Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Методология_Литература / Lloyd deMause_Psychohistory

.pdf
Скачиваний:
11
Добавлен:
29.02.2016
Размер:
7.3 Mб
Скачать

ФОРМИРОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ ЛИЧНОСТИ 141

ся в равной степени богатыми и бедными. Средневековый стиль отказа не убивал, но постоянно отвергал ребенка, отправляя его к кормилице, на воспитание в чужую семью или в монастырь. Стиль двойственности, распространившийся в эпоху Возрожде­ ния, рассматривал ребенка как безнадежного грешника, носите­ ля зла, и в. то же время сильно идеализировал его. В восемнад­ цатом веке благодаря распространению навязывающего стиля появились матери, которые могли уделить ребенку толику своей любви, но лишь при условии полного контроля его эмоций. В на­ стоящее время преобладает социализирующий стиль, при котором родители в неявном виде манипулируют ребенком, главным обра­ зом заставляя его почувствовать вину или проникнуться роди­ тельскими целями.

Каждый психогенный стиль, в свою очередь, дает историчес­ ки новый психотип взрослого: типичный для античности шизоид­ ный характер уступает место аутичному характеру средневековья, порожденному отказом от детей; за маниакально-депрессивным характером позднего средневековья идет компульсивный харак­ тер начала нового времени - результат навязывающего воспи­ тания; и, наконец, для современного общества обычны различные типы тревожного характера. .

Каждый из этих стилей отношения родителей к детям явля­ ется историческим достижением. Дарвин первым обратил вни­ мание на то, что эволюционное древо вполне может служить и схемой классификации, поскольку эволюционные ступени не от­ мирают, а существуют в виде современных представителей. Это справедливо для любой эволюционной схемы, поэтому последо­ вательность психогенных стилей прошлого - это одновременно и перечень современных психоаналитических типов личности, представляющих собой результат нынешней неоднородности сти­ лей воспитания, в которой найдешь и битье, и сверхконтроль, свойственный навязывающему стилю. Почти все современные типы воспитания - это «психологические ископаемые», преобла­ давшие каждый в свою историческую эпоху аналогично тому, как современный класс рептилий в свое время был преобладающей группой позвоночных на Земле.

Параллелизм биологической и психологической эволюции не ограничивается тем, что и там, и здесь в соответствии с опре­ деленными закономерностями появляются новые формы. Неко­ торые из важнейших механизмов, определяющих различные

142

ллойд ДЕМОЗ

эволюционные пути, тоже оказываются одинаковыми. Так, два эво­ люционных механизма - отбор и изоляция - оказываются в центре не только современной теории биологической эволюции, но и психогенной теории истории, особенно в нашем случае с эволюцией американской личности. Что касается процесса появ­ ления новых вариантов путем мутирования или психогенного взаимодействия матери и ребенка, это лишь половина разговора. Не менее важны закономерности, определяющие рост и сохра­ нение нового варианта. Теперь, когда мы уже сказали о механиз­ мах отбора и изоляции, оставим тему «происхождения психови­ дов» и вернемся к нашему вопросу: «Что породило Америку?» Когда биологический вид колонизирует новую местность, то в географическую изоляцию попадает ограниченное число особей, и отклоняющиеся варианты не «разбавляются», как в большой популяции-родоначальнике. Так же и в Америку, в географичес­ кую изоляцию, первоначально попало небольшое число матерей из европейской популяции, поэтому отклоняющиеся психогенные варианты не «растворились» среди менее продвинутых стилей взаимоотношения родителей и детей. Таким образом, американ­ ские колонии были обогащены представителями новых психови­ дов - нечто вроде Галапагосских островов психоистории.

Давайте взглянем на этих необычных матерей. Это был сем­ надцатый век, его эволюционный момент мы определим как за­ кат амбивалентного стиля воспитания.

