Д. Смешанные системы

Ни один из разобранных нами способов исчисления адвокатского гонорара не выдерживает критики. Но, быть может, не состоятельные порознь, они окажутся целесообразными, если их соединить вместе? Эта мысль не раз была осуществляема на практике, и до настоящего времени смешанные системы удерживаются на континенте Европы.

Рассмотрим их по порядку.

Римская система. По законам Юстиниана (см. ч. I), адвокатский гонорар определяется двояким образом. Вопервых, адвокаты имели право заключать условия с клиентами, но не до начала процесса, а по окончании судебного следствия. Во-вторых, если такого соглашения не было, то по иску адвоката суд определял гонорар, сообразуясь с родом дела, талантом адвоката, обычаями адвокатуры и важностью судебной инстанции. В обоих случаях размер гонорара не должен был превосходить определенной суммы (500 рублей).

Поскольку при этой системе допускается судебное определение гонорара, поскольку неудовлетворительность ее представляется ясной с первого взгляда. Что же касается второго элемента,- договорного определения, то он в виду своего особого характера требует отдельного рассмотрения.

Говоря выше об определении гонорара по соглашению, мы имели в виду соглашение до начала процесса и убедились, что оно дает широкий простор для произвола со стороны адвоката по отношению к психически угнетенному клиенту. Но очевидно, что после окончания дела положение обеих сторон изменяется. Клиент выходит из тягостного состояния неизвестности и боязни; его судьба свершилась; правосудие произнесло свой приговор. Следовательно, нравственная зависимость от его адвоката прекратилась, и он может вступить в договор с полным сознанием и свободой выбора. С другой стороны, адвокат уже исполнил свою обязанность, уже оказал клиенту услугу. Следовательно, вступление в договор относительно ведения дела для него невозможно, так как это ведение уже закончено им, и он лишен свободы выбора. Ввиду этого, условие, заключаемое после решения дела, представляет собой уже не двустороннее, а одностороннее обязательство, не договор, а последующее признание долга, равносильное тому, как если бы кто-нибудь, заняв деньги на честное слово, впоследствии выдал формальное обязательство. Отсюда ясно, что в то время, как при соглашении до начала процесса клиент находится в зависимости от произвола адвоката, при римской системе, наоборот, адвокат зависит от произвола клиента, который может не только не согласиться на предложенные адвокатом условия, но и просто не дать ему никакого обязательства. Как размер адвокатского гонорара, так и уплата его ставится на благоусмотрение клиента. Если он честен, если он умеет чувствовать признательность и ценить оказываемые ему услуги, то он вознаградит адвоката, как следует.

Таким образом, гонорар, получаемый адвокатом, представляет собой не эквивалент за будущую услугу, а добровольный подарок в благодарность за уже исполненное действие. Сущность подарка нисколько не изменяется от того, имеет ли он вид наличных денег или обязательства, а потому, договорное определение гонорара после процесса тождественно с относительной безвозмездностью, которая будет нами рассмотрена ниже.

Германская система основана на принципе свободного соглашения, восполняемого таксой, определением совета сословия и суд (см. ч. I).

Такса вступает в действие в двух случаях: 1) если не заключено письменного условия, и 2) если клиент, не желая заключать его, требует определения гонорара по таксе. Первый случай имеет мало практического значения, так как при свободе соглашения каждый адвокат предпочтет выговаривать себе большее вознаграждение, чем следует по таксе. Это подтверждается, как мы видели, и опытом. Второй случай имеет еще меньше значения. С первого взгляда ясно, что если клиент не захочет вступать в соглашение о гонораре, а потребует определения его по таксе, то адвокат может согласиться или отказаться, т. е. другими словами, в данном случае тоже будет соглашение.

Определение гонорара советом сословия делается только по требованию клиента, в случае недоразумения между ним и адвокатом, а потому, носит совершенно случайный характер. Точно также суд вмешивается в денежные расчеты между ними по просьбе клиента; но за то он имеет право уменьшать гонорар, даже обусловленный письменным соглашением, если найдет, что адвокат "преступил границу умеренности". Судебное определение должно, таким образом, служить гарантией против произвола адвоката. Но так как "граница умеренности" весьма неопределенное и растяжимое понятие, то ясно, что произвол адвоката сменяется в данном случае не менее произвольным усмотрением суда.

Таким образом, ни основной принцип германской системы - свободное соглашение,- ни поправки, внесенные в него другими тремя принципами, не выдерживают критики.

Русская система мало чем отличается от германской. Основным началом ее служит - письменное соглашение. Если оно не заключено, то гонорар определяется или по таксе, причем споры по этому поводу решает совет присяжных поверенных, или, если такса неприменима к данному делу (например, когда оно не подлежит оценке), то судом. Таким образом, в русском законе не установлено даже той гарантии против произвола адвокатов, какая имеется в германском.

В австрийской системе пока еще нет таксы, хотя последняя уже выработана, и, быть может, будет введена. В остальных отношениях господствуют те же принципы, какие приняты в германской и русской системах: взаимное соглашение, а при отсутствии его определение судом или, по желанию одной из сторон, советом сословия.

В дореформенной Германии (см. стр. 239) господствовали две системы: в Брауншвейге и Ганновере письменное соглашение, восполнявшееся таксой, а в остальных государствах таксы, применяемые судами. Первая система одинакова с австрийской. Вторая еще менее состоятельна, чем первая, так как основывается на двойном произволе: таксы и судебного определения.

Возможные смешанные системы. Четыре принципа (соглашение, определение судом, определение советом и такса) могут быть соединены между собой самым различным образом, причем число всех возможных сочетаний, как учит математика, равняется шестидесяти. Исследование всех их порознь было бы и чересчур утомительно и, к счастью, совершенно излишне, так как наперед можно было сказать, что ни одно из них не будет целесообразным. В самом деле, соединение двух элементов может принести лучшие результаты чем каждый из них взятый порознь, только в том случае, если выгодные стороны и недостатки одного парализуются и вознаграждаются соответствующими достоинствами другого: так кислород и водород, неспособные в отдельности поддерживать органическую жизнь, смешавшись, образуют необходимую для ее развития среду. Но что мы видим в данном случае? Главный недостаток каждого из четырех указанных способов определения размеров гонорара - произвольность. Отсюда понятно, что как бы ни комбинировать их между собой, ничего, кроме произвольности, не может получиться. разница будет только в том, кому достанется главная роль: произволу ли адвокатов, судей, совета сословия или таксы.

Итак, в конце концов, мы приходим к заключению, что ни один из способов определения гонорара, как эквивалента адвокатского труда, не удовлетворяет своей цели.