Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
IMG.rtf
Скачиваний:
25
Добавлен:
16.02.2016
Размер:
18.98 Mб
Скачать

Беликов

(А.П. Чехов. «Человек в футляре»)

Общая характеристика. Беликов, «человек в футляре», учитель грече­ского языка в гимназии, которому уже «далеко за сорок», как и герой А. Камю, также «посторонний» миру, в котором живет, более того, он прячется в различные воплощения «футляра», чтобы как можно более отграничить себя от жизни. В своем рассказе Чехов также не наделяет своего героя именем, изображая представителя весьма распространенного типа «людей, одиноких по натуре, которые, как рак-отшельник или улитка, стараются уйти в свою скорлупу».

Отношение к жизни. Тревога перед возможными изменениями жизни снедает Беликова. Не случайно его любимая фраза - «как бы чего не вы­шло». Стремление к «футлярной» жизни - это попытка защититься от реальных или вымышленных угроз: «... у этого человека наблюдалось постоянное и непреодолимое стремление окружить себя оболочкой, создать себе, так сказать, футляр, который бы уединил бы его, защитил бы от внешних влияний. Действительность раздражала его, пугала, держала в постоянной тревоге и, быть может, для того, чтобы оправдать эту свою робость, свое отвращение к настоящему, он всегда хвалил прошлое и то, чего никогда не было; и древние языки, которые он преподавал, были для него, в сущности, те же калоши и зонтик, куда он прятался от действи­тельной жизни». Он всегда, в любую погоду, ходил в теплом пальто на вате, в калошах и с зонтиком. Другие признаки «футлярности» - темные очки, фуфайка, заложенные ватой уши, поднятый верх при посадке на извозчика. В домашней обстановке об этом свидетельствуют халат, кол­пак, ставни, задвижки, спальня, «маленькая, точно ящик», кровать с поло­гом, в которой Беликов спал, укрываясь с головой, а также введенные им самим в свою жизнь различного рода мелкие запрещения и ограничения. I реческий язык-тоже своеобразный фугляр, в который можно спрятаться.

Поступки Беликова кажутся довольно странными, но, хотя над ним посмеиваются, по сути, его принимают всерьез, его мнение учитывают, его боятся. В своем стремлении поступать «как должно» для обретения желанного покоя Беликов опирается на «писанные» правила и этим обре­тает силу над другими.

Поле жизнедеятельности. Тревога Беликова перед нарушением при­вычного течения жизни обусловливает действия, способствующие отъеди­нению от мира.

Дифференциальный диагноз жизненных ориентаций и жизненной по­зиции.

Тип жизненных ориентаций: потребитель. Поведение примитивно, ориентировано на максимально возможное снижение интенсивности внешних впечатлений.

Отсутствие творческой направленности жизни, ее приспособительные тенденции отражаются в страхе изменений: «всякого рода нарушения, укло­нения, отступления от правил приводили его в уныние, хотя, казалось бы, какое ему дело?»

Внешний локус контроля проявляется в определяющей роли внешних обстоятельств в жизни Беликова. Так, «все стали уверять, что он должен жениться, и он решил, что ему в самом деле нужно жениться». В своих поступках он ориентируется на известные правила, закрепленные в цир­кулярах и инструкциях.

Жизненная позиция: приспособление к окружающей среде с целью до­стижения безопасности.

Жизненная ситуация Беликова - это ситуация болезненного для него переживания нарушения равновесия со средой в связи с вероятной женитьбой, переживание враждебности среды вплоть до ее непереноси­мости, в уходе из жизни.