Из маленьких девочек все чаще и чаще вырастали матери нового типа, и этот процесс достиг такого размаха, что в исто­ рии детства наступил поворотный момент, когда детей женского пола практически перестали убивать как якобы недостойных жизни, второсортных. А ведь практика убийства девочек восхо­ дит даже не к античности, а к еще более глубокой древности — к нашим палеолитическим истокам. (Что касается ссылок на де­ мографию здесь и в дальнейшем, смотрите приложение.) К сожалению, те маленькие девочки, которые знают об убийстве ро­ дителями их братьев или сестер, очень часто вырастают плохи­ ми матерями. В античности детей убивали открыто, поэтому даже у богатых родителей «практически никогда не было больше од­ ной дочери». В средние века детоубийство встречало слабое про­ тивостояние церкви, но его уровень снижался очень медленно, при­ чем от девочек избавлялись гораздо чаще.5 Убивали либо откры­ то, либо отправляя к «нянькам-убийцам» с оплатой всего лишь

ФОРМИРОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ ЛИЧНОСТИ

143

на несколько недель вперед, либо очень короткое время вскарм­ ливая девочек грудью (меньше, чем мальчиков), отчего они ста­ новились восприимчивыми к болезням и умирали. Эти и другие формы избавления от детей преимущественно женского пола широко практиковались в то время. Как правило, в современ­ ном обществе девочки биологически выносливее мальчиков и умирают реже, но на графике, составленном по данным перепи­ сей населения в разные исторические эпохи, мы видим, что маль­ чиков примерно в полтора раза больше, чем девочек, и только в семнадцатом веке их становится примерно поровну. Это мо­ жет служить доказательством убийства детей женского пола.

Даже в то время соотношение мальчиков и девочек сильно варьировало по областям и классам, что отражало разнообразие психогенных стилей в Европе семнадцатого века. Англия на сто­ летие опережала Францию и на два столетия - остальную Ев­ ропу по таким ключевым показателям, как снижение детоубий­ ства, отказ от тугого пеленания, от передачи ребенка кормилице. Во Франции даже в восемнадцатом веке 80% парижских детей

Илл. 3 - Соотношение мальчиков и девочек как показатель филицида. ..

144

ллойд ДЕМОЗ

отдавались на несколько лет специально нанятым кормилицам в деревни, а по возвращении домой почти сразу отправлялись в школу или в ученики. Многие французы поэтому совершенно искренне говорили, как Талейран, что не провели под отцовским кровом и недели.6 В этот же период в Германии и в Италии родители еще кастрировали маленьких мальчиков, примерно каж­ дого сотого, надеясь потом заработать на их певческих способ­ ностях. В России в это же время новорожденных детей полага­ лось «закалять», надолго окуная в ледяную воду. В Италии мла­ денцев еще прибивали к телегам и выставляли на всеобщее обозрение в религиозной процессии: матери отдавали их на мучительную смерть в надежде, что их чадо, послужив религии, попадет на небо.7

Да, в начале семнадцатого века Англия опережала всю Европу по части заботы о детях, но особенно это касалось английского среднего класса, из которого вышли очень многие американские матери, которым первым принадлежало историческое достиже­ ние - новое отношение к детям. Когда английская знать по-пре­ жнему отправляла детей к кормилицам, некоторая часть матерей среднего класса, особенно пуритан, стала брать на себя смелость лично присматривать за детьми и заниматься их воспитанием и вскармливанием. Эти матери впервые в истории не стали боять­ ся огромных тревог и страхов, неизбежных при попытках истин­ ной эмпатии к эмоциональным потребностям ребенка, которого кормишь грудью. Например, когда ребенок плакал оттого, что не хотел лежать спеленутым, такая мать не жаловалась, что «чело­ век рождается в кандалах» - фраза, которая до тошноты повто­ рялась всеми, начиная с Плиния,8 - а проявляла эмпатию и оставляла его распеленутым, невзирая на устрашающие преду­ преждения врачей. Французы говорили о неспеленутых англий­ ских младенцах, что это «весьма плачевное зрелище» и возмуща­ лись «вседозволенностью матерей... в Англии».9

Такие матери и стали фактором, сформировавшим американ­ скую личность. Американские матери первые в истории вплот­ ную испытали двойственные чувства к ребенку и начали форми­ ровать навязывающий стиль воспитания - черту нового време­ ни. Следуя этому стилю, мать относилась к ребенку с большими вниманием и последовательностью, больше времени уделяла его воспитанию и лучше сдерживала свои эмоции, чем при всех предыдущих стилях. Подтверждений этому масса.

ФОРМИРОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ ЛИЧНОСТИ 145

В колониальной Америке наблюдалась наилучшая пропорция числа девочек по отношению к мальчикам в мире, там меньше, чем во всех остальных странах того времени, от" детей отказы­ вались или избавлялись путем убийства. Америке не требовалось ни одного из тех громадных приютов для детей, которых так много было по всей Европе. В 1685 г. Сэмюэл Сьюолл расска­ зывает в дневнике, как увидел «первого из детей, которые были когда-либо... брошены в Бостоне*,10 а в это время в сточных канавах Лондона или Парижа каждое утро можно было найти сотни детей. Вдобавок Америка первой стала вводить всеобщее школьное обучение11 и первой начала кампанию против битья детей в школе и дома,2 первой прекратила отсылку детей к кор­ милицам13 и тугое пеленание14 и первой стала выпускать лите­ ратуру по борьбе с мастурбацией у детей15 - верный знак, что навязывающий стиль начал распространяться всерьез. Нетрудно догадаться, что гости из Европы, глядя на такое воспитание, принимались горько сетовать, что детей в Америке «балуют», что изза крайней «безнаказанности» они «становятся маленькими до­ машними тиранами» - отчасти из-за того, что американская мать не отдавала все свое внимание безраздельно отцу семейства и его гостям, а уделяла какую-то его часть детям.16

Дорогой ценой доставалась эмоциональная близость матери к ребенку при навязывающем стиле воспитания. Если парадиг­ ма предыдущего двойственного стиля звучала следующим обра­ зом: «Ты - то плохое, что внутри меня, я должен связать тебя и бить, ведь ты просто вместилище всего плохого, что во мне есть, спроецированного на тебя», то для матери нового навязывающе­ го стиля она уже поменялась: «Ты плохой, но если я признаю тебя и подчиню твою внутреннюю жизнь полному контролю, то тебе будет позволено быть ко мне ближе». Поэтому американс­ кие матери оказались первыми людьми, страдающими манией тотального контроля, доходившего до такой степени, которая в наше время наблюдается лишь в редких клинических случаях. «Необходимо полностью подчинять их волю нашей, - заявил один американский родитель, - они обязаны в точности выполнять все, что мы потребуем».17 Ребенку еще не исполнялось года, а родите­ ли уже учиняли над ним «постоянный надзор», пытаясь «сломить его волю». Мать «боролась с волей» маленького ребенка до тех пор, пока тот не приучался подчиняться безоговорочно - немед­ ленно реагировать на команды и полностью подавлять крик;

146 ллойд ДЕМОЗ

Джонатан Эдварде назвал это «замечательным образцом послу­ шания».18 При амбивалентном стиле воспитания мать устраива­ ла ребенку постоянные клизмы, чтобы вычистить из него «вся­ кую дрянь», в то время как мать навязывающего стиля впервые в истории начала приучать ребенка к туалету, причем довольно рано - с четырехнедельного возраста, тем самым устанавливая режим тотального контроля даже над его сфинктерами.

Поскольку матери старались ограничить применение битья как метода воспитания, чаще приходилось прибегать к крайним психологическим мерам. Так, детям постоянно грозили, что сер­ дитый Бог покарает их за непослушание смертью: «Он держит тебя над адской бездной, как держат над огнем паука или какоенибудь отвратительное насекомое».19 Даже на уроках чистописа­ ния порой надо было писать по многу раз одну и ту же фразу: «Запомни, что ты родился, чтобы умереть».20 Естественным ре­ зультатом такого воспитания был ребенок, который, как Давид Феррис, чувствовал смерть «привычной подругой своих мыслей», или, как двухлетняя Элизабет Батчер, лежа в колыбели, размыш­ лял над своей «грешной развращенной природой»,21 Жизнь этих детей изобиловала психотическими эпизодами. Так, парижские дети иногда «начинали вести себя очень странно... залезали в отверстия, заползали под стулья или принимали разные причуд­ ливые позы, делали странные жесты...»22

Когда мать чувствует, что ребенок достаточно запуган и на­ ходится всецело под ее контролем, наступает счастливый момент: ребенок наконец допущен к матери, и это сладостное слияние с ней в воображении ребенка часто превращается в слияние с Христом. Эдварде рассказывает о четырехлетней Феб Бартлет (1735 г.). После бесконечной молитвы в чулане вместе с мате­ рью она выслушала поучительный рассказ о наказании, ожида­ ющем ее в аду, а потом отправилась снова в чулан молиться в одиночестве:

