Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Гипнотические реальности

.pdf
Скачиваний:
12
Добавлен:
03.03.2016
Размер:
984.36 Кб
Скачать

ниями сенсорных стимулов, перцептивными паттернами, кинестетическими сигналами и т.д. Эта внутренняя концентрация и использование внутренних психических программ и составляет сущность переживания транса. Еще одна ценная гипнотическая форма состоит в том, чтобы дать субъектам любое мысленное задание, требующее серии шагов, использующих их собственные внутренние программы. Из-за этого Эриксон часто дает серийные, множественные или сложные задания, так же как предлагает сложные высказывания. Его любимым словом, по-видимому, является “и”. “И” позволяет ему связать внушения в серию, так чтобы они взаимно усиливали друг друга и в то же время поддерживали субъекта в состоянии внутренней сосредоточенности. Фиксирование и концентрация внутреннего внимания на воображаемом задании, таким образом, является косвенным способом наведения транса. Эта внутренняя, наводящая транс сосредоточенность легко достигается, когда субъектов заставляют рассмотреть серию ранних воспоминаний, увидеть серию сцен или кинофильм (для визуалов), слушать внутреннюю музыку (особенно для тех, кто получил музыкальное образование) и т.д. Это является основой для подхода к наведению транса через фантазию и визуализацию (визуализация “дом-дере- во-человек” или классная доска и т.д). Цепь небрежных, естественно звучащих внушений, образующих ассоциативную сеть, в особенности эффективна для вызывания постгипнотического поведения. Следующий пример из одного из ранних семинаров Эриксона (Erickson, 1939) особенно эффективен, поскольку это серия внушений, связанных с курением, является естественной, так как она использует естественные паттерны поведения и мотивации, общие для всех курильщиков. Субъект просто плывет вдоль естественной цепи поведенческих событий, которые уже более или менее являются встроенными. Проснувшись, субъект (1) обнаруживает, что доктор Д. тщетно обшаривает карманы в поисках пачки сигарет,

(2) затем субъект предложит ему свою собственную пачку и (3) доктор Д. по рассеянности забудет вернуть сигареты, после чего субъект очень захочет получить их обратно, поскольку других у него нет. Естественный или “встроенный” объект этой серии внушений опирается на автоматическую и частично бессознательную манеру, в которой выполняются привычные паттерны поведения. Ранние стадии обучения трансу облегчаются при использовании паттернов поведения, с которыми субъект хорошо знаком. Они требуют мало

151

или вовсе не требуют сознательных усилий, и, таким образом, вряд ли вступят в противоречие со все еще хрупкой природой раннего переживания транса.

Упражнения на многосоставные задания и серийные внушения

1.Сформулируйте гипнотическое наведение, при котором субъект занят двумя или более задачами. В то время как (1) он смотрит вот в ту точку, субъекту предлагается (2) отметить любые ощущения, возникающие в его веках. В то время как он (1) наблюдает левитацию руки, (2) он бессознательно может собрать вместе все ассоциации и воспоминания, необходимые для решения проблемы.

2.Сформулируйте многосоставные задания, которые должны быть выполнены на двух уровнях — сознательном и бессознательном — так, чтобы заработали двойные связки.

3.Сформулируйте серийные внушения, которые ведут шаг за шагом к опыту диссоциации и каждому из классических гипноти- ческих явлений.

4.Сформулируйте серийные внушения и ассоциативные сети, которые могут вызывать постгипнотическое поведение путем использования собственных поведенческих паттернов субъекта.

152

4. ВЗАИМНОЕ НАВЕДЕНИЕ ТРАНСА

Один из любимых эриксоновских методов обучения гипнотического субъекта состоит в том, чтобы дать новичку возможность понаблюдать более опытного субъекта в состоянии транса. Но в этом случае Эриксон делает нечто большее: он оркеструет взаимное наведение транса, в котором два субъекта взаимодействуют таким образом, что способствуют переживанию транса друг у друга. На этом сеансе Эриксон начинает с того, что указывает на многие психофизиологические показатели начинающегося транса. Затем у него появляется возможность обсудить ряд других выдающихся характеристик транса: субъективное для пациента ощущение дистанцирования; внутреннюю реальность пациента и раппорт; изменение качества голоса пациента и научение говорить в трансе. Потребность в тщательном и постоянном наблюдении пациента подчеркивается еще более, когда Эриксон описывает значимость пульсаций, которые можно наблюдать в различных частях тела пациентов. Он особенно тщательно отмечает показатели дистресса в поведении пациента. Существуют различные тонкие подходы к тому, чтобы провести опрос, связанный с этим дистрессом, который обеспе- чит цельность внутреннего равновесия пациента между сознательным и бессознательным знанием. Особенное значение на этом сеансе имеет прояснение взглядов Эриксона на транс как на активное состояние бессознательного обучения. Он указывает, что одному из его субъектов (госпитализированному психически больному пациенту) потребовалось двести часов, чтобы дойти до того момента, когда он смог сделать что-либо, кроме того, чтобы просто тупо сидеть. Однако никто не ожидает, чтобы пациент направлял себя сознательно, как это бывает, когда человек бодрствует. Обу- чение в таких случаях бывает не того интеллектуального типа, которое практикуется в школах. Импульс к подобной психической деятельности должен прийти из бессознательного. Оно продолжается автономно и основано скорее на переживании, чем на интеллектуальном обучении. Эриксон указывает, что большая часть пред-