Нравственные характеристики. Беликов привычно поступает «по пра­вилам», в соответствии с инструкциями и известными, опубликованными, требованиями, не утруждая себя рефлексией. Без осмысления, не вникая в суть, Беликов становится твердолобым блюстителем нравственности, без разбору подавляя как сомнительные, так и добрые начинания. В резуль­тате такой «деятельности» в городе стали бояться всего - не только коллеги, в течение пятнадцати лет, но и все жители («громко говорить, посылать письма, знакомиться, читать книги, бояться помогать бедным, учить гра­моте»), Беликов всех угнетал осторожностью, мнительностью, всех давил «своими вздохами, нытьем, своими темными очками на бледном, малень­ком лице, как у хорька». В один из таких моментов, общаясь с братом невесты, он счел себя обязанным «доложить содержание разговора». Это и стало причиной того, что Коваленко, называющий Беликова не иначе как «глитай, або ж паук», спустил его с лестницы, что повлекло за собой смерть от страха стать посмешищем.

Направленность (жизненная задача) — достижение равновесия с жизнью посредством ограждения себя от минимальных изменений под ноздействием стимулов внешней среды. Футляр как символ полной отгра- пиченности от жизни и есть идеал, к которому стремится Беликов. Этот идеал жизни достижим в ... смерти, дающей абсолютное уединение! Когда Беликов умер и лежал в гробу, «выражение у него было кроткое, приятное, даже веселое, точно он был рад, что наконец его положили в футляр, из которого он уже никогда не выйдет. Да, он достиг своего идеала! И как бы н честь его, во время похорон была пасмурная, дождливая погода, и все ■ были в калошах и с зонтами». Футляр Беликова сопоставим со стволом иысохшего дерева Мерсо. Как полагал Мерсо, ориентированный на пас- t и иное впитывание впечатлений, он вполне мог бы привыкнуть к нему и ниже неплохо проводить время. Беликов же вообще желал бы избавиться от впечатлений.

С Организация внутреннего мира. Внутренний мир Беликова выстраива- 1| ся как реагирование на обстоятельства в соответствии с несвоими мыс- и)1 ми. Внутренний мир Беликова запрятан в футляр известных предпи- i иний, за пределы которых он не выходит. «И мысль свою Беликов тоже ( I ара лея запрятать в футляр. Для него были ясны только циркуляры и газет­ные статьи, в которых запрещалось что-нибудь, <...> в разрешении же и позволении скрывался для него всегда элемент сомнительный, что-то недосказанное и смутное». Когда в циркуляре запрещалось ученикам ныходить на улицу после девяти часов вечера или в какой-нибудь статье ыпрсщалась плотская любовь, то это было для него ясно, определенно; ыпрещено - и баста». Нарушение устоявшегося - жизненная трагедия: пучше бы, кажется, сломать себе шею, обе ноги, чем стать посмешищем: меш. I еперь узнает весь город, дойдет до директора, попечителя, - ах, как Пи чего не вышло! - нарисуют новую карикатуру, и кончится все это тем, •ни прикажут подать в отставку...»

< Носов взаимосвязи внутреннего и внешнего мира. Это действия всоот-

пи с указаниями и правилами из соображений осторожности, часто

i mi in I пые и для себя, и для других. Так, Беликов ходил по квартирам пре-

милтолей, молчал, ему было тяжело, но он считал обязанностью «под-

и I и паи. добрые отношения с товарищами». Своих решений у Беликова М1Ч

Внешняя реализация внутреннего мира. Беликов старается как можно меньше нарушать привычный уклад жизни, быть незаметным - и при этом умудряется в своей приверженности к порядку и всему устоявшемуся пятнадцать лет держать гимназию в страхе. Он одинок по натуре, но преподает в гимназии, что ему явно тяжело. Он собирался жениться, но это противоречило всему его футлярному настрою. В этих противоречиях и тщетных попытках живя, избежать жизни, Беликов, наконец, избегает ее, умирая.

Развитие личности. Читателю неизвестно о детстве и юности героя, а он об этом и не вспоминает. На протяжении рассказа личностные изменения отсугствуют, можно судить лишь о динамике поведения, устремленного на достижение равновесия со средой.