«Господи, пошли мне спасение! Молю, прости мне мои грехи!» Закончив молитву, девочка вышла из чулана, по­ дошла к матери, села рядом и громко зарыдала... Мать спросила, боится ли она, что Бог не станет посылать ей спасение. Девочка ответила: «Да, я боюсь попасть в ад!» .. Мать попыталась ее утешить и сказала: «...Ты должна. . быть хорошей девочкой» ...Девочка продолжала плакать и что-то говорить; затем перестала и начала улыбаться;

ФОРМИРОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ ЛИЧНОСТИ

147

наконец, сказала с улыбкой на лице: «...Мама, мое будет Царство Небесное!.. Я люблю Бога!»23

Процесс обращения и у ребенка, и у взрослого состоит из стадий ужаса, унижения и, наконец, слияния с близкой, неотступ­ ной матерью - фантазии возвращения в адское чрево и «рож­ дения снова» в симбиотическом состоянии единства с «нежным и любимым» «Светом вечным»24. Этот свет - слияние с материн­ ским теплом - который прежде в истории был достоянием лишь мистиков с отшельническим образом жизни, теперь, с распрост­ ранением навязывающего стиля, стал целью человека в детстве, юности и зрелом возрасте. Более того, к 1740 г. этот стиль рас­ пространился среди американцев настолько, что фантазия группо­ вого возвращения в чрево стала собирать их в религиозные груп­ пы - историки называют это «Великим пробуждением». Тысячи людей устремлялись слушать проповедников, которые играли ма­ теринскую роль - запугивали и позволяли собравшейся толпе пережить фантазию возвращения в чрево и рождения заново. Во­ обще религиозные переживания постоянно сопровождали людей с семнадцатого века, но лишь в восемнадцатом веке, когда появилось достаточное количество родителей с навязывающим стилем воспитания, по всей Америке стали собираться огромные толпы, чтобы послушать про адские муки, «трястись, кричать и визжать от дикого страха и падать в обморок» - все это долж­ но было очистить души от зла и приблизить к чудесному слия­ нию с Богом.25

Американцы навязывающего стиля, достигшие процесса сли­ яния с матерью через возвращение в чрево и рождение зано­ во, называвшие себя Новым Светом, и стали в конце концов силой, вызвавшей Американскую революцию, которая сама по себе была групповой фантазией регрессии и рождения заново.26 Только в результате навязывающего стиля воспитания личность могла освободиться от чувства беспомощности и затерянности в непостоянном окружающем мире, вызванного жестокостью и непостоянством предыдущих стилей воспитания. Только та­ кой человек мог начать развивать в себе сильное «я» и яркую индивидуальность - одна из главных целей личности нового времени. Благодаря навязывающему стилю, приблизившему мать к ребенку и сделавшему ее более последовательной, стала исче­ зать потребность в проективном самоотождествлении с ребен­ ком - ведь в семнадцатом столетии исчез целый мир колдунов,

148

ллойд ДЕМОЗ

привидений, ведьм и чертей - отколовшихся частей собственного «я» взрослых, и произошло это до внедрения научных знаний.27 Новое отношение к детям стало причиной ограничения семьи и бурного развития педиатрии - двух главных факторов велико­ го демографического изменения, сыгравшего такую роль в исто­ рии Запада.28 Наконец, тирания родителей - надежная опора любого другого вида тирании, и поэтому только воспитанные в навязывающем стиле взрослые могли пренебречь «божествен­ ным правом повелевать и властвовать»,29 отказаться от пассив­ ного подчинения и сделать революцию, бунт против авторитета главной целью жизни.30

Лишь недавно историки начали прислушиваться к мнению, что у Американской революции не только экономические, но и психологические корни.31 В личных дневниках и письмах 17751776 гг.32 полностью отсутствуют упоминания об экономических выгодах революции (например, о предполагаемом разногласии по поводу налогов). Очень неправдоподобным представляется предположение, что десятки тысяч людей схватились за мушке­ ты и пушки только ради того, чтобы не платить грошовый на­ лог в английскую казну - 1,2 доллара в год.33 Нет, прежде всего Американская революция была групповой фантазией, за­ щитой независимости от матери-Англии, психотическим груп­ повым процессом возвращения в чрево и рождения заново, похожим на Великое пробуждение с той разницей, что там мать символизировал Христос, а здесь Америка.

