Саксония

Организация саксонской адвокатуры отличалась от организации прусской только некоторыми мелкими деталями. Так например, срок практической подготовки был значительно короче, всего 1 год: требовался один практический экзамен и т. п. Неудивительно, что при одинаковой организации на практике получились одинаково неудовлетворительные результаты. "Адвокатура", говорит саксонский адвокат Бешорнер: "далеко не достигла в Саксонии той ступени, которой она заслуживает по своему важному и влиятельному положению в государстве, и которой она должна достигнуть, чтобы удовлетворять своему высокому назначению. Она вовсе не пользуется в публике уважением, которым должна была бы пользоваться при иных условиях, по примеру других стран, как напр. Франции и Англии. У нас уважают человека "не потому, что" он адвокат, а "несмотря на то, что" он адвокат. И если ему сопутствуют доверие, которое честный и искусный поверенный может приобрести в Саксонии, несмотря на все неблагоприятные условия, и внутреннее сознание, что он всегда преследовал истинное благо своего клиента без низших корыстных расчетов, то ни на что больше он не смеет уже рассчитывать и должен оставить всякую надежду на все, что могло бы послужить к ободрению, поддержке и оживлению его духа и возвышению радостей профессии*(816). Подобно тому, как и в Пруссии, адвокатура не была свободной профессией. Министерство юстиции допускало к ней кандидатов "сообразуясь с потребностями гражданского оборота"*(817). Но в то время, как в Пруссии ограничение адвокатов комплектом привело к тому, что число их было недостаточно для удовлетворения потребности публики в юридической защите, Саксония, наоборот, страдала от избытка адвокатов. "Количество адвокатов в Саксонии", пишет тот же автор: "слишком велико. Необходимым последствием такого переполнения является то, что адвокаты включили в область своей деятельности много таких занятий, которые совершенно чужды их профессии. Можно видеть, как значительная часть их участвует в промышленных предприятиях, принимает на себя администрации всякого рода, даже агентуры разных страховых обществ и тому подобные занятия. Самые маленькие, незначительные дела раздуваются, из мухи делается слон, употребляются даже нечестные средства, чтобы раздобыть практику, не считается постыдным восхвалять свои услуги, подстрекать людей к процессам и т. п. Это является естественным результатом уменьшения адвокатских занятий с одной стороны и увеличения числа адвокатов с другой. На самом деле надо еще удивляться, что из этого несоответствия не произошло большего вреда для публики и адвокатов. Но к чести саксонской адвокатуры следует признать, что несмотря на все неблагоприятные условия, несмотря на недостаток собственно профессиональных знаний, члены этого сословия за редкими исключениями удерживаются от нечестных, наказуемых деяний. Обманы и кляузы со стороны адвокатов случаются в Саксонии не чаще, чем в других странах, где они лучше поставлены. Однако сословие стояло бы на более высокой ступени нравственности, если бы не было недостатка в таких занятиях, которые составляют принадлежность его профессии. Нельзя отрицать того, что в Пруссии они пользуются большим уважением, чем у нас, уже потому, что они более обеспечены в своих доходах и вследствие этого не вынуждены браться за такие занятия, которые недостойны их"*(818). Сам Бешорнер был вначале сторонником адвокатуры и даже, как он выражается, "сломал одно копье в защиту ее" в своем сочинении "Свобода адвокатуры"*(819). "Но теперь", продолжает он: "я, наученный опытом и укрепленный в том многими из моих самых опытных и выдающихся товарищей, должен высказать мнение, что у правительства не может быть отнято право преграждать, по предварительном выслушивании адвокатской камеры, наплыв в адвокатуру в тем случаях, когда в какой-нибудь местности склоняется несоответствующее число адвокатов*(820). Делая этот вывод, автор упускает из виду, что в Саксонии, как он сам говорит дальше, как раз существовал такой порядок, какой он признает желательным, именно министерство юстиции, по выслушании адвокатской камеры, определяло число вакансий в адвокатуру*(821). Между тем, в результате все-таки получилось переполнение сословия. Этот факт доказывает не опасность свободной адвокатуры, так как ее не существовало в Саксонии, а просто невозможность для правительства точно измерить истинную потребность населения в юридической защите.

Еще одна сторона адвокатской деятельности вызвала нарекания в Саксонии: это гонорар. Как было уже сказано, количество его определялось особой таксой, которая в большинстве случаев устанавливала максимум и минимум, предписывая сообразоваться с ценой иска, важностью процесса и количеством потраченного адвокатом труда. Если между адвокатом и клиентом возникал спор из-за размера гонорара, то, по требованию одного из них, суд проверил счет, составленный адвокатом. Кроме того, такая проверка должна была происходить всякий раз, когда адвокат требовал гонорара судом. "Для каждого честного саксонского адвоката", говорит Бешорпер: "вопрос о гонораре темная сторона его деятельности. Стремление оценивать умственный труд по таксе само по себе нелепо; к тому же оценка адвокатского труда предоставлена тем лицам, которых не всегда можно признать способными произвести ее справедливо. Понятно, что сам судья не может заниматься определением гонорара; для этого он не имеет ни времени, ни охоты. Эта работа поручается обыкновенно младшим чиновникам суда, которые не всегда в состоянии судить, какого труда и стараний стоила какаянибудь работа ее автору... Чрезвычайно унизительно для поверенного, если такое определение гонорара простирается до мелочей, до пфеннигов, если счет исправляется и зачеркивается красными чернилами, как будто тетрадь какого-нибудь школьника"*(822).