Норма и патология личности. Беликов всего боится, жизнь пугает его фактически во всех своих проявлениях:«... было жарко, душно, в закрытые двери стучался ветер, в печке гудело; слышались вздохи их кухни, вздохи зловещие <...>

И ему было страшно под одеялом. Он боялся, как бы чего не вышло, как бы его не зарезал Афанасий, как бы не забрались воры, и потом всю ночь видел тревожные сны». Нарушение равновесия со средой, которое было так болезненно для Беликова, неизбежно в процессе жизни. Перед женитьбой он не спал по ночам, его беспокоили мысли о предстоящих обязанностях, ответственности, а так же «бойкий характер и странные рас­суждения» Вареньки и ее брата. Быть смешным для окружающих - самое страшное для Беликова. Он тяжело перенес карикатуру на себя и не смог перенести спуска с лестницы на глазах у зрителей.

Познание и помощь личности. Характерные «футлярные» привычки и действия по принципу «как бы чего не вышло» в первую очередь дают представление о личности героя. Чтобы избавиться от тревоги, которую неизбежно заключает в себе жизнь, Беликов избирает средство созна­тельного усиления «футлярности» в одежде, манерах поведения и дей­ствиях, совершаемых «на всякий случай». О других возможностях он не подозревает.

***

Господин Мерсо

(А. Камю. «Посторонний»)

Общая характеристика. Мерсо, мелкий служащий, которого Камю не наделил именем, представляет наиболее яркий вариант «человека - пин>матл», избравшего простейший путь реагирования на стимулы внешней ' репы 1'авнодушный ко всему, он, способный жить лишь ощущениями и иПршлми восприятия, действительно, «посторонний» в этом мире. 1\|инодушно он совершает и преступление - убийство (случайно, как он т.пнется объяснить). Смертный приговор - закономерный исход жизни, мы» I роенной по механическому принципу.

(Ьшошение к жизни. В повести изложение хода событий ведется от пина Мерсо, представившего отстраненный отчет о происходящем. Ему in , иойственно осмысление жизни, ее анализ. Он лишь впитывает впечат- ■|. ими жизни и считает, что в этом ее суть. Так, его переживания на похоро- н I матери сводятся лишь к тому, что он «почувствовал себя затерянным

  • н .иду белесой, выгоревшей синевой неба и навязчивой чернотой вокруг: I it н ко чернел разверзшийся гудрон, тускло чернела наша одежда, черным и 1ком блестел катафалк. Солнце, запах кожи и конского навоза, исходивший in катафалка, запах лака и ладана, усталость после бессонной ночи <...>

  • •I in его этого <...> мутилось в глазах и путались мысли».

| > 11ариже у него остались лишь такие впечатления: «Там грязно. Всюду юнуои и закопченные дворы. А кожа у людей белая».

Прсмепная перспектива Мерсо очень ограничена. Он признается, что, обращенный к сегодняшнему и завтрашнему дню, он никогда не умел ■ ткинеть о чем-либо по-настоящему. В тюрьме эти особенности Мерсо иГнн грились, и в бесконечном одном дне, в который сливаются все дни, mi Mm выделять только «вчера» и «завтра».

11 порьме Мерсо научился вспоминать - лишь для того, чтобы... «убить иргми». Ч то же он вспоминал? Свою комнату в малейших деталях!

Iбезразлично относясь к жизни, он ее и обесценивает:«... жить не стоит | руна, ...> я прекрасно понимал, что умереть в тридцать лет или в семь- | н I невелика разница, <.. > смерти не миновать, а когда и как умрешь - ■no la важность». Желать другой жизни (кроме земной) - бессмысленно in 1 равно как если хочешь разбогатеть, или плавать быстрей всех, или и I о( >ы у тебя рот стал красивый. Совершенно одно и то же - пустые мечты». | юргченное отношение к жизни, готовность подчиниться року, обстоя- и им там и является источником равнодушия Мерсо: «Все — все равно, и. г не имеет значения, и я прекрасно знаю, почему, <...> на протяжении III моей нелепой жизни, через еще не наступившие годы, из глубины «' пущего неслось мне навстречу сумрачное дуновение и равняло все на ем пути, и от этого все, что мне сулили и навязывали, становилось столь

  • г призрачным, как те годы, что я прожил на самом деле. Что мне смерть других людей, любовь матери, что мне <...> Бог, другие пути, которые можно бы предпочесть в жизни, другие судьбы, которые можно избрать - ведь мне предназначена одна-единственная судьба». Все рано или поздно умрут.

