведения не был влеком и не был проникнут мыслью о вечном возвращении. Во всяком случае, благодаря выше упомянутому подтверждению плана, приходящегося на 1886 год, несомненным остается одно: и в это время мысль

овечном возвращении остается средоточием его мышле ния. Разве мог он в это время подготавливать свое главное философское произведение без этой мысли или даже поза быв о ней? Третье сообщение, находящееся под номером 56 в «По ту сторону добра и зла» (1886 г.), как ничто другое со всей силой доказывает, что Ницше не только не отказал ся от мысли о возвращении и не отвел ее на второй план как личное исповедание веры, но в новой попытке ее ос мысления довел ее до последних пределов и высот ее мыс лимости.

Не является ли эта новая попытка, которая по времени совпадает с плодотворной работой над главным произведе нием, образцом самого сокровенного единства с предметом этого произведения и не входит ли сама в этот предмет? Если бы, говоря о том, в каком состоянии находилась мысль

овечном возвращении в 1886 году, мы имели только прежде названные свидетельства, уже благодаря этому можно было бы показать неосновательность того ложного мнения, со гласно которому данная мысль как таковая отходит на вто рой план. Но как обстоят дела со всем тем, что Ницше про думал и записал с 1884 по 1888 годы, но не сообщил об этом?

Объем неопубликованного материала, относящегося к этому времени, очень велик и приходится на XIII, XIV, XV

355

и XVI тома, но (и об этом надо сразу же упомянуть) весь материал представлен в такой форме, которая вводит в за блуждение и основательно запутывает толкование филосо фии Ницше этого решающего периода (при условии, что вообще можно вести речь об истолковании, то есть о раз бирательстве в свете основного вопроса западноевропей ского мышления). Главная причина заключается в том факте, который уже воспринимается как нечто само собой разумеющееся.

После смерти Ницше издатели его «наследия», предпри няв несколько попыток и основываясь на оставленных фи лософом записях, придали единый вид его главному труду, набросанному в последний период творчества: это было сделано в общих чертах по планам, восходящим к самому Ницше. Какое то время это главное произведение, и луч ше сказать, лишь какое то время (в 1886–1887 гг.) Ницше планировал назвать «Волей к власти». Так оно уже было на звано в жирной печати появившегося в 1887 году сочине ния «К генеалогии морали» (VII, 480, n. 27) и так же было заявлено на его обложке. Тем не менее это произведение не только никогда не было издано самим Ницше, но и ни разу не обрело вида законченного труда. Оно не просто оста лось незавершенным: в наличии имеются только отдель ные фрагменты и не более того.

Однако даже такая картина вводит в заблуждение, ибо нельзя определить возможные места соединения этих фрагментов, места, которые напрямую отсылали бы к дру гим связанным с ними отрывкам,— нельзя потому, что не существует никакой объединяющей структуры, в которой отдельные записи могли бы занять свое строго определен ное место.

С тех пор как за дело взялись издатели ницшевского на следия, опубликовавшие произведение под названием «Воля к власти», ошибочно принято считать, что самому Ницше принадлежит труд, и даже главный, под таким заго ловком. На самом деле это произвольный набор записей, относящихся к 1884–1888 годам, когда мысль о воле к вла сти лишь время от времени выступала на первый план; здесь прежде всего надо выяснить, как именно мысль о

356

воле к власти выходила на первый план и почему. В резуль тате этого произвольного подбора, который, правда, пыта лись обосновать очень неясными планами самого Ницше, понимание его философии этого периода определяется за ранее. Его подлинная философия у ее толкователей вне запно становится «философией воли к власти». Издатели книги «Воля к власти», которые проводили более тщатель ную работу, чем появившиеся позднее пользователи и ком ментаторы, конечно же, не могли не заметить, что в своих записях Ницше говорит и об учении о вечном возвраще нии; поэтому, руководствуясь планом, восходящим к само му Ницше, они включили в составленный ими свод запи си, касающиеся этого учения.

Как относиться к тому факту, что теперь существует «по смертное произведение» Ницше, носящее заголовок «Воля к власти»? Ему нам надо противопоставить другие, столь же бесспорные факты:

1)несмотря на свое заявление Ницше никогда не создал самого произведения;

2)в последующий период он даже отказался от плана с таким заголовком;

3)последний факт не существует совершенно обособ ленно от первого.

Поэтому для полной и основательной оценки мыслей, которые появились в 1884–1888 годах, но не были опубли кованы самим Ницше, книга «Воля к власти» не может служить критерием. План главного произведения не тож дественен плану «Воли к власти», напротив, рабочий план, озаглавленный таким образом, является лишь временной фазой в работе над главным произведением. Однако по скольку вместе с выражением «воля к власти» в мышлении Ницше появляется нечто «новое и существенное», причем появляется, если воспринимать ситуацию с точки зрения хронологии, после переживания мысли о вечном возвраще нии, уместно задать вопрос, как то и другое, то есть «воля к власти» и «вечное возвращение» относятся друг к другу. Не становится ли излишним учение о возвращении с появле нием новой мысли или то и другое согласуется между со бой? Быть может, учение о возвращении не только согласу

357

ется с мыслью о «воле к власти», но и является ее подлин ным и единственным основанием?