153

шествующего образования доктора С. была интеллектуальной, но в гипнотической работе она может лучше научиться, если просто отпустит себя и позволит себе испытывать переживания. Спонтанное обучение через собственный внутренний опыт затем описывается как другой способ углубления транса.

Неожиданность, расслабляющая мысленные установки

[В качестве сюрприза на этот сеанс вместе с Р. и С. был приглашен доктор Х., весьма опытный гипнотический субъект, в данный момент проходящий терапию у доктора Эриксона.]

Р: Какова функция неожиданного в вашей работе?

Э: Функция неожиданного такова: пациент приходит к вам с определенными умственными установками и ожидает от вас, чтобы вы в эту установку вошли. Если вы их удивили, они расслабляют свои умственные установки, и вы можете образовывать для них рамку другой умственной установки.

Р: Вы смещаете ошибочные внутренние установки, которые создают для них проблемы.

Э: Да. Это делается также и при технике замешательства.

Косвенное внушение

Э: А теперь я просто буду на нее смотреть. Я хочу, чтобы вы оба [Р. и Х.] наблюдали за ее моргательным рефлексом. [Пауза 30 секунд, в течение которой все трое наблюдают за С.].

Э: Говоря здесь о С., на самом деле я даю ей косвенные внушения. Я здесь упоминаю многие критерии начинающегося транса, как только она их проявляет, казалось бы, спонтанным образом.

Р: Это один из ваших любимых подходов к косвенному внушению: вы обращаетесь к аудитории или говорите об опыте другого человека в качестве способа стронуть цепочки ассоциаций у пациента, которые могут в конечном итоге достичь кульминации в гипнотическом реагировании. Это косвенная форма идеомоторного или идеосенсорного внушения.

154

Идеомоторная деятельность при косвенном наведении: критерии начинающегося транса

У нее немножко задрожали веки.

Вместе с этим дрожанием лицевые мускулы расслабились. Изменилось дыхание.

Понизилось также кровяное давление. Замедлился темп сердцебиения.

Есть некоторая утрата рефлексов.

Она сознает, что я говорю о ней с вами. Сейчас небольшое изменение ритма.

И она начинает отплывать сразу же в глубокое состояние транса.

Э: Все, что я говорю о С., также является внушением, направленным и на Х. Но он этого не знал. Каждое внушение, которое я предлагал С., вызывает какое-то понимание у Х. И это понимание требует, чтобы он сам для себя отыгрывал его до некоторой степени.

Р: Это базовый принцип идеомоторной деятельности в гипнозе. Вы используете его здесь, чтобы вызвать гипнотическое наведение у Х., так, чтобы он этого не сознавал. (Далее Эриксон описывает типичную для него процедуру демонстрации гипноза с несколькими наивными субъектами перед аудиторией. Он обычно окружает сопротивляющегося субъекта другими субъектами, готовыми к сотрудничеству, демонстрируя различные явления до тех пор, пока сопротивляющийся субъект не окажется под влиянием “гипнотической” атмосферы вокруг себя. Сопротивляющийся субъект вскоре начинает проявлять “внешние признаки удивления”, когда почувствует воздействие, и тогда Эриксон обычно подкрепляет это заме- чанием о том, как “интересны” и “очаровательны” эти ощущения. Очень часто те, кто вначале боится, глубже входят в транс, как только они справятся со своим страхом при помощи этого подхода).

Реальность пациента и раппорт

И она уводит себя из этой реальности, чтобы войти в другую реальность, где реальность Р. и реальность Х. изменена,

а моя становится все менее и менее важной.

155

А мой голос?

ßне знаю точно, как она его слышит.

Может быть, как отдаленный шум, который она не чувствует необходимости слышать.