Поступки Мерсо «случайны», нелепы и малоосмыслены. Осмыслению в важных для него ситуациях мешают обстоятельства, причем природного характера (жара, солнце). Подвернись ему другие обстоятельства - все могло бы сложиться по-иному, и окружающие лишь продолжали бы удивляться его равнодушию. Мерсо равнодушно отдает мать в дом при­зрения. «Случайно» он заводит любовницу на следующий день после похорон матери, идет с ней на веселую комедию, а вечером они становятся близки. Все равно ему и когда Мари спросила его, хочет ли он, чтобы они поженились.

«Случайно» он соглашается писать за Раймона сомнительное письмо и выгораживать его своими показаниями в полицейском участке, затем — провести выходной на пляже совместно. «Случайно», по той лишь причине, что «жгло солнце», он убивает араба после потасовки. Выстрелив, он «по­нял, что разрушил равновесие дня, необычайную тишину песчаного берега, где <...> совсем недавно было так хорошо». Недовольный этим, он сделал еще четыре выстрела. Те же особенности внешних обстоятельств (жара и мухи) мешали и осмыслению беседы со следователем в тюрьме. Он «плохо улавливал нить мыслей, потому что было очень жарко, да еще по кабинету летали огромные мухи и садились <...> на лицо, а кроме того он <...> немно­го пугал».

Поле жизнедеятельности. Безразличие ко всему в жизни способствует и сомнительным поступкам (поскольку Мерсо «все все равно»). Так, слыву­щий сутенером Раймон Синтес навязывается ему в друзья, после чего сле­дует ряд малоосмысленных действий, ведущих к трагедии.

Дифференциальный диагноз жизненных ориентаций и жизненной по­зиции.

Тип жизненных ориентаций: потребитель. Жизнь малоосмыслена, Мер­со ориентирован на поглощение жизненных впечатлений, его поведение весьма инфантильно. Когда начальник предлагает ему новую работу, свя­занную с открытием филиала конторы в Париже, Мерсо отвечает, что ему все равно. «Тогда он спросил, неужели мне не интересно переменить образ жизни. Я сказал, в жизни ничего не переменишь, все одно и то же, а мне и так хорошо». Начальник упрекает его в отсутствии честолюбия. В тюрьме Мерсо так описывает свое основное занятие: «Отсюда, когда лежишь, вид- ни небо и ничего, кроме неба. Все дни напролет я смотрю, как на лице lid понемногу блекнут краски, превращая день в ночь. Ложусь, закидываю руки за голову и жду».

Инсшний локус контроля выражается в подчинении стимулам внешней ( рсды (обстоятельствам, людям), в ситуативности поведения. Так, в тюрьме он пожалел о том, что раньше не слушал с должным вниманием рассказов

  1. смертной казни. «Ведь никогда не знаешь, что может случиться». На

  2. уме Мерсо заметил: «Получалось как-то, что мое дело разбирают помимо меня. Псе происходило без моего участия. Решалась моя судьба - и никто in спрашивал, что я об этом думаю». Но, в сущности, ему и нечего было I ни urn..

I lone жизнедеятельности, свойственное типу потребителя, характеризу- | | см оездумностью поведения, которое люди воспринимают как «стран­ное».

Жизненная позиция: ярко выраженная приспособительная направлен­но! 11, жизни - на объекты внешней среды.

Житенная ситуация Мерсо - это ситуация равнодушной жизни и рав­нодушного ухода из нее.

Нравственные характеристики. Душевная черствость и отсутствие представлений о нравственности вызывают у окружающих неизменное п iy мнение. Об этом свидетельствует прежде всего отношение Мерсо к ма- | ери, которую он отдал в богадельню, что для него естественно, ведь не - h i 1.1 но денег на сиделку и не о чем было говорить. Он совершенно спокоен п. 1 ирсмя похорон матери, испытывая негативные переживания лишь из-за i .ipi.i и недосыпания. Он не знал точно, сколько ей было лет. В последний юн ее жизни он почти не навещал ее, чтобы не нарушать ее и свой покой: Ц.1ПО было тратить воскресный день, уж не говорю - тащиться до оста- поикп, брать билет да два часа трястись в автобусе». «Отличный денек», приипю бы было прогуляться» - вот его мысли в день смерти матери.

    1. In следующий день после смерти матери Мерсо заводит любовницу. | hi I мповится «другом» Раймона, которого все недолюбливают из-за его . у н нерства, но Мерсо считает, что он рассказывает интересно, и нет при-

ним не разговаривать. В результате этой «дружбы» Мерсо совершает

рч I пенс гвий сомнительного нравственного качества и, наконец, убийство и поиска, к которому он безразличен.

    1. року pop называет его «выродком без стыда и совести», «преступным

ем сердце». Мерсо даже не раскаивается в совершенном преступлении.

Пи у и тис рефлексивных способностей затрудняет нравственное осмы­сление совершенного преступления: «мне неизвестно, что такое грех, мне объявили только, что я виновен. Я виновен и расплачиваюсь по счету, а больше с меня нечего спрашивать».

Единственная позитивная черта - проявленное Мерсо сочувствие соседу, у которого потерялась собака.

Направленность (жизненная задача) состоит в простом приспособле­нии к жизненным обстоятельствам. Так, в тюрьме у него сначала были «мысли свободного человека» - хотелось полежать на песке, спуститься к морю. Через несколько месяцев мысли стали арестантскими: «Я ждал, когда меня выведут во двор на ежедневную прогулку либо когда придет адвокат. И остальное время научился проводить неплохо. И часто думал: если бы меня заставили жить в стволе высохшего дерева и совсем ничего нельзя было бы делать, только смотреть, как цветет небо над головой, я бы понемногу и к этому привык. Ждал бы, чтоб пролетела птица или на­ползли облака, все равно как здесь жду, в каком еще диковинном галстуке появится мой адвокат, а в прежней жизни запасался терпеньем до субботы, когда можно будет обнять Мари. Так ведь, если вдуматься, я не сижу в стволе сухого дерева. Есть люди несчастней меня. Хотя это не моя мысль, а мамина, мама часто повторяла, что в конце концов ко всему привыкаешь». Мерсо по-своему живуч благодаря своей философии приспособления, веро­ятно, переданной ему еще его матерью.

Главная причина убийства состояла в том, что араб мешал реализации приспособления. «Я вспомнил, что за скалой течет прохладный родник. Захотелось опять услышать его журчанье, укрыться от солнца, не напрягать мышц, не видеть женских слез, захотелось, наконец, тени и покоя».

Каковы ценности Мерсо, что его радует в жизни? Звуки рожка тележки мороженщика в зале суда стали причиной нахлынувших воспоминаний о жизни, приносившей ранее «самые скудные и самые верные радости: за­пахи лета, любимые улицы, краски вечернего неба, смех Мари, ее платье». Потребительски Мерсо относится к любящей его Мари, испытывая к ней лишь телесное влечение. Любовь он относит к пустым словам. «... Если бы Мари умерла, я вспоминал бы о ней спокойно. Мертвая она бы меня ничуть не занимала. Это вполне естественно, и обо мне тоже, разумеется, забудут, как только я умру. Людям больше не будет до меня дела. Даже не могу сказать, чтобы меня это угнетало. В сущности, нет такой мысли, к которой человеку нельзя привыкнуть».

Организация внутреннего мира Мерсо происходит по принципу простого реагирования на обстоятельства. Именно поэтому ему все все равно - перемены на работе, Париж, женитьба, смерть матери, возможность смерти невесты и, наконец, своя смерть, хотя последнее и после некоторых размышлений.