В предреволюционное годы путь групповой регрессии мож­ но проследить в символике, применявшейся для описания мате­ ри-Англии. Главной групповой фантазией колониальной Амери­ ки было представление об Англии как о матери, дающей жизнь, но от которой полностью зависишь. В 1741 г., несмотря на от­ носительную независимость Америки в экономическом и поли­ тическом отношении, характерная метафора звучала примерно следующим образом:

«Все-таки колонии - не грудные дети, которые не могут кормиться иначе, как от материнской груди, и не в со­ стоянии обойтись без покровительства страны-матери».34 Фантазия, рисовавшая картину зависимости от «нежной ма­

тери» Британии, служила отрицанием враждебного отношения к Англии, защитой от собственной враждебности. Например, возра­ жая против размещения британских войск в Америке, пускали

ФОРМИРОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ ЛИЧНОСТИ

149

в ход такой аргумент: это нелепо, все равно, что «поставить у детской колыбельки двух лейб-гвардейцев его Величества, что­ бы ребенок не вылез и не перерезал глотку своему отцу».35

В 1760-х гг., когда уже большое количество воспитанных в навязывающем стиле взрослых начало осознавать и открыто выражать свою подсознательную враждебность, символика ста­ ла меняться, и групповая фантазия постепенно продвигается ко все более и более ранним детским травмам. Первым делом вспомнились соперники - братья и сестры. Джон Отис Младший выражает недовольство:

«Каждый житель Америки содержит по меньшей мере двоих ленивых собратьев, живущих в праздности... в лоне матери Британии».36

Затем всплыли в памяти некоторые специфические приспо­ собления, применявшиеся к детям. Американцы изображаются в рабстве у Британии, которая держит их на «помочах» (илл. 4). Обычай надевать маленьким детям на шею железные ошейни­ ки, чтобы они прямо держали голову, трансформируется в жа­ лобы, что американцы «покорно подставляют шею под ярмо», и что ради «будущих поколений мы не должны допустить, чтобы на наши шеи надели рабские оковы».37 В 1765 г. Джон Адаме во­ прошает: «Если Британия - мать, а мы - ее дети... разве не име­ ют дети права протестовать, когда родители начинают ломать им члены...» - указание на битье, еще широко применявшееся в детстве автора.38 К 1773 г. групповая фантазия, испытывая даль­ нейший регресс, доходит до анальной символики, теперь мать-Ан­ глия «вонзается... во внутренности собственных детей», а к 1775 г. достигает оральной стадии - на сей раз мать рассматривает­ ся не только как кормилица, но и как «отравительница», она те­ перь не чистая и нежная, а «старая распутница и проститутка», не покровительница, а убийца «с руками, обагренными кровью детей».9

Политические события следовали регрессивному пути группо­ вой фантазии. Англичане все еще воображали себя строгими, но справедливыми родителями, а американские лоялисты, воспитан­ ные еще в амбивалентном стиле, оставались верны иерархии и неспособны были воспринять образ новой нации-матери, по­ этому настаивали на необходимости подчинения, иногда даже призывая мать-Англию «наказать своих непокорных, неблагодар­ ных детей».40

tSO

ллойд ДЕМОЗ

Илл. 4 - Анон.: Старая бедная Англия силится исправить своих злонравных американских детей. Веревки — это по­

мочи, которые прикреплялись к одежде детей и использова­ лись для контроля над ними. Кроме того, веревки символизи­ руют пуповину.

Настоящим поворотным моментом этой групповой фантазии стало Бостонское чаепитие. В то время подобные бунты сотня­ ми происходили и в Британии, и в Америке, но это происшествие имело символический смысл.41 Детско-материнская символика была очевидна обеим сторонам - Англия впихивала пищу в рот Америке, подобно тогдашним матерям, впихивавшим кашицу в рот младенцам42 пока тех не начинало тошнить (см. илл. 5-7). На этот раз колонисты не стали безропотно это сносить. «Бос­ тон ивнинг пост» назвала чай «отравленным», и американцы выплюнули его - в гавань. Британию это привело в ярость. Раньше англичане довольно равнодушно относились к потере миллионов фунтов стерлингов налога, но когда их товар был выплюнут «этой маленькой жалкой провинцией», их же «соб­ ственноручным творением»,43 в Америку были посланы войска. Последовала битва при Лексингтоне, и американская групповая фантазия претерпела окончательную регрессию к главной трав­ ме - рождению.

В 1775-1776 гг. повседневный политический язык был про­ питан символикой рождения. Как и во всех войнах, символика эта была связана с акушерскими приемами того времени.44 У нас

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.