ßдостаточно близко к ней,

чтобы она меня слышала.

Благодаря этой утрате или изменению подвижности тела вы можете за ней наблюдать,

она может сказать вам что-то о характере и содержании того, что происходит в ее уме.

[Позвали миссис Эриксон, она входит, и ее просят успокоить детей С., которые слишком шумно играют за окном офиса].

Э: Если отделить ее от нашей реальности (трехсоставной реальности, разделяемой Э., Р. и Х.), это поможет углубить транс, сосредоточивая ее на собственной реальности.

Р: Я понял! Если гипнотерапевта прервут посреди сеанса и ему придется говорить с почтальоном или водопроводчиком, который постучал в дверь, это может углубить трансовую реальность пациента, поскольку они исключены из ситуации и оставлены наедине со своей внутренней реальностью.

Э: Я обнаружил это нелегким путем. В первые годы работы бывало, что субъекты постоянно пробуждались, и у меня возникало множество трудностей. Я помещал одного субъекта в одной комнате, а другого в другой комнате, и они пробуждались, как только я выходил из комнаты. Я обнаружил, что мне надо оставлять их так, чтобы они сохраняли свое состояние транса. Я должен был уверить пациентов, что их не покидают, они должны были быть уверены, что я вернусь к ним; я ухожу только на время. Сначала я говорил им это вербально, а позже научился использовать невербальные знаки.

Ð: Ýòî êàê?

Э: “Я здесь, вы здесь” (Эриксон показывает, как, повторяя эту формулу в разных положениях и из разных мест комнаты, он постоянно дает пациенту понять, что находится в раппорте с ним, неважно, где он на самом деле находится). Когда я перемещаюсь, то говорю “неважно, где я, я все время буду здесь”, люди не знают, как много им известно о местоположении голоса (Erickson, 1973).

Р: Это все бессознательное обучение.

156

Э: Да. (Далее Эриксон ссылается на рукопись, которую он писал в то время [Erickson, 1973] о том, как он вызывал настоящую морскую болезнь у гипнотических субъектов, просто меняя точку, из которой доносится его голос, подпрыгивая и качаясь вниз-вверх, вперед-назад, изображая меняющееся положение источника голоса, которое бывает на корабле в бурном море).

Обучение говорить в трансе

Р: Как вы сейчас себя чувствуете, С.?

С: Х-м-м. [Очень тихо, как будто бы издалека]. Отлично.

Р: Вы не можете описать какую-либо часть вашего состояния сознания для нас?

Э: Людей всю жизнь учат, что говорить во сне — это социально неприемлемо. Удивительно, как многие люди боятся, что они выдадут свои секреты, заговорив во сне или в трансе.

Р: Так что приходится давать пациентам специальные инструкции и успокаивать их, что они могут говорить в трансе. Вы же достигаете этого, просто спрашивая, как они себя чувствуют.

Э: Я уже использовал такие слова, как “удобно” и “отлично”, так что когда она использует слово “удобно”, я знаю, что она исполняет мое внушение чувствовать себя удобно.

Качество голоса в гипнозе

С: Я вас слышу (отдаленный голос, как у автомата). (Пауза)

Р: Чему вы приписываете этот автоматический или отдаленный характер ее голоса?

Э: Это из-за того, что другой мускульный тонус. Лицо у нее разглажено, происходит релаксация всех мускулов, в том числе тех, которые контролируют голос.

Посторонние раздражители в трансе

[Смеется]. Вы меня щекочете. [Голос клиентки обычный, как будто она почти проснулась].

[На самом деле шнур микрофона случайно качался возле ее колена, пока Р. его пристраивал].

157

Р: Это совершенно случайно. Это был шнур от микрофона. Что вы ощущали, вам было щекотно?

С: Я думала, что вы делаете это, чтобы посмотреть, выйду ли я из этого состояния. [Хохот.] Я знаю, что миссис Эриксон входила, и она мне наступила на большой палец, но мне было не больно. [Все в комнате еще больше смеются.] Э: Каково ваше состояние сознания в данный момент?

С: Ой, я просыпаюсь.

Э: Полностью просыпаетесь?

Э: У нее эта реакция пробуждения из-за того, что я не дал ей никаких конкретных инструкций не обращать внимания на все внешние стимулы, пока она в трансе. Вы должны понимать, что внутри трансовой ситуации всегда может появиться посторонний раздражитель, и вам нужно научиться справляться с этим. Миссис Эриксон может пребывать в глубоком трансе, когда звонит телефон, и она может ответить на него, оставаясь в трансе. Если в трубке звучит незнакомый голос, она сразу же проснется, но если она знает, кто это, то может изменить свой голос так, что человек не заметит, что она в трансе. Но если ее собеседник — один из моих гипнотических субъектов, он узнает транс.