()н откровенен, часто не в свою пользу, шокируя окружающих, прямоду­шен, что считает ценным качеством. Что-либо объяснять ему часто просто пень, либо недостает воображения. Его внутренняя пустота очевидна в (недующей ситуации. Когда следователь выразил свое недоумение по по­пону того, что все считают его молчаливым и замкнутым человеком, Мерсо in пстил: «Просто мне нечего сказать. Вот я и молчу». Он наблюдателен, у нею легко возникают впечатления. Он вполне доволен собой и считает, •но он умеет «неплохо проводить время», что смог бы сделать даже находясь в стволе высохшего дерева.

('пособ взаимосвязи внутреннего и внешнего мира. С миром Мерсо свя- и.шают его бездумные действия. Так, в критической ситуации стычки с праиами он подумал - можно стрелять, а можно не стрелять, какая разница. < >н был незаметен среди людей, что его вполне устраивало. Открытый шичатлениям, Мерсо часто переживает единение с природой. Так, даже ми да его выводили из зала суда, он «на минуту вдохнул тепло летнего in мера, почувствовал его запахи и краски». Но вообразить что-либо, напри­мер, казнь, он не в силах. Он воображал только рассвет или помилование. N Ь рсо ценит сон, дремоту, бездеятельность, покой, пусть даже в тюрьме.

Нпсшняя реализация внутреннего мира. Типичное времяпрепро- | к депие Мерсо - сон, еда, курение, фиксация внешних впечатлений. Он мире мет рекламу из старой газеты в старую тетрадь: «Вырезал рекламу • 'мнительной соли и наклеил в старую тетрадь, я туда вклеиваю все, что попадется в газетах забавного». На балконе он часами наблюдает за мо- | юной главной улицей. Лишь обстоятельства вырывают его из этого нрииычного круга занятий. Типичный защитный механизм - проекция. I му пост оянно кажется, что другие такие же, как он, приписывает им свои •Iми I на п мысли. Так, например, ему казалось, что друзья матери собрались 111" и I и 11,ся с ней «вовсе не ради ее самой». Другой пример: ему недоступно I. in I но любви и он считает, что и Мари тоже испытывает к нему только о т сную тягу.

I'ii шитие личности. О детстве Мерсо почти не вспоминает. Из его ску- '"' hi к поминаний можно лишь почерпнуть, что Мерсо вырос с матерью

' •> а С ним у Мерсо связывался единственный эпизод, рассказанный

' ■ m i I ерью, когда отец ходил смотреть на казнь и его потом рвало. После Мерсо было неприятно думать об отце. С матерью они давно отдали­лись друг от друга. В юности, в студенческие годы, у Мерсо были честолюбивые мечты но потом ему пришлось бросить учебу и он «очень быстро понял, что это неважно». Как личность на протяжении повести Мерсо фактически не развивается. Речь может идти только об изменениях поведения - в результате реагирования на поступающие извне стимулы.

Норма и патология личности. Мерсо не понимает, в чем его винят окру­жающие, удивленные его бессердечием. Ему кажется, что он ничем не отличается от них. Он считает, что «быть виноватым» - обычное состояние, навязываемое окружающими. Скука-также характерное состояние Мерсо. Он не любил воскресений, когда надо самому позаботиться об организации времени. Обычно в воскресенье он спал, лежал, курил, готовил себе скуд­ную еду. Он отмечает зависимость своего душевного состояния от физиче­ского: «такой уж я от природы - когда мне физически не по себе, все мои чувства и мысли путаются». Так, он плохо соображал, что происходит, когда убивал араба, ощущая усталость, недосыпание и жару.