В соответствии с нынешним изложением мы должны, пользуясь составленным издателями «произведением» под названием «Воля к власти», попытаться определить, что из рукописного наследия периода 1884–1888 годов можно от нести к учению о возвращении. Так как мы не располагаем «наследием» в его непосредственном, действительном со стоянии, нам приходится обходиться тем, что вышло из под руки издателей, но от чего мы, однако, можем легко освободиться. Все существенно важные записи находятся в книге «Воля к власти» (XV и XVI тома). В «Приложении» к XVI тому (S. 413–467) содержатся также все планы и под ступы к ним, набросанные Ницше во время кропотливой работы, связанной с созданием главного произведения, ход которой, однако, не поддается хронологической кон статации.

По отношению ко всему неопубликованному и заплани рованному, что относится к этому последнему периоду творчества, мы ставим два вопроса:

1)Что говорят планы главного произведения, относя щиеся к периоду с 1884 по 1888 годы, по поводу сохранения мысли о возвращении?

2)Что говорят приходящиеся на это время высказыва ния о самом учении о возвращении?

Прежде всего вырисовывается тот бесспорный факт, что мысль о возвращении повсюду занимает весьма весомое ме сто. Так как эта мысль призвана к тому, чтобы властвовать над всем остальным, она может и даже должна в меняющих ся планах занимать разные места, представать в различных формах и таким образом в соответствии с задачами изложе ния в каждом случае представлять и преподносить целое различным, но все таки единым способом. То, что это дей ствительно так, однозначно подтверждается тщательной перепроверкой. Нет никаких признаков того, что основная мысль о вечном возвращении отходит на второй план.

Более важное, что дает рассмотрение этих планов, за ключается в следующем: разнообразные места, которые мысль о вечном возвращении должна занимать в структуре

358

«философии будущего», намекают на сущность самой мысли. Эта мысль должна не только в каждом случае ос мысляться в контексте творческого мгновения принимаю щего решение индивида: принадлежа самой жизни, она представляет собой историческое решение — кризис.

Анализируя эти планы, мы, прежде всего, постараемся выяснить, в какой мере и как в них проявляется мысль о возвращении.

План под номером 1, записанный на 413 странице XVI тома, не принадлежит занимаемому месту, он восходит к 1882 году и вполне согласуется с кругом мыслей, представ ленных в «Веселой науке». Только вместе с планом под но мером 2 начинаются планы и наброски, относящиеся к 1884–1885 годам, то есть к тому времени, когда Ницше не двусмысленно, и прежде всего в письмах, не раз говорит о построении своей «философии», о том главном строении, по отношению к которому «Заратустра» должен стать пред дверием. В это время план главного произведения напол няется жизнью, но нет никакого намека на произведение под заголовком «Воля к власти». Напротив, звучат следую щие заголовки: «Вечное возвращение» (1884 г.) — в трех различных планах того же года; «Полдень и вечность. Фи лософия вечного возвращения» (1884 г.); «Философия веч ного возвращения» (1884 г.) — здесь последний подзаголо вок становится заглавием.

И напротив, к 1885 году относится запись: «Воля к вла сти. Опыт толкования всего происходящего». В предисло вии речь должна идти «об угрожающей „бессмыслице“ и о «проблеме пессимизма». Тем самым весь план, в котором о вечном возвращении как таковом ничего не говорится, тем не менее воспринимается в свете этой мысли, и мы тотчас в этом убедимся, как только рассмотрим «сферу» учения о возвращении. Из этого плана явствует лишь одно: вопрос о воле к власти включается в философию вечного возвраще ния. Мысль о возвращении предваряет всякую другую, о ней говорится в предисловии, потому что она пронизывает все остальное.

Однако уже в плане под номером 2, относящемся к 1884 году, когда для Ницше, вероятно, мысль о воле к вла

359

сти как всеобщей особенности всего сущего, вероятно, стала совершенно ясной, содержится важное указание на взаимосвязь воли к власти и вечного возвращения. Верши ной этого плана является 5 пункт, озаглавленный как «Уче ние о вечном возвращении как молот в руке могуществен нейшего человека». Там, где осмысляется, то есть вбирает ся в себя эта мысль мыслей, она приводит мыслящего к принятию высших решений, так что он вырастает за преде лы самого себя, то есть начинает властвовать над собой и желает себя самого: он есть как воля к власти.