Ощущение дистанцированности в трансе

С: Ой, я вернулась, но еще нахожусь немножечко на расстоянии. (Пауза)

Э: Это ощущение “удаленности” является признаком транса. Никто на самом деле так и не объяснил это ощущение удаленности.

Р: А как бы вы это объяснили?

Э: Каждый, кто говорит перед аудиторией, знает это ощущение — со мной слушатели или не со мной; они удалены от меня.

Р: Ощущение удаленности в таком случае вызвано чувством отсутствия разделяемого совместного мира. (Rossi, 1972а).

Ý: Äà.

Депотенциализация сознательного понимания

Э: У С. была возможность обнаружить, что она может делать эту работу. Теперь я имею право быть каким угодно тупым.

Нет необходимости мне понимать все.

158

Можете все больше понимать вы, или Х., или другие.

(Пауза)

и Х. может не бояться по поводу ненависти и не пугаться слова “любовь”. Вас приводит в ужас понимание нового значения этих слов.

(Пауза)

Р: Говоря, что вы “имеете право быть каким угодно тупым”, вы проводите преувеличенное юмористическое внушение о том, как мало вам надо понимать это сознательно. Это предполагает, что С. и Х. тоже могут в данный момент не использовать сознание. Позже они могут развить свое сознательное понимание, но сейчас пусть со всем справляется бессознательное. Затем вы обращаетесь к Х. с несколькими терапевтически существенными словами о том, чего он “боится”, и т.д.

Тон голоса как указатель

И Р., и С. пришли присоединиться к нам на этот раз. Они зашли узнать, можно ли им прийти, и я знал, что им это будет полезно, и вам полезно (Х.), чтобы они были здесь.

Р: Вы явно почувствовали из невербальных указаний, что Х. нужно слегка успокоить в этот момент, поэтому вы просто говорите о прагматических аспектах этого объединенного сеанса. Вы затем подчеркиваете, что всем будет полезно оказаться вместе.

Э: Да. Заметьте, что я использую другой тон голоса, говоря “вам”, имея в виду Х., и другое направление голоса.

Р: Эти голосовые указатели автоматически правильно интерпретируются С. и Х. так, что они всегда знают, когда вы упоминаете каждого из них, даже если вы используете безличные местоимения.

Другие имена в трансе

Потому что я мог бы добиться переклички,

которая была бы чрезвычайно ценна для тебя, для Херби [имя, первоначально приданное Х., пока он под гипнозом], для Р., для С.

159

Р: Когда вы проводите обширную работу с какими-нибудь пациентами, как с Х., вы иногда даете им в трансе другое имя. Почему?

(Эриксон приводит много примеров из повседневной жизни, когда кто-нибудь — возлюбленный, спутник жизни, родитель или ребенок — зовет другого ласковым прозвищем, чтобы вызвать конкретное настроение или подчеркнуть характер их взаимоотношений. Ребенок говорит “отец”, или “папа”, или “папуля” в разных слу- чаях, чтобы выкристаллизовать различные аспекты отношений с отцом. В трансе пациент может переживать конкретное эго-состо- яние, которое терапевт хочет снабдить ярлыком в виде специального имени, так чтобы он мог помочь пациенту позже вернуться к нему).

Раппорт при взаимном гипнозе

[Х. очень пристально наблюдал за С., предположительно изучая состояние ее сознания, однако в тот момент, когда упоминается Херби, его наблюдения превращаются скорее в застывший взгляд. С., по видимому, замечает это, и они молча и пристально смотрят друг другу в глаза фиксированным, не моргающим взглядом].

Р. может наблюдать за С., а ты (Х.) можешь некоторые вещи обнаружить.

(Пауза)

[С. и Х. смаргивают по очереди. В конце концов веки С. вздрагивают и закрываются, и тогда глаза Х. закрываются тоже].

И С. сделала новое открытие, но вообще-то ты (Х.) тоже сделал новое открытие. (Пауза)

Р: Вы организуете гипнотическую атмосферу, при которой оба сидят тихо в напряженном внимании, и таким образом постепенно вырабатывают легкий транс. Теперь, глядя друг на друга, они автоматически подражают гипнотическому поведению друг друга (например, застывший взгляд и моргание), тем самым входя в более глубокий транс.

Э: Да, в этот момент дистанцирование у Х. было значительно больше, чем у С.

Р: Вы хотите сказать, что он глубже вошел в транс?

160

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.