Познание и помощь личности. Странное с точки зрения большинства людей поведение и самоописание «постороннего в мире» Мерсо дает нам основания характеризовать его личность. В качестве помощи себе Мерсо избирает средства, воздействующие на соматическую сферу: он пьет вино, дремлет, спит. Либо это сознательное получение впечатлений от медленно текущей жизни, несущих желанный покой. Он любил знакомые звуки города, «звуки того часа, когда <...> бывало хорошо и спокойно... Впереди - сон без тревог и без сновидений. <...> Дневной гомон спадал, ясно слы­шались крики газетчиков, затихающий писк сонных птиц в сквере, зазыв­ные вопли торговцев сандвичами, жалобный стон трамвая на крутом пово­роте и смутный гул, будто с неба льющийся перед тем, как на гавань опро­кинется ночь». Впечатления, получаемые от природы, также обладают жи­вительной силой и способствуют максимальному приспособлению к миру вплоть до слияния с ним - растворения в нем накануне казни: «... когда очнулся, в лицо мне смотрели звезды. До меня доносились звуки с полей. Прохладный запах ночи, земли и моря освежал виски. Чудесное спокойствие спящего лета вливалось в меня, как прибой. Вдруг где-то на краю ночи взвыли пароходные гудки. Они возвещали отплытия и разлуки миру, который стал мне навсегда безразличен». Он стал счастлив своим равнодушием.

Перед смертью он готов пережить все заново. «Как будто неистовый порыв гнева очистил меня от боли, избавил от надежды, и перед этой ночью, полной загадочных знаков и звезд, я впервые раскрываюсь навстр-

  • I. I мчпму равнодушию мира. Онтч< на меня похож, он мне как брат, и от чуи(. I ную я был счастлив, я счастлив и сейчас».

ИТОГИ

I 'пин'шп/не к жизни-, от неприхотливости, скромности запросов и су~

  • нищи жизненного мира до отчужденности от жизни, ее обесценивания и равнодушии ко всему.

//. ■ mviihii: or усердия в незначительных делах до равнодушия в нелепых Mm I унпнх.

'(иффе/нч/циальный диагноз жизненных ориентации и жизненной по- чц mi I нн жизненных ориентаций: потребитель с ориентацией на слу- мпнмг жизненные впечатления. Адаптивная направленность в привя- | иннм |и\ н привычках. Внешний локус контроля проявляется в перекла- н in шип ответственности навнешниеобстоятельства. Жизненная позиция: миренное приспособление к среде для достижения безопасности и рав- IIHIII't пи с жизнью.

/ н ин нпая ситуация: от придавленности жизнью через переживание

враждебности до равнодушия к жизни и уходу из нее.

Iltm жизнедеятельности', от взаимосвязи удовлетворенности мальм и привычного поведения до взаимосвязи отгороженности от жизни и без- | mi «с транного» поведения.

Н/чкн твснные характеристики", от добросердечия и сопереживания in чеpi I мост и и отсутствия нравственного осмысления.

/ I, т/кишенность: приспособление к внешней среде, достижение равно- II. I мм с жизнью в привычности общения и дел.

Ih пючник организации внутреннего мира\ способ организации

и нин. Принцип организации внутреннего мира - от привычности

до реагирования на случайные обстоятельства.

I li шпчм тельность внутреннего мира.

< Шп он взаимосвязи внутреннего и внешнего мира\ от привычных до Hi tnvmпых действий.

НиI шняя реализация внутреннего мира: привычное незаметное поведе- iiiii I кромный труд.

Гишитие личности: от накопления опыта до изменения поведения в мщ веи тнии со стимулами; как правило, неизменность внутреннего мира ни ю его деградация.

Норма и патология личности: по критерию сохранности поведенческих реакций, позволяющих сохранять равновесие со средой. Патология лично­сти от уязвимости к насмешке до безучастности, скуки и бессердечия.

Познание и помощь личности: познание по привычному или «стран­ному» (нелогичному) поведению; помощь себе привычными действиями, действиями других, повышающими значимость личности; помощь в об­щении, в уединении (сознательном ограждении от жизни), в получении впечатлений. Объективно помощь должна состоять в изменении позиции отгороженности от мира на причастность к нему.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]