Для того чтобы задуманную таким образом философию претворить в главное произведение, теперь все совершаю щееся истолковывается как воля к власти. Этот ход мыслей принципиально важен, и в ближайшие годы он становится для Ницше тем средоточием, которое само определяет все сущее. Учение о вечном возвращении нисколько не уп раздняется и не умаляется в своем значении: напротив, оно возносится на вершину благодаря тому, что Ницше «через истолкование всего совершающегося» хочет как можно ос новательнее со всех сторон укрепить свое главное строе ние. К 1885 году относятся также записи (XVI, 415), в кото рых ясно говорится о том, что он понимает под волей к власти, выходящей теперь на передний план работы: «Воля

квласти — последний факт, к которому мы нисходим». Достаточно поразмыслить над сказанным, а затем

вспомнить о том, что такое вечное возвращение, и мы уви дим, что здесь речь идет о совершенно ином (в неоднознач ном смысле). Вечное возвращение — не последний факт, а «мысль мыслей». Воля к власти — не мысль, а «последний факт», и последнее не может вытеснить или заменить пер вое. Возникает решающий, самим Ницше уже не задавав шийся вопрос: что сокрыто за этим различием между веч ным возвращением как «тяжелейшей мыслью» и волей к власти как «последним фактом»? Пока мы не обратим свой вопрошающий взор назад к этой основополагающей сфере, мы не пойдем дальше одних только слов и завязнем во внешнем рассмотрении ницшевского мышления.

Тем не менее аналитическая проверка планов, относя щихся к 1884 и 1885 годам, ясно показывает: философия,

360

которую Ницше планирует представить в целом, есть фи лософия вечного возвращения, и для того, чтобы придать ей форму, необходимо истолковать все совершающееся как волю к власти. Чем больше Ницше вдумывается в общее изложение своей философии, тем более настоятельным для его главной задачи становится истолкование всего со вершающегося как воли к власти. Поэтому выражение «воля к власти» становится заглавием задуманного главно го произведения. И все же целое остается движимым и на сквозь определяемым мыслью о вечном возвращении, и это настолько ясно, что почти боишься специально на это указывать.

План 1886 года озаглавлен как «Воля к власти. Опыт пе реоценки всех ценностей». Подзаголовок говорит о том, что должно совершить размышление над волей к власти: переоценку всех ценностей. Под ценностью Ницше пони мает то, что является условием жизни, то есть ее возраста ния. Переоценка всех ценностей означает полагание ново го условия для жизни, для сущего в целом, того условия, благодаря которому жизнь снова влечется к себе самой, то есть устремляется выше себя и только таким образом стано вится возможной в своей истинной сущности. Переоценка есть не что иное, как то, что должна совершить величайшая тяжесть, мысль о вечном возвращении. Поэтому подзаго ловок, показывающий, как широко воля укореняется во власти, мог бы звучать и так, как он звучал в 1884 году: «Фи лософия вечного возвращения» (XVI, 414; n. 5).

Словно для того, чтобы полностью подтвердить пра вильность нашего истолкования, план 1884 года (XVI, 415; n. 6) озаглавлен так: «Философия вечного возвращения. Опыт переоценки всех ценностей». В плане 1886 года дает ся деление на четыре книги, которое, несмотря на все из менения, сохранится до конца 1888 года. Теперь мы обра тимся только к I и IV книгам, которые обнимают целое. В первой книге («Опасность опасностей») вопрос снова об ращен к грозящей «бессмыслице», мы также можем ска зать, что он обращен к тому факту, что все вещи утрачива ют свой вес. Неотложным становится вопрос о возможно сти привнести в сущее новую тяжесть. «Опасность

361

опасностей» надо изгнать «мыслью мыслей». Четвертая книга названа «Молот». Даже если бы мы не знали, что оз начает это слово, мы вполне могли бы уяснить его смысл из плана за номером 2 от 1884 года (XVI, 414); здесь упомина ется последний, уже приводившийся отрывок: «Учение о вечном возвращении как молот в руках могущественней шего человека». Итак, вместо заголовка четвертой книги («Молот») могло бы стоять: «Учение о вечном возвраще нии» (ср. пояснение к четвертой книге; XVI, 420).

Планы главного произведения, относящиеся к следую щему, 1887 году, и началу 1888 года, свидетельствуют о со вершенно едином строении. Это время, когда мыслитель ная работа Ницше в направлении воли к власти достигает апогея. Как в эту пору обстоят дела с учением о возвраще нии? Оно каждый раз появляется в четвертой и последней книге планов. То, что здесь предстает как последнее в изло жении, является первым по существу дела и связующей ос нове, тем первым, которое все пронизывает собою от нача ла до конца, и поэтому с точки зрения изложения оно толь ко в конце может раскрыться во всей полноте своей истины. Однако нахождение в конце указывает и на дру гое, на то, что «учение» не есть «теория», что его нельзя ис пользовать как какую то гипотезу происхождения мира в научных разъяснениях: осмысление этой мысли полно стью преображает жизнь и тем самым полагает новые мас штабы воспитания.

С учетом такого характера мысли о возвращении, пред полагающей отстранение и принятие решения, понимается и заголовок четвертой книги в отдельных планах этой поры. «Дисциплина и воспитание» — так гласит заголовок в плане от 17 марта 1887 года, который издатели записей Ницше восприняли как основу его главного произведения. В сле дующем плане, относящемся к лету 1887 года, заглавие чет вертой книги выглядит так: «Победители и побежденные (Предсказание)». Затем в позднейшем плане соответствую щий заголовок гласит: «Победитель и побежденный».

Если не слишком вникать в написанное, то можно ска зать, что в этих заголовках ничего не говорится о вечном возвращении. Однако не надо знать слишком много об

